Прошло четыре года с того момента, как Топ и Лян переехали в собственные дома в деревне Дымовка. Все эти четыре года Топ и Лян занимались тем, к чему у них лежала душа – выращивали рожь и пшеницу. Земля, как говорили они, приносила плоды и силы.

Но была проблема. Четыре года назад в Дымовке произошёл крупный пожар – горели старые дома Топа и Ляна. И после того момента в Дымовке произошло ещё несколько похожих пожаров. Люди начали вспоминать, что до приезда Топа и Ляна пожаров на деревне не было. «Это из-за них пошла череда пожаров и больших капитальных потерь!» – рассуждали они. Понятно, что здравой логики тут не сыщешь! Причём тут Топ и Лян? Конечно, можно передать это дело в руки следователей и полицейских – и тогда всё стало бы ясно. Но дома сгорали до последней ступеньки, и понять, из-за чего это происходило совсем не удавалось.

Ненависть деревенских к Топу и Ляну возникала не только из-за частых пожаров. Дело в том, что на поле, где Топ и Лян ростили пшеницу, была сильная поросль – вплоть до того, что там мог вырасти лес. На том поле, а точнее за зарослями, деревенские ходили летними вечерами за земляникой и луговой клубникой. Сейчас, чтобы попасть к этой клубнике и землянике, нужно было обходить кругом всё поле – и лишь потом, уже уставшими, собирать ягоды. Но Топ и Лян хотели, чтобы земля использовалась с пользой! А если бы там были заросли, жители попросту сделалибы там свалку из своих отходов с огородов и из домов. Поэтому Топ и Лян выбрали именно те места для занятий с пшеницей.

Не только хлопоты доставлял удлинённый путь и отсутствие свалки. Ещё и ежемесячная пыль, летевшая с поля при уборке или когда долго не было дождей. По словам жителей, они стали замечать за собой ухудшение самочувствия. Что окончательно подбивало на ненависть – это то, что по осени, когда поля совсем убирались, с поля в дома сбегались все мыши. А из-за мышей в гости к деревенским не хотела приезжать запуганная молодёжь из города. В общем, немало хлопот доставляло поле и сами Топ с Ляном всей Дымовке. Жители их сильно невзлюбили.

Порой по деревне ехал мужчина на тракторе и прокашивал центральную улицу. Почти до земли у каждого домика в деревне он чистил, а вот у домов Топа и Ляна косить не стал. А ещё соседи пилили деревья у себя на огороде. Деревья-то были большие. И деревья начинали валиться, конечно же, не на огород к соседу, а на участок Топа и Ляна. Казалось бы, деревья соседские, только почему-то повалились к Топу и Ляну. Да и ладно с этим – строение и наклон деревьев могли не позволять падать на свой огород соседа. Но, спилив деревья, сосед и не намеревается с ними что-то делать! Так и оставлял их лежать у Топа и Ляна на участке. И вот приходят Топ и Лян за дом на небольшой огород – а он завален деревьями. Как будто они с неба, вместо дождя, нападали! И не пройти и не проехать через этот несоразмерный завал огромных и ветвистых деревьев, которые, отбросив свои семена из листьев, породят заросли в будущем. Топ и Лян, не сделав ни единого замечания соседу, расчистили территорию и посадили небольшой огородик.

Топ и Лян знали эту проблему. Как бы они, будучи желающими отделиться от человечества, и хотели работать во благо ему, растив рожь, но это было безуспешно. Выращивали-то они выращивали, но только когда в спину дышит недовольная деревенщина, в удовольствие не повозишься с пшеницей и рожью. Топ и Лян понимали: нужно мириться с деревенскими, иначе ничем хорошим это не кончится.

Что только Топ и Лян не придумывали, чтобы подружиться со всеми! Приглашали всех на общее собрание, чтобы обсудить вместе проблему. Только приходила местная шпана и кидала помидорами в окна Топа и Ляна – и тоь потому, что так сказали старшие. Тяжело было Топу и Ляну: никого у них в Дымовке не было, к кому можно обратиться, поговорить и обсудить проблемы – все были врагами.

Был у них в деревне друг – Кольцо. Но он, увлёкшись баскетболом, решил полностью посвятить себя любимому делу – баскетболу, как Топ и Лян – земледелию. Но чтобы посвятить всего себя любимой игре, Кольцу пришлось оставить деревню и уехать в город. Так что и этого друга у Топа и Ляна больше не было рядом.

Топ и Лян пробовали одаривать деревню подарками. Поехав в райцентр, они закупили на всех конфет и пирожных. Приехав в деревню и стучась ко всем в дома, они не получили ответа: даже если кто и был дома, никто не принимал подарка. Ситуация была чуть ли не тупиковая. В голову приходили мысли прекратить занятия с полем и оставить его зарастать, но это было бы не совсем правильным решением – и, если можно так выразиться, «против своей воли». Ведь зачем полю зарастать, если оно может давать плоды и пользу многим людям?

Измаявшись, Топ и Лян решили взять совета у мудрого человека, который и подсказал им заниматься выращиванием пшеницы и ржи – у Бора. Бор жил в соседней деревне – Гуляевке, ну, как сказать, в Гуляевке, недалеко от неё, в начале леса. Встав с утра и попив чаю, Топ и Лян взяв свои велосипеды и поехали к нему, хотя после последней встречи прошло уже четыре года. Ехали они по жаркому и солнечному дню – по лесным и полевым грунтовым дорогам. Проехав километров пятнадцать, Топ и Лян обнаружили, что уже наступил обед. Но они были уже почти у дома Бора. Подъехав к нему, они увидели всё тот же интересный дом в посадке – с интересными окнами и фасадом. Постучав в дверь и крикнув, Топ и Лян не получили ответа – никто не открыл и не вышел к ним. Свежих следов от машинных колёс у дома Бора не было. Дверь оказалась заперта. Прождав пару часов, Топ и Лян решили немного проехать и отправиться в основную деревню – Гуляевку – туда, где жил весь народ, – чтобы спросить, живёт ли сейчас Бор в своих хибарах.

До Гуляевке, поблизости от которой стоял дом Бора, было около двух километров. В Гуляевке «цвела жизнь»: дети играли в классики и перебегали к бассейнам, а взрослые стирали бельё около своих домов; кто-то плескался вместе с детьми в бассейнах. В Гуляевке не было неухоженных или ветхих домов – даже старые строения выглядели так, словно их отмыли до блеска и выкрасили буквально на днях.

Топ и Лян заметили у одного домика двух женщин, которые свесили ноги в бассейн и попивали лимонад. Они подошли и спросили у них про Бора. Женщины, посмотрев друг на друга, пожали плечами – они не знали, кто такой Бор. Топ и Лян сильно удивились. Но ещё больше они удивились, когда обратились с тем же вопросом к пяти другим людям – и никто из них тоже не знал Бора. В сильном недоумении – как так, деревня не знает такого «великого» соседа? – Топ и Лян пошли через перелески обратно к дому Бора: может, он уже вернулся?

Вернувшись из шумной и солнечной Гуляевки на тихую лесную опушку, Топ и Лян не обнаружили никаких следов появления Бора. Расположившись неподалёку от домика, они решили подождать его до вечера – возможно, к тому времени он явится.

За время пока Топ и Лян сидели в ожидании Бора, они увидели множество диких зверей. Заметив Топа и Ляна, звери бросались в бешенную скачку и убегали в кусты.

Но долго сидеть им не пришлось: из-за прохладной тени и тихого тёплого ветерка, напоённого ароматами луга, Топ, а затем Лян уснули прямо под деревом. Так они проспали весь день.

Когда солнце начало садиться и скрываться за верхушками деревьев, Топ и Лян проснулись и поняли, что, пока они спали, наступил вечер. Где-то вдалеке слышался шум бензокосы – но он исходил из Гуляевки, куда Топ и Лян успели доехать, чтобы спросить про Бора; также доносился далёкий лай собак – тоже со стороны той деревни. Топ и Лян попытались отворить дверь в дом Бора, но она, как и днём, оставалась запертой! Поскольку световой день подходил к концу и солнце вот-вот должно было скрыться за горизонтом, Топ и Лян решили прекратить ожидание и отправиться домой, в Дымовку, пока ещё было видно дорогу – ведь ехать предстояло пятнадцать километров. Вытащив по заросшей дороге велосипеды, Топ и Лян повернули на свою грунтовую дорогу, которая тянулась посреди поля. Где-то вдали была видна Дымовка: блестели на солнце крыши и еле-еле заметен был дымок. Она находилась очень далеко.

Солнце уже давно зашло за горизонт. Топ и Лян въёзжали в посадки. По этой дороге они ехали-то всего два раза, но примерно помнили путьТем не менее они торопились: как только совсем стемнеет, различать дорогу будет во много раз сложнее. Выехав из-за посадок, они увидели, что хорошо накатанная дорога разветвляется на три поменьше. Тут-то Топ и Лян остановились и начали вспоминать, по какой из них они приехали. Первое, что пришло в голову, – посмотреть, по какой дорожке ведёт след от велосипедных шин: ведь они ехали по ней этим же днём. Но, начав присматриваться к этому месту, Топ и Лян поняли, что в этой окрестности прошёл небольшой дождик и смыл следы велосипеда. Не зря в Гуляевке так сильно парило: просто дождь обошёл ту деревню стороной. Как ни представляли свой дневной путь Топ и Лян, они никак не могли вспомнить, с какой из трёх дорог приехали. Только сейчас они осознали, что нужно было оставлять вешки, чтобы потом по ним выбрать правильный путь к Дымовке.

Помешкав около развилки, Топ и Лян решили поехать по дороге, которая была левее. Чётких обоснований, почему именно по левой, не было. «Ну будь что будет!». Солнце совсем село, и наступила темнота с богатым звёздами небом. Луна освещала путь Топа и Ляна, да ещё фонарики, прикреплённые к рулю. Дорога казалась совсем незнакомой, и нигде в округе не было ни одного огонька – только тёмные посадки и поля, в конце которых тоже виднелись редкие посадки. Топ и Лян начали волноваться, потому что поняли: дорога обратно в Дымовку была другой, они всё-таки свернули-то не туда! Но, с другой стороны, ночью всё кажется иным, обретает какие-то особые черты. Набравшись скорости, они ехали то с бугра, то на бугор.

Вдруг вдали показался огонёк – но тут же исчез! Этот огонёк стал последней надеждой Топа и Ляна: они по-настоящему заблудились и не знали, в какой стороне находятся, тем более ночью.

Топ и Лян ехали навстречу этим огонькам. Порой их было много –больше тридцати, а временами только один. Что это за населённый пункт, было непонятно. Когда Топ и Лян были маленькими, они знали каждый уголок в своём районе, но, повзрослев, немного забыли, где что находится – не то что тогда…

Огоньки появлялись всё ближе и ближе. Но как только Топ и Лян подъехали к ним совсем близко, они поняли, что это автомобильная дорога, а огоньками были машины.

Подъехав к оживлённой автомобильной дороге, Топ и Лян обнаружили, что уже полночь и путь домой полностью потерян. А мимо них с большой скоростью пролетали десятки машин. Топу и Ляну, в силу их режима, очень сильно хотелось спать: у них уже не было сил крутить педали, да и вообще идти. Тем более идти дальше в такой темноте – это только повышать все шаны заблудится ещё глубже.

Топ обратил внимание на какие-то знаки вдалеке: возможно, на них указывался поворот на деревню, говорилось, как к ней проехать и куда поворачивать. Поэтому Топ и Лян решили поднатужиться и подъехать, чтобы посмотреть, что написано на дорожных знаках. Те оказались на большом расстоянии. Подъехав поближе, Топ и Лян увидели, что на знаках указывается километраж до ближайших крупных городов. До города, где раньше жили Топ и Лян, было сто тридцать километров, но о ближайших деревнях речи вообще не шло.

Вдоль дороги шла густая посадка. В этой посадке, прямо напротив знака, Топ и Лян увидели пару обычных деревенских качелей – словно бы взятых с огорода. По качелям расплёлся виноград. Топ и Лян решили, что им очень сильно повезло, и, спрятав велосипеды в посадке, прошли к качелям. Много вопросов возникало у Топа и Ляна: кто поставил эти качели и почему именно здесь? Но больше всего им хотелось не мыслить, не включать логические установки, а просто спать. Они прыгнули каждый в свои качели и забыли о всех трудностях и неувязках, о том, где находится их родная Дымовка. Ребята уснули в два счёта – им даже не помешали проносящиеся мимо колонны машин, потому что их охватил крепкий, непробудный сон.

Но ребята не знали одного: эти качели стояли не просто так. Они были предназначены для подсадки пассажиров, которые хотят добраться в город или ещё куда-то – вроде голосования с протянутой рукой, только вместо руки – качели. Ведь качели стояли напротив знака: «До города – сто тридцать километров». Дальнобойщики, обращая внимание на качели, видели людей на них и, проверяя, есть ли возможность взять ещё пассажиров, сажали их к себе и везли до города.

Ребята крепко спали, а машины всё так же ехали. Шёл примерно третий час ночи. Топ проснулся и решил немного походить и посмотреть, что находится за посадкой: Лян по-прежнему спал. Посадка была глубокая и пышная – вероятно, чтобы выхлоп от машин не распространялся за дорогу на близлежащие поля и деревни. Когда Топ вышел на простор, он увидел целое поле гороха, а на горизонте за полем виднелся еле заметный рассвет. Было немного прохладно. Топа очень заинтересовал этот вид урожая, и он немного изучил его: проверил почву, влажность и частоту посадки. Топу очень понравились эти угодья, и он захотел на своём поле тоже вырастить столь интересное растение.