Детективные истории эпохи Мэйдзи

Внезапно, АСТ издали Сакагути.
Жаль, что в мягком формате. Это первая отдельная книга автора(не считая любимых сборников у icebook), ну что за формат? Дали хотя бы твердую обложку в другой серии, в какой-нибудь классике востока или т.п. Книжка толстая, в четыреста страниц, к концу прочтения она, бедненькая, вся измялась. Ещё не хватает вступления: парочки слов об авторе и как создавались рассказы. Как будто с бухты-барахты издали, но я все равно благодарен. Информация о дате выхода расходится в японской и русской википедиях. Также, в японской пишут, что серия включает 20 рассказов, в русском издании представлены первые десять, написанные с 1950г. по 1951г. Вряд ли намечается второй том...
Почти каждая история построена по схожей схеме: о деле, которое раскроет Синдзюро, детективный супергерой, поживший за границей, находчивый и проницательный, мы узнаем из диалога между Тораноскэ и Кайсю. Оба детектива-любителя. Первый, как может, поблизости от Синдзюро пытается раскрыть дело, но всегда увлекается ложной догадкой, второй, диванный детектив, пытается, по мере слушания рассказа от Т., догадаться об убийце, но тоже ошибается. Создается впечатление, что Кайсю - это прообраз читателя, который тоже пытается разгадать загадку от автора, пока читает рассказ. Есть еще один "детектив"- писатель Хананоя Инга, некий претенциозный соперник Тораноскэ, собрат по не-разгадыванию дела. Думаю, действующие персонажи - это типажи любителей детективных историй как среди читателей, так и среди авторов. Все эти допущения создают возможность мета-чтения рассказов. Но на этом я остановлюсь в своих домыслах, чтобы не переусердствовать).
Понятное дело, в сорок страниц сложно вместить полноценное расследование детективной истории. Поэтому между описанием преступления и его разгадыванием - один щелчок пальцев. Нам подробно описывают преступление, оставляют зацепки. Дают время на подумать, а потом тут же выдают ответ. Детективы не носятся по всему городу, долго не рыщут, у них нет на это бумажного времени. Это можно зачесть как элемент небольшой критики. Но я мало читаю детективов, поэтому недостаток начитанности в жанре мне служит добрую службу! С каждым последующим рассказом сюжеты усложняются, истории становятся более запутанными. Иногда вообще ничего не написано про расследование, а описывается сама подноготная предстоящей драмы! Как будто, Сакагути ловит кураж.
Главный прикол, в обманутых ожиданиях - я сам нигде не оказался прав, не распутал ни одно преступление. Читать по рассказу перед сном - вот моя рекомендация.

Эпоха Мэйдзи – период в истории Японии с 1868-го по 1912-й год. Анго Сакагути его, считай, и не застал – он родился в 1906-м, но легко понять, почему именно Мэйдзи он выбрал сценой своих детективных рассказов: в это время Япония после двухсотпятидесятилетней самоизоляции открылась (не вполне добровольно) для контактов с западными странами, произошла смена государственного строя, сопровождавшаяся неизбежной в таких случаях гражданской войной, и совершилась промышленная революция, превратившая Японию из аграрной страны в индустриальную. Словом, даже в самом сжатом изложении эпоха Мэйдзи – это время многочисленных и резких перемен, затронувших буквально все сферы жизни за очень небольшой срок, а для писателя – благодатное поле всевозможных сюжетов и характеров: в обществе, одна часть которого держится за традиционный уклад, потому что не знает иного, а другая жадно осваивает зарубежные новшества, возможны самые причудливые коллизии, а значит, не будет недостатка и в мотивах для преступлений – то что нужно для детектива.

При создании своего героя Сакагути явно вдохновлялся известными европейскими любителями неофициальных расследований – может, Шерлоком Холмсом, может, Арсеном Люпеном, а скорее всего, и тем, и другим, и кем-нибудь ещё. В любом случае, современному читателю «детектив-джентльмен», «детектив-красавчик» Юки Синдзюро непременно покажется на кого-то похожим.

Помимо привлекательной внешности и благородных манер Юки Синдзюро отличается исключительной проницательностью, но рутина и официоз ему претят, поэтому он сотрудничает с полицией в качестве консультанта. У него есть два самоназначившихся помощника, сопровождающих Синдзюро из любви к загадкам: самоуверенный и недалёкий учитель фехтования Идзумияма Тораноскэ и щеголеватый Хананоя Инга, в прошлом – самурай и участник гражданской войны, а ныне – автор популярных романов (но не о Юки Синдзюро; ничего общего с доктором Уотсоном у Хананои нет). Это могла бы быть замечательно колоритная троица, но, кратко охарактеризовав своих героев, Сакагути не озаботился даже более подробным их описанием, не говоря уже о развитии персонажей. Наоборот, с каждым рассказом им уделяется всё меньше и меньше внимания - поначалу интересные, они становятся совсем картонными, пока не превращаются просто в имена на страницах – даже идеальный Юки Синдзюро.

Все рассказы строятся по одной схеме: сначала подробно излагаются обстоятельства дела, потом Тораноскэ, что-то там себе сообразив, пересказывает их эксцентричному старику-затворнику Кацу Кайсю. На самом деле Кацу Кайсю – реальное историческое лицо, флотский офицер, инженер и государственный деятель, сыгравший заметную роль в перипетиях эпохи Мэйдзи. Но в рассказах Сакагути его литературному alter ego отведена незавидная роль: Кацу, основываясь на рассказах Тораноскэ, делает выводы о личности преступника, его мотивах и действиях – всё только для того, чтобы в конце Юки Синдзюро их опроверг и объявил истинного виновника.

Вот ради обстоятельств дела Сакагути слов не жалеет – настолько, что собственно расследование выглядит необязательным приложением к истории, начавшейся за десятилетия до того дня, когда о ней узнал Юки Синдзюро. Религиозные секты, жемчужный промысел, старые семейные тайны, превратности актёрской судьбы, запутанные родственные и любовные отношения – всё это Сакагути описывает с большим тщанием, и, по идее, всё это должно дать читателю возможность самому найти разгадку. Но я даже не пыталась – привычная логика бессильна против экзотического японского социума XIX века, а "строгий" дедуктивный метод Синдзюро ещё более условен, чем в рассказах о Шерлоке Холмсе.

Кроме того, все эти сведения так плотно изложены, так утрамбованы в текст, что практически не оставляют места воображению. Этим рассказам не хватает объёма – любой из них был бы лучше в виде повести. В целом создаётся впечатление, что Анго Сакагути быстро наскучил сам жанр детектива, и он просто писал истории про необычные убийства и ограбления, будто по обязанности прибавляя к ним считаные страницы расследования, и развлекался красочными фигурами речи.

Люди, неспособные работать, лодыри всех мастей – родные и чужие – стекались сюда толпами и цеплялись друг к другу, словно цепочка экскрементов золотой рыбки.

Этот сборник немного спасает только сложная и эклектичная эпоха Мэйдзи, в которой новомодная западная практичность сочетается со средневековыми суевериями и средневековыми же понятиями о чести. Это время, когда сильные мира сего устраивают бал-маскарад в европейском духе, но в качестве костюма выбирают наряд монахов-комусо: то ли для того, чтобы не слишком забывать о своих корнях, то ли из-за того, что в длинной и толстой флейте сякухати, являющейся обязательным атрибутом комусо, удобно спрятать клинок.