Дисклеймер

Все события и персонажи, описанные в этой книге, вымышлены. Любое сходство с реальными событиями и реальными людьми случайно. Эта книга содержит ненормативную лексику и эротические сцены. Рекомендовано для чтения лицам, достигшим 18 лет.

Глава 1

Варвара

Никогда не думала, что душевная боль может быть сильнее физической в миллион раз. Сердце в момент замирает, а потом бьётся о грудную клетку так, будто хочет её проломить и вырваться наружу, чтобы после сгореть в огне раздирающей боли. А лёгкие так сжимает спазмом, что невозможно сделать вдох. Пытаешься вздохнуть, а ничего не выходит… Как рыба, глотаешь необходимый кислород ртом и не можешь протолкнуть его в сжатые лёгкие… А мысли в голове вторят истекающему кровью сердцу: «За что? Почему?»

Последняя неделя выдалась очень сложной. Каждый день я возвращалась домой как выжатый лимон. Хотелось лишь одного — упасть на кровать, спрятать лицо в подушке и спать. Но об этом можно только мечтать!

Хорошо, сейчас лето на дворе, а в садике нет обязательных культурных мероприятий, и, значит, можно не водить в него дочь каждый день. Моя шестилетняя пусечка сейчас у бабушки с дедушкой гостит и безумно рада таким вещам. Я бы сама с удовольствием сейчас на недельку в отпуск ушла, пожила бы с родителями, где ничего, абсолютно ничего не надо делать! Но кто ж меня в самый разгар сезона отпустит?

Скинув туфли, застонала в голос от удовольствия и облегчения, опускаясь на мягкий пуф в прихожей. Откинув голову на стену, позволила себе выдохнуть и расслабиться на пару минут, после меняя маску строго администратора самого большого и дорого в городе отеля на заботливую жену. Да, я должна успеть создать образ спокойного семейного вечера, накрыть на стол к приходу мужа и улыбаться. Застрелите меня!

Вместо отведённых двух минут просидела больше. И, наверно, так бы и продолжала, если бы не телефон.

— Боже, пусть это будет не по работе, молю… Привет, — выдохнула, когда увидела надпись «Люська» и улыбающееся лицо подруги на заставке.

— Привет, Варь! Как ты?

— Меня словно раскатали катком, потом засунули в печку, после в морозилку и выжали досуха… А так в целом всё как обычно.

Не люблю жаловаться, но Люде ною регулярно. Она единственная, кто меня понимает, слушает и искренне жалеет.

— Обняла бы. Жаль, через связь не получается.

— Всё нормально. Сейчас отдышусь и гоу за ужин.

— Снова влезаешь в узду, моя кобылка? Варь, хорош геройствовать, закажи доставку ужина и полежи немного, — горько выдохнула она, зная, как я приучила Толю к домашней свежей кухне.

— Да, видимо, так скоро и буду делать. Иначе сдохну. Ты сама как? Голос уж больно нерадостный.

Зажала телефон между плечом и ухом, принимаясь за дела. Время и так упустила. Конечно, неудобно переодеваться таким образом, но я смогла. После разобрала небольшой пакет с продуктами, достала вчерашнее рагу и поставила на плиту. Ничего, сегодня Толя поест вчерашнее, отварю только макароны и овощной салат быстро нарежу.

— Да так… Стасик приболел, канючит. А ты знаешь, как дети могут вымотать в таком возрасте.

— Ага, даже очень.

— Всё папу ждёт, а тот никак не может с работы вырваться. Обещал приехать, но… — Люда замолчала ненадолго, а потом я услышала всхлипы.

— Люсь, ты чего? Не плачь, кукла, — всегда так её называла, ещё со школьных времён за большие серые глаза.

— Устала я, Варь… Хочу, как у тебя. Не ждать его возможностей, а чтобы был рядом. Каждый день видеть, ужинами кормить и смотреть, как ест. Чтобы Стаська не скучал и не пытал меня. Ой, устала…

Тяжело выдохнув, поставила кастрюлю на плиту. Людка у меня хорошая подруга, прошли мы с ней многое. И смеялись, и счастьем делились, и ревели как белуги. Вот только я, как Толю своего встретила, сразу поняла — мой. А через полгода поженились, ещё через годик Арина родилась. Живём уже сколько и тьфу, тьфу… А Людка. Встретила она своё счастье позже. Вот только чужое оно было. Женатый мужик попался, а она не знала. Родила Стасика и видит «свою любовь» урывками, когда тот от жены сбегает.

— Люд, я понимаю твоё горькое женское, но ведь ты сама…

— Да, Варь. Знаю. Просто поныть захотелось. Только тебе одной могу.

— Да, как и я тебе.

Вот так поноешь подруге, и жизнь уже не кажется такой гадкой, серой и тяжёлой. Для этого и нужны близкие, особенно вот такие подруги, которым можно позвонить и сказать: «Мне хреново». А через час дверь открывать и доставать бокалы под любимое вино. В нашем случае такие посиделки случались уже реже, но были. И всё же звонили мы друг другу регулярно и по несколько раз в день.

— Ладно, Варька, слышу, как ты посудой бренчишь, некогда тебе, а мне чуточку полегчало. Поэтому готовь спокойно для своего Толечки, не буду мешать. Пошла к сыну, дам лекарства и полежу с ним.

— Ага, давай. Поцелуй Стасика.

Сын у Люды был здоровским. Смышлёныш не по годам. На подругу больше похож, чем на отца. Люда мне как-то показывала фото этого Алексея. Ни чёрточки в Стасике схожести нет. Помню, как год назад напились с ней. Повод был — восьмое марта, и Толя с барского плеча накрыл нам стол, а сам уехал к родителям с дочкой. Так я пошутила:

— Люд, ну совсем нет ничего от твоего Лёшеньки. Вон на Тольку моего и то больше похож, — сын Люды в этот момент мороженое у нас на кухне хомячил.

Ох и смеялись мы тогда до слёз. Люда шутку поддержала, минут десять схожести искали и ржали, как две дуры. А потом она разревелась. Пришлось утешать. И после эту тему мы не поднимали.

Из мыслей вывел бренчавший мобильный. Мама, как всегда, вовремя. Снова зажала телефон между плечом и ухом, принимая вызов, а сама стала сливать макароны.

— Да, мам.

— Варь, тут Аринка хочет тебе что-то сказать, — и передала трубку дочке. — Мама! А где папа?

— Привет, Ариш. Ещё на работе, а что ты хотела?

— Он мне вчера игрушку обещал купить… Ещё не купил?

Разговаривая, добила макароны и принялась за овощи. Про игрушку я слышала впервые, так и ответила дочери.

— А, да? Ну, тогда скажи папе, пусть мне позвонит, хорошо? — вот же маленькая егоза изворотливая. Улыбнулась, папина доча.

— Обязательно передам. У вас всё хорошо?

— Да, мам! Пока!

Трубку снова взяла моя мама и пожаловалась.

— Что там за игрушка такая? Она мне сегодня все уши прожужжала.

— Мам, понятия не имею. Как Толя придёт, обязательно у него спрошу.

— Ну ладно. Мы пошли к деду в огород. Звони завтра.

— Хорошо, папе привет.

Ужин приготовила, успела принять душ и переодеться, как с работы пришёл муж. Кинув ключи от машины на тумбочку, он тут же прошёл в спальню, зная, где меня искать.

— Привет, Краса, — поцеловал в щёку, положил на кровать свою кожаную сумку, стягивая пиджак.

Когда познакомились, он только и звал меня: Варвара-краса. Хорошо, что без продолжения «длинная коса». На тот момент у меня была короткая стрижка, это сейчас я могу похвастаться длинными шикарными волосами.

— Приветик, ты сегодня что-то долго.

— Прости, пришлось задержаться, доделывать дела и давать распоряжения на следующие несколько дней.

Толя скинул рубашку на пол и принялся за брюки, а я поморщилась. Ненавижу, когда он так делает! Разбросает вещи, а мне поднимай и в стирку неси. Редко уже так делает, но всё равно случается. Убрала с кровати его сумку на пол и рукой молча указала на рубашку.

— Прости, — поднял вещь, закидывая на плечо, и продолжил с брюками.

— А что будет в следующие несколько дней?

— Завтра еду в Краснодар в командировку дня на три-четыре.

— Не слишком часто? Ты ж был в прошлом месяце.

— Часто, Варь. Сам задолбался, но я слуга народа, которого лично требуют на созыве, — развёл руками, а в этот момент его брюки упали к ногам.

— Ясно, депутатище, — смешной такой, — пошли ужинать и отдыхать.

— Сначала душ, а то потом сил не будет.

Поджав губы, муж реально поплёлся в ванную. И ведь не сыграть такую усталость. Толя, правда, выглядел выжатым. Впрочем, как и я. Понимая его состояние, подобрала его сумку и понесла в прихожую на своё место. Оставалось несколько шагов, как сумка завибрировала у меня в руках. И это было странно, так как муж выложил мобильный из пиджака. Нахмурившись, повернула голову в сторону ванной. Шум воды отчётливо был слышан, а сумка перестала вибрировать. Уже положив её, хотела отойти, как снова вибрация.

Как можно бороться с обычным, но до чёртиков сильным женским любопытством? Правильно, невозможно. Вот и я не смогла, проиграла этому невыносимому чувству и полезла в сумку, вытаскивая на свет довольно старенький смартфон. Он дребезжал на виброрежиме в моей руке, а я смотрела на до боли знакомый номер.

— В смысле?..

Брать трубку? Нет, не стала бы. Да и не успела. Что-то нехорошее шевельнулось в душе, похожее на предчувствие конкретного разрушения, как после апокалипсиса… Не успела я до конца понять это скручивающее желудок в узел предчувствие, как телефон снова дёрнулся в руке входящим сообщением с этого же номера: «Любимый, я уже ничего не могу нашему сыну придумать. У него высокая температура и очень нужен папа рядом. Приезжай, мы сильно скучаем по тебе и ждём».

Глава 2

Анатолий

Сегодня был самый тяжёлый день за последнее время. Я реально задолбался! Словно сговорившись, меня дёргали со всех сторон и разрывали на куски. Хотелось матом крыть и слать многих в адское пекло. Но куда там, надо держать лицо! Вот и держал, мысленно уговаривая себя терпеть, ведь впереди три дня отдыха.

— Максимыч, привет! Куда пропал? — Витя Степанов, мой старый приятель, был бодр по голосу, что аж врезать захотелось.

— Привет. Работаю, Витёк. Что хотел?

— Да вот узнать, а слуги народа отдыхают вообще?

— Ага. Иногда, — пока говорил с другом, просматривал следующий в очереди акт выполненных работ.

Я хоть и выдвинулся по самому маленькому Сочинскому округу и старался большее время уделять депутатским вопросам, но про своё детище забывать нельзя. Срок закончится, а фирма останется, которая хорошо так кормила меня и мою семью.

— Ну, тогда давай вечерком по бутылочке нашего любимого баварского бахнем? — уже хотел возразить, рот открыл, но друг перебил: — Знаю, что вторник, знаю, что середина недели. Но, в конце концов, Осипов! Месяц от друзей бегаешь.

— Знаю, Витёк… Сам же понимаешь, что лето — это самая жопная пора. Если на одной работе могу пойти в отпуск, другая ни за что не отпустит. Вон Варька тоже зашивается, видимся вечерами по два часа. И поверь, там уже не до романтики, лишь бы ноги вытянуть и чтобы никто не трогал.

— Понял, отстал. Сам тогда звони, когда сможешь.

— Угу. У тебя что нового? Дети как?