Просто конец света

Некоторые книги вызывают у меня противоречивые чувства, и тогда я складываю shit sandwich - подмечаю и сильные, зацепившие меня моменты, и те, от которых глаза вставали дыбом. "Просто конец света" вызвал именно такие эмоции.

Для начала "булочка":
Автор пишет в прикольном вольном стиле, который хорошо читается, реально добавляет атмосферности и не выглядит патетично. Мне понравились эксперименты с абзацами и словами. Это прямо жирный плюс, из-за которого я готова читать автора ещё, хотя эта книга мне не понравилась. Хочу, чтобы с опытом однажды родился убойный шедевр.
Ещё плюс - хорошо передана атмосфера. Холод, серость, хтонь. Любители подобного оценят.

Теперь, увы, немного (или много?) shit'a:
"Есть истории, которые пишутся для внутренних детей, а есть те, что обращены к внутренним подросткам. «Просто конец света» относится ко второму типу". Это цитата с карточки книги издательства. Прочитав книгу, я определила, что мой внутренний подросток, видимо, умер либо является каким-то не таким подростком, потому что для меня внешний сюжет выглядит следующим образом:

Трое психически нестабильных подростков встречают среди леса странного деда, который поит их неким "чаем", после чего начинают видеть нечто, недоступное остальным ("ту сторону"), окончательно отрываются от коллектива и периодически ведут себя не совсем адекватно. Герои часто думают о "той стороне", хотят туда возвращаться и вообще пребывать там вечно. И... у них ни разу не возникло вопроса: а не подмешал ли им дедушка в чай отвар псилоцибиновых грибов?
Со стороны это выглядит именно как подсаженность на наркотики: галлюцинации, желание постоянно употреблять "чай" и ловить эффекты, обострение психического состояния. Ну и дальнейшее деструктивное поведение. Из-за этой стойкой ассоциации я уже не могла воспринимать дальнейшее так, как было задумано автором, и невольно жалела родителей (ну, кроме Юриного папаши), потому что ребёнок-наркоман, это... тяжело.

Мне не понравилась дружба-одержимость в истории. То, что происходит между Катей и Женей, в моём видении не совсем нормально. Это у меня вторая книга подряд, где две девушки безумно привязаны друг к другу на грани романтической любви, и третья в принципе про дружбу, которую я не считаю здоровой. Любопытно, что во всех трёх книгах "ведущая" подруга погибает.

Мне остался неясен концепт "той стороны". Возможно, так и было задумано автором, но когда концепт довольно подробно введён в историю (чай-май, всякие правила, кто куда может переходить и т. п.), мне хочется полного раскрытия. Например, я не поняла, как всё-таки лес выбирает, по каким критериям? Что будет, если отказаться от выбора и не пить "чай"? Дедушка не очень-то героев принуждал, они сами согласились. Я так понимаю, если ты регулярно ходишь на "ту сторону", то остаёшься "живым", поэтому герои и ходят. Но Лиса забросила эти трипы, и с ней ничего ужасного не произошло. Зачем тогда ходить? Ради кайфа? Что именно случилось с районом Москвы, что там 99% людей оказались не такими, как герои? Зачем по итогу лес выбирает кого-то? Мы не видим результата - ожил ли район Москвы - поэтому создаётся ощущение, что лес ошибся. Ведь не факт, что оживший Руслан сможет действовать так же эффективно. Кстати, нужно ли ему будет пить "чай" для поддержания живучести?
Вот я зануда, да? ))

Я не уловила, какую идею автор вложила в книгу. Да, я из тех, кому важно понять, что за высказывание скрывается за строчками текста. В истории у нас две противоборствующие стороны: биомасса жителей района, растерявших себя, и эксцентричные подростки. Я ждала (моя проблема, признаю), что герои найдут какой-то выход и для жителей, и для себя. Окей, хотя бы для себя. Окей, хотя бы один из них. А в итоге

. Это - выход из их жизненных проблем? По итогу получается: нет третьего пути. Либо ты биомасса, либо ты прёшь против течения социума, и оно тебя сносит.

На мой вкус, too much drama. Очень много подросткового нытья и пафоса для такой старпёрши, как я. Сострадала проблемам героев пару сотен страниц, но потом их переживания утомили. Такие они все не-такие, в отличие от биомассы, но ни в коем случае не избранные. Хотя выглядят как типичные избранные: у них особые качества + их выбрал лес.

Пара сомнительных моментов:

Непонятно, чем занимается московская полиция.

Закругляюсь с недостатками, перехожу к "булочке":
Книгу стоит читать, если вас не очень напрягают недосказанности в концепции и вы любите много драмы, подростковые переживания и русреал, смешанный с городским фэнтези. И если вы любите экспериментальный, не совсем обычный стиль повествования.
Автору также спасибо, что сумела не уйти в стандартный любовный роман. Их и так хватает, приятно почитать что-то без ведущей романтической линии, потому что ну... зашипперить героев не так уж трудно, а вот показывать зарождающиеся, скрываемые даже от самих себя чувства сложнее. Тут, мне кажется, получилось здорово.

Желаю автору расти дальше, развиваться и не терять своего оригинального слога и подхода к тексту.

Что ж, наверное, секрет дружбы, настоящей дружбы отчасти в том, чтобы позволять другому хранить свои секреты - и не пытаться их выпытывать.

Эта книга - как удар под дых. Сначала тихий, а потом отдающийся долгой, ноющей болью. История начинается с самого страшного - гибели семнадцатилетней Кати. Её тело находят в реке Смородинке, что протекает рядом со спальным районом на окраине Москвы. Действие происходит в 2012 году, на фоне всеобщего помешательства на теме конца света, и для друзей Кати, Жени и Юры, этот глобальный страх становится жутко личным, буквальным - их собственный мир рушится навсегда.

Не ждите от этой книги классического детектива, где главное - вычислить убийцу. Имя виновного становится известно довольно рано, и это не недостаток. Суть не в «кто?», а в «почему?» и «как жить дальше?». Сюжет, нелинейный и рваный, как сама память о травме, прыгает во времени: вот мы в «до» - в странной, болезненной дружбе троих не таких, как все, подростков, а вот уже в «после» - в мире, где Кати нет, а Женя и Юра пытаются понять, как дышать в этом новом, опустошенном пространстве. Это не расследование, а медленное, мучительное вскрытие всех тех ран, обид и страхов, что привели к трагедии.

Катя (Кера), Женя (Джен) и Юра (Рик) - подростки-бунтари, они - «живые» в мире «живяков», серой массы, плывущей по течению. Их бунт - это не поза, а единственный доступный способ выжить, не сломавшись о жестокость двора, равнодушие взрослых и семейные драмы. Автор создал персонажей, которых одновременно и жалеешь до слез, и злишься на них за их максимализм, ошибки и жестокость.

Катя-Кера - это ураган в человеческом обличье. Яростная, эффектная, она не боится ничего и сжигает себя, пытаясь растормошить спящий мир. Даже после смерти её присутствие в книге ощутимее, чем у многих живых. Юра-Рик... этот парень разбил мне сердце. В его желании защищать, в его наивной и такой искренней преданности сквозит такая беззащитность, что хочется кричать от жалости. А Женя-Джен, зажатая между двумя этими полюсами, ищет свою любовь и свое место, мечтая о невозможном - чтобы их хрупкий мирок из троих существовал вечно.

Язык автора живой, дышащий, пульсирующий. Он может быть ритмичным и почти поэтичным, а может - в самые острые, панические моменты - превращаться в сплошной поток сознания, без заглавных букв и знаков препинания. И это не стилистическая вычурность, а способ передать внутреннее состояние героев. Ты не просто читаешь об их панике или отчаянии - ты погружаешься в них с головой, начинаешь задыхаться вместе с ними. Этот текст не рассказывает историю, он её проживает вместе с тобой.

Лес здесь могущественная хтоническая сила, символ иного выбора, бегства от серой реальности. Он и манит, и пугает, он и спаситель, и палач. Финал книги для меня стал единственно возможным и по-своему светлым. Это не хэппи-энд в классическом понимании, это освобождение. Это горькое, выстраданное понимание того, что ТАК жить действительно невозможно. И выбор, который делают герои, - это акт не слабости, а невероятной силы, последняя попытка остаться «живыми» в мире, который делает все, чтобы ими не быть.

Книга выворачивает наизнанку, заставляет злиться, спорить с героями и автором, а после финала - ещё долго сидеть и просто молча думать. Это тяжелое, атмосферное и красивое чтение. Оно не для всех, но если вы готовы к честному и безжалостному разговору о взрослении, дружбе, предательстве и цене, которую мы платим за право быть собой, - эта книга может стать для вас потрясением.

Книга, которая цепляет и не отпускает до последней страницы. Читая, будто сам оказываешься в этом странном, зыбком мире на окраине Москвы, где бетонные многоэтажки соседствуют с лесом, от которого мурашки по коже.

История троих подростков — Кати, Жени и Юры — сначала кажется обычной историей дружбы. Но всё рушится в один миг, когда Катю находят мёртвой в реке Смородинке. И вот уже привычная реальность трещит по швам, а я вместе с героями провалилась в какой‑то иной мир — где прошлое и настоящее перемешались, а грань между реальностью и мистикой почти стёрлась.

Особенно впечатляет, как автор выстраивает два контрастных пространства. С одной стороны — серые, безжизненные кварталы, где люди будто утратили способность чувствовать. С другой — лес, живой, дышащий, таинственный. Он словно отдельное существо - манит, исполняет желания, но всегда берёт свою цену. И чем дальше читаешь, тем яснее понимаешь, лес — это не просто место, это метафора взросления, где каждое решение имеет последствия, а за мечты приходится платить.

Персонажи прописаны так живо, что их боль, страхи и сомнения ощущаешь почти физически. Женя и Юра, оставшиеся один на один со своей трагедией, проходят через настоящий личный апокалипсис. Их метания, попытки понять, что произошло, и как теперь жить дальше, прописаны с такой пронзительной честностью, что порой становится не по себе.

Сюжет то и дело перебрасывает тебя из прошлого в настоящее, и от этого ощущение раздвоенности только усиливается. Ты словно сам становишься частью этого мира. Книга держит в напряжении от первой до последней страницы. Она мрачная, тревожная, местами даже жуткая, но при этом невероятно притягательная. После прочтения остаётся странное послевкусие — будто прикоснулся к чему‑то тайному, что теперь будет долго звучать внутри.