Огненная лиса

Вестник перемен

Сентябрь пестрит яркими красками. Кленовые листья окрасились в багряный цвет и ехидно качались от прикосновения ветра. В воздухе пахло кислыми яблоками, которые давно упали с веток деревьев, и лёгкой сыростью, которая надолго пришла в гости в наши края. Трава всё ещё оставалась неизменно зелёной, и на ней всё чаще виднелись бриллиантовые капли воды.

Осень привнесла новые краски в природу, готовящуюся к спячке. Хотя природа по натуре была модницей, она сама прекрасно знала, что ей к лицу и всегда надевала только то, что ей безукоризненно шло.

Сегодняшний день ничем не отличался от предыдущих. С самого утра меня отправили на огород, собирать поспевшие тыквы. Их нужно было перетащить в сарай. Однако тыквы были совершенно разного размера: одни чуть больше апельсина, а другие достигали размера огромного автомобильного колеса. Поэтому порой занимало немало времени, чтобы перетащить громадных пузанов к тележке. Конечно, гигантских оранжевых толстяков я не смогла бы положить в телегу, поэтому перекатывала их в одну кучу, в надежде, что старший брат мне когда-нибудь поможет.

А брат, как и пару дней назад, чистил своё ружьё, готовясь к вечерней охоте. Сезон на ловлю пернатых был открыт, и он не пропустил ни дня, чтобы утолить свой азарт. Однако, как он ни старался, нам не удалось полакомиться ни уткой, ни перепёлкой. Брат всё время приходил с пустыми руками. Честно признаться, я уже потеряла надежду, что он, однажды, принесёт добычу.

Но в брата неотъемлемо верил пёс. Руфус всецело полагал, что когда-нибудь удача улыбнётся его хозяину и тот попадёт в дичь, которую пёс каждый раз находит безукоризненным нюхом. Даже сейчас спаниель сидел рядом с братом и внимательно наблюдал за каждым его движением. Самоотверженности собак нет предела. Они остаются верны, несмотря на голод, холод, безразличие и даже смерть. Их стойкий нрав непоколебим ничем и нам – людям остаётся только учиться у них верности.

Из дома прилетел аромат свежеиспеченного пирога. Запах печёных яблок перемешался с запахом корицы. Он блуждал по всему огороду и без капли стыда манил всех к столу. По правде сказать, яблочный пирог изрядно надоел. Из-за засушливого лета урожай получился скудным. Хорошо уродились только яблоки и тыквы, остальное было в дефиците, поэтому приходилось готовить из того что есть.

Времена для нашей семьи были тяжёлые. Мы еле сводили концы с концами и почти утратили надежду на светлое будущее. И всё же голод не привередлив в выборе блюд. Он рад лакомиться яблоками хоть каждый день, лишь бы они только были.

Бросив все дела, я помчалась в дом, дабы надо мной взял верх голод. Так стремительно до кухни я ещё никогда не добиралась: перелетела пару ступенек, ведущих на крыльцо, с лёгкостью открыла дверь, с которой порой мучилась немало времени, так как она была тяжелая, быстро разулась и, не успев моргнуть глазом, оказалась на кухне. У самого вкусного пирога на свете.

– Мыть руки, – грозно сказала мама.

Она была гением по возвращению людей в реальность. Два слова и твои вымышленные миры рассеиваются быстрее любого тумана. Сбросив пелену очарования с глаз, я послушно отправилась мыть руки. Почему постоянно выходит, что мама права? На моих руках был толстый слой грязи и пыли, словно я не тыквы собирала, а мыла печь в бане.

Наконец-то румяный кусок пирога был у меня. От него ещё поднимался дымок, а аромат будоражил не только моё сердце, но и Руфуса. Этот смышлёный пёс уже был возле меня и выпрашивал хоть крошку пирога жалостливыми глазами.

Я вышла на крыльцо и лишний раз убедилась, что живу в красивом месте. Наш дом находился на самой окраине деревни вдали от соседей. Вслед за огородом тянулось небольшое поле, а за ним вырастал густой лес. Границей, отделявшей наши угодья от дикого мира, служил шиповник, чьи кусты простирались вдоль участка длинной стеной. Однако у «стены» была одна брешь, сквозь которую мы частенько ходили через поле в лес. От дома к шиповнику вела каменная дорожка, по которой любили ползать улитки. Чем их привлекал холодный камень – не знаю, но они постоянно выползали на него, когда на улице шёл дождь. Однако сегодня гостем была далеко не улитка.

Под густым кустом шиповника на краю каменной дорожки притаилась лиса. Она с интересом заглядывала в огород, принюхивалась, улавливая незнакомые запахи. Прижавшись к земле, лиса быстро переводила взгляд с места на место, будто что-то искала на нашем участке. Её шубка была необычного цвета. Я всегда видела только рыжих лис, а эта имела красный окрас. Яркая, словно ночной костёр, она всё же сливалась с осенними красками.

Удивительно, что даже Руфус не учуял гостью. Хотя ему было совсем не до неё. Его взгляд впивался в кусок пирога, который я все ещё держала в руке. Пса больше ничего не волновало, кроме этого лакомства. Он будто оказался загипнотизирован. Однако это было хорошо, ведь я могла спокойно рассмотреть лису и полюбоваться её красотой.

Пушистый хвост, словно метла волочился за ней следом, уши имели черный цвет, как и мех на лапках. Тёмная шерсть доходила до локтей животного, а дальше переходила в красный окрас. Хотя с правым ухом приключилась какая-то беда. Оно было будто бы отгрызено. Не всё. Лишь кончик. Определённо у лисы не хватало кончика правого уха. Интересно, что могло произойти? Драка с лисой или другим зверем? А может охотники? Воображение моё разыгралось. Я стала представлять разные картинки в голове. Сначала передо мной развернулись звериные сражения в лесной чаще, затем выстрел не умелого охотника и попадание пули именно в правое ухо зверя.

Когда я вернулась из своих мыслей обратно на крыльцо, то заметила, что лиса смотрит прямо мне в глаза. Она стояла неподвижно. Мне показалось, что лиса даже перестала дышать. Затем, взмахнув красным хвостом, она развернулась и убежала в поле, не оставив после себя и следов. Но сделать это ловко у неё не получилось. Я заметила, что она хромала на левую переднюю лапу. Ещё одна напасть. У этой бедняги наверняка была нелёгкая судьба. Но фантазировать о том, что могло случиться с лапой, я не стала.

Откусив наконец-то пирог, я помчалась к брату. Руфус за мной.

– Егор, а разве лисы бывают красного цвета?

– Где это ты видела красную лису?

– Только что у шиповника на каменной дорожке.

– Прям здесь? – удивился Егор.

Я кивнула.

– Эх, жалко ружьё не готово. Да, что там ружьё, я бы и стрелять не стал в такого зверя. Повезло тебе, Алька. Встретить огненную лису – к удаче. Мало кто видел такого зверя. Это редкость. По крайней мере, в наших краях. А ещё говорят, огненная лиса – вестник перемен, так что сегодня точно должно повезти на охоте.

И Егор с большим рвением вновь принялся чистить ружьё. Известие о том, что огненная лиса – вестник перемен, обрадовало меня. Перемены не могут не радовать, особенно если они начинаются в тяжёлый период. Хотя может, всё станет ещё хуже. Никогда не узнаешь, что ждёт впереди. В любом случае огненная лиса принесла на своём хвосте надежду. Надежду на сытую и тёплую зиму, о которой мы так мечтали.

Воровка куриц

К вечеру разыгрался ветер. Он с лёгкостью поднимал с земли сухие листья и старался перекинуть их через забор. Наблюдая за его игрой, я не заметила, как в дом вошёл папа.

– Получилось! – воскликнул он, – теперь дела пойдут намного лучше.

Отец вернулся из города. Он уезжал туда ещё на рассвете и, как оказалось, не зря. Папа договорился в городе с местными рыбаками о продаже своих сетей. Он сам их вязал вечерами и дождливыми днями. Ему даже удалось продать пару штук за сегодняшнюю поездку. Эта весть обрадовала всю нашу семью. Видимо перемены начали приходить в наш дом, хотя я не ожидала, что это произойдёт так быстро.

Однако на следующее утро мама не досчиталась одной курицы в курятнике. Мы осмотрели каждый угол, каждый закоулок огорода, но кроме двух рыжих перьев на каменной дорожке ничего не нашли. Теперь мне стало понятно, зачем приходила хитрая гостья. Должно быть, ей приглянулся наш маленький двор. Это и не удивительно, вряд ли в соседних домах есть такие же дыры в курятнике, что у нас.

Расстроенная и даже немного разозлившаяся мама, начала будить Егора, который спал после охоты. Как и всегда он вернулся ни с чем.

– Егор, вставай! Кто-то крадёт у нас куриц!

– Чего? – ничего не понимая, сказал брат.

– Кто-то сегодня ночью забрал курицу.

– Это, наверно, лиса. Алька вчера видела её в огороде.

– Не было беды. Не хватало нам ещё лис кормить. Вот нахалка, и не побоялась ведь прийти, – удивлялась мама, – а Руфус почему двор не охранял?

– Так он после охоты был весь сырой, вот я его в дом и пустил. Погреться. Тем более Руфус – охотничья собака, а не сторожевая.

Негодование мамы росло, а вместе с тем росла и злость.

– Какая разница, сторожевая она или охотничья! Собака есть собака! И зверя должна за версту учуять.

– Да не переживай, мам, эта лиса сюда больше не сунется, – сказал брат, зевая, и перевернулся на другой бок.

Но прогнозы Егора не оправдались: на следующий день пропала ещё одна курица.

– Закрой собаку в курятнике, привяжи его или сам охраняй двор, но чтобы ни одна курица больше не пропала! – разгоряченно сказала мама Егору.

– Сначала в курятнике все дыры надо заделать.

– Вот и займись этим.

В этот момент мне стало жаль лису. Что будет если её и правда поймают? Мне захотелось вновь на неё посмотреть, хоть одним глазком, хоть одну секундочку. И тут у меня появилась идея!

После ужина я собрала остатки еды и вышла на улицу. Моросил мелкий дождь. Казалось, что крохотные капли не падали, а зависали в воздухе, словно летающие мошки. Они надоедливо лезли в лицо, и ничто их не могло остановить.

Вместе с дождём пришла и темнота: она быстро накрыла деревню, и без фонаря трудно было что-либо рассмотреть. Но я могла даже с закрытыми глазами пройти по огороду и ничего не задеть, поэтому с лёгкостью нашла брешь в стене из шиповника. Уходить в поле я не стала, а оставила миску с остатками еды на сырой земле рядом со стеной из шиповника. После чего поспешила домой.

Мне очень хотелось знать, сработает ли моя идея. Найдёт ли лиса моё угощенье? Хотя у этих зверей превосходный нюх, но всё же я переживала – вдруг, что сделала не так.