Сборник "Либеральный апокалипсис" - это восхитительный образец литературы для того самого пипла, которое всё схавает. Поэтому можно вообще не напрягаться. И это даже хорошо. Хуже, если авторы рассказов, включенных в сборник, всё-таки напрягались и это удачные образцы их творений.
Начнем с того, простите за тавтологию, как всё начиналось. В ЖЖ Сергея Чекмаева, составителя сборника, был брошен клич "пацаны, забацаем книжку"! "Пацаны" поднатужились и забацали, а потом результат потуг издали тиражом в три тысячи экземпляров.
Задумка была такой:
"...давайте попробуем спрогнозировать мир победившей глобализации. Мир, где ценности западного общества, либеральные идеи восторжествовали на всей территории Земли, включая, конечно, Россию (и страны бывшего СССР). Сможет ли выжить мир без духовности, мир индивидуального обогащения, толерантности и полного уничтожения национальной идентификации? Мир, где отсутствует понятия Родина, патриотизм, народ, вера?
В рассказе не обязательно должен наступить крах цивилизации. Но (согласно заголовку поста) либерализм уже вовсю трещит по швам под тяжестью своих преступлений! Впрочем, не исключаю, что вам удастся построить вполне жизнеспособный мир по вышеописанным лекалам - пожалуйста! Попробуем устроить войну идей".
То есть либеральные ценности = бездуховность, индивидуальное обогащение, наличие толерантности и отсутствие понятий Родина, патриотизм, народ, вера.
Звезда смерти! Апокалипсис! Четыре всадника! Мор, глад и нехватка парковочных мест! Короче, котенку капец, а умные авторы нам сейчас расскажут, где мы прокололись. Потому что (это уже цитата из предисловия к сборнику):
"Ведь задача фантастики — не только развлекать, со времен Холодной войны наш жанр выступает в роли тревожной сигнализации планеты Земля, предупреждая и предостерегая от необдуманных решений, которые могут стать роковыми для всех и для каждого".
Вот так вот, товарищи. Настроились уже на восприятие мудрого и вечного? Тогда покатили.
Дальше...
Открывает сборник опус Эльнура Серебрякова "Последний контракт". Скажу сразу и честно, что это самый банальный набор банальных банальностей, что мне доводилось читать за последние лет пять, наверное. Цитировать не буду, но видно, что автор очень старался соответствовать теме. У него в тексте прямо есть вставки про отказ от Родины, но с маленькой буквы, религии и т.д. Молодец, Серебряков, вызубрил на "пятёрку".
Далее смотрим "Бремя альбиноса" Тимура Алиева. Печальнейшая история про то, как неизвестные, но злобные силы, запустили вирус, который заставил афганцев считать себя шведами. Страшно? Нет? Ну и дураки, потому что должно быть страшно.
"Картина вырисовывалась следующая. Сто пятьдесят лет назад Афганистан оказался на краю гибели. Население страны поголовно стало воспринимать себя шведами со всеми присущими этому европейскому этносу ценностями и знаниями. Однако при этом оно продолжало жить в условиях Афганистана, иметь на руках соответствующие документы, пользоваться плодами прежней культуры.
Когнитивный диссонанс, случившийся в головах афганцев, мог превратить их в толпу окончательных безумцев, после чего страна попросту исчезла бы, как это случилось со множеством других государств, попавших под удар вируса. Перед тогдашней властью встал непростой выбор — остаться территорией умалишенных или объявить себя Новой Швецией, взамен уничтожив все следы прошлой, «дошведской» эпохи — архивные документы, культуру, литературу и прочее".
О как, когнитивный, понимаешь, диссонанс. Но прошло сто пятьдесят лет и новый король Карл Мухаммадссон, открыв для себя ужасную правду, решает, что афгано-шведам пора сняться с места и рвануть на "историческую родину", которая очень удачно теперь пустует, ведь настоящая Швеция давно уничтожена.
Рассказ сам по себе даже неплох, но какое отношение он имеет к апокалипсису? Чего нам нужно бояться? Извините, не дошло.
Но оставим банальности и несоответствие теме - такое в каждом сборнике есть, а вот "Армагеддон — завтра" Александра Тюрина, о, подобным творением могут похвастать немногие даже в наши бездарные времена. Другие вещи автора не читала, поэтому остается надежда, что приключения Севы это пародия, да только разбирают сомнения.
Цитат будет много, иначе не передать неповторимый тюринский колорит.
История начинается с того, что у жениха Севы украли невесту Настю и всячески ею воспользовались. Сделал это коварный и жестокий Булат, на которого управы не найти, потому что он Темирханов, а Темирхановы держат город. Чувствуете приближение либерального апокалипсиса? Ведь укради невесту не Булат, а Васька Иванов, так то было бы совсем другое дело! Васятка свой, а эти понаехали тут. Правда, городок, где всё происходит называется Шалшык, но это же дела не меняет. Нефиг шалшыклятся по нашему исконно-посконно русскому Шалшыку!
Сева вызывает Булата на разборки, простите, на мужской разговор.
"Несмотря на залихватские «мне все не сложно», Сева не был железобетонным, как папа, а скорее в покойную мать. Булат явится, в этом можно не сомневаться. Джигита ведь из себя строит. Но вот будет ли он один? И если даже один — это серьезный противник. Карате занимался, тяжелее на двадцать кэгэ. В кармане наверняка лежит короткоствол. Лучше бы, как и советовал приятель, не связываться…
Но забыть Сева не мог. Настя совсем не напоминала девок из семей спившихся работяг бывшего «Энергомаша». Скорее всего, была она единственной в городе, которую Темирханов мог бы взять только силой.
Сева почувствовал приближение хищного тела, резко обернулся — Булат был почти рядом. Массивный, а идет тихо, как тигр.
— О чем задумался, служилый? — голос Темирханова лился приторно-дружелюбно. Сева отругал себя — ведь действительно, задумался в самый неподходящий момент, как мальчик-аутист".
Почувствовал приближение хищного тела... О, что же дальше? Дальше была драка.
"Сева перепрыгнул через обвалившуюся балку, сымитировал удар по верхнему уровню и, мгновенно прижавшись к земле, врезал противнику по нижнему уровню — под колени.
Темирханов повалился лицом в пыль.
— Вставай, — сказал Сева, — для тебя еще ничего не кончилось.
Темирханов встал. Физиономия его выглядела растерянно. Он сделал, прихрамывая, пару шагов вперед, попробовал атаковать — ударом ноги в голову. Кречетников нырнул под ногу Темирханова и провел сразу два удара — локтем в корпус, тылом ладони в лицо".
Пробовал атаковать ударом ноги в голову... Брюс Ли, блин. Уж простите, но других то слов нет, когда читаешь про все эти удары по верхнему и прочим уровням.
Сева почти победил, но тут понабежали плохие полицейские с плохими Темирхановыми, и, лучше даже не читайте, два раза переехали Севу джипом. Но хороший парень выжил, только стал лежачим инвалидом, а его папе пришлось всё продать, чтобы сына от тюрьмы отмазать. Совершенно случайно оказалось, что папа когда-то придумал такую классную штуку как "системы уединенных волн в упругих средах". Это прям вообще какая вещь! Но упырь-коллега украл разработку и увёз в штаты, а что не докрал, то всё равно у папы отобрали, а потом папу убили и остался Сева совсем один.
Только папино изобретение оказалось ещё более прям вообще, чем планировалось. Проникнитесь.
"Известное нам Настоящее — лишь тонкая мембрана между Преднастоящим и Посленастоящим. По сути, пленка пространственно-временного континуума, с обеих сторон от которой Большой мир. Время течет из Будущего в Прошлое, просачиваясь через эту мембрану, порождая на ней все реальные объекты. Кречетников создал х. структурный инструментарий, который, так сказать, позволяет сужать и расширять поры этой мембраны, чтобы ускорять, замедлять и даже поворачивать потоки времени. Как следствие — возвращение прошлых состояний (из Посленастоящего), возможна встреча с прототипами объектов (из Преднастоящего). Изменения в ходе времени ведут — в рамках пространственно-временного дуализма — к деформациям пространства. Как следствие — мгновенные перемещения объектов. Возможны изменения в структуре объектов. Крайний вариант — пробой континуума…"
Короче, из Преднастоящего к нам проникло нечто, напало на упыря-коллегу, залезло ему в позвоночник и теперь он может мгновенно перемещаться в пространстве и делать другие прикольные вещи. Но вместо того, чтобы переместиться во Флориду, над которой прям дрожал, он зачем-то поперся в Шалшык, чтобы замочить Севу.
А Сева лежит в интернате для инвалидов и шевелить может только левой рукой. Но ему и этого достаточно (фу, пошляки!), потому что он уже сам почти научился всем фокусам с перемещением, только не доучился чуть-чуть, а уже пришлось валить. Ах да, до этого Сева познакомился с инокиней Ефросиньей, которая оказалась даже круче, чем его левая рука (вы опять не о том подумали).
Итак, Сева понял, что его сейчас будут убивать и надо валить.
"Хоть самокритичный Сева и называл себя «брюхоруким», но за последние два месяца ему удалось вернуть левую руку практически в нормальное состояние. Постоянными упражнениями — по три-четыре часа в день. Учитывая, что был он левшой — уже немало. Правая, на которой он сперва едва шевелил пальцами, могла к нынешнему времени немного сгибаться в локте и сжимать ладонь.
Рядом с ним находилась койка старичка, что в очередной раз испортил замкнутую атмосферу, а возле стояла инвалидная коляска, которой дедок почти никогда не пользовался. Удобно стояла — под левую руку. Сева подтянул ее к себе, а потом стал садиться, опираясь на спинку кровати. Легко сказать, если большая часть тела представляет собой неуправляемый мешок.
Минут через двадцать он как-то разместился в коляске и, толкая левой рукой то одно, то другое колесо, поехал.
Во дворе Сева мгновенно заметил джип «Паджеро». Тут уж никаких сомнений — приехали «гости». Солидные, не чета убогим родственникам пациентов инвалидного дома.
На водительском сиденье, за приоткрытой дверцей и опущенным стеклом, сидел человек в черной униформе. На инвалида, катящегося по двору, он не обратил особого внимания — водитель знал, что искомый объект есть лежачий больной, которого скоро вынесут на носилках.
И не обращал внимания до тех пор, пока инвалид не подобрал кирпич с земли и не швырнул ему в голову. Но теперь было поздно. Дверь распахнулась полностью, и тело водителя выпало.
Сева подъехал вплотную к джипу и стал перегружать себя на водительское сиденье. Через пять минут получилось. Ручник удалось поднять левой рукой, ключ был на месте. Коробка передач — автоматика. Хорошо, что по этому случае не три, а две ножные педали, но как дотянуться? Впрочем, человек, выпавший из машины, оставил на соседнем сиденье короткоствольный автомат. Решение найдено. Им и будем дотягиваться".
Вот, вот для чего нужна левая рука, а не для всяких там глупостей! Одной левой настоящий мужчина может всех раскидать!
Дальше Сева попадает в засаду.
"Ну, а какой расклад у него? Автомат «АКСУ» с одним рожком. Подвижность практически нулевая. Можно сказать, готовая мишень.
Сева выбрался или скорее плюхнулся на грунт, заполз за дверцу, поставил автомат на стрельбу одиночными. Стало настолько тихо, что он почувствовал… три фигуры движутся от переднего внедорожника.
Как это почувствовал? Сева даже подумал, что у него на глазах линзопроекторы, выдающие картинку «дополненной реальности». Да только откуда — такие цацки стоят бешеных денег.
Или… мы все — нестойкие образования, создаваемые потоком времени на некоем порожке, именуемом Настоящее. Своего рода завихрения в потоке…
Ладно, откуда да зачем, потом выясним. Поставив автомат рожком на землю и уперев его с одной стороны в булыжник, Кречетников выстрелил три раза одиночными. Итог — два жмура, плюс раненый, этот пополз обратно.
Сева, пока лежал на койке, понял, что с профессиональными хищниками в честные поединки играть нельзя, поэтому четвертым выстрелом добил подранка.
Тут началась пальба — очередями, от той машины, что стояла сзади.
Сева поменял позицию, чтобы его прикрывал корпус джипа. Кажется, он опять воспринимает возмущение в потоке времени — кто-то несется на него во весь опор. Кречетников нажал на спусковой крючок — все, уложил атакующего, лежит шагах в двадцати".
Пять из пяти! И всё это опять-таки одной левой. Плюс пара глаз и интуиция. Учитесь.
Севу могли убить, но пришла на помощь духовная и родная инокиня Ефросинья.
"В наступившем затишье послышался почти что детский голосок инокини Ефросиньи.
— Я разведала путь, там, слава богу, есть выход — прямо на трассу, идущую от бывшего совхоза.
— Что вы здесь делаете? Я же сказал вам, бежать.
— Но я не могу оставить вас здесь одного. Это не по-христиански.
— Это для меня не по-христиански подставить вас под пулю. Я не в состоянии идти и даже ползти.
— Я вам буду помогать, с Божьей помощью доползем. На конце у моего посоха своего рода крюк; как можете, ухватите его правой рукой, а левой толкайтесь.
Надо соглашаться, иначе монахиню отсюда не выпроводить.
Закинув автомат за спину, Сева уцепился за крюк (бывший сучок) монашеского посоха, левой стал отталкиваться от дороги. На тропе можно было уже хвататься за стволы придорожной жимолости. Да и матушка Ефросинья пока тянула с мощью трактора «Кировец»".
На конце у моего посоха есть своего рода крюк... На что же был похож этот крюк, чтобы потребовалось такое подробное объяснение? А потом ещё уточнение, что это "бывший сучок"? Ой, не могу.
"Кажется, на пути возникает помеха, но Сева только отталкивается от нее. И влетает прямо в открытую дверь машины, лупит водителя левой в висок, отчего тот вываливается из кабины. А сзади Севу еще подталкивает матушка Ефросинья.
Ухватившись за руль, он подтягивает себя на сиденье, на соседнем «приземляется» монахиня, так и не выпустившая посоха. Мотор работает, коробка передач — автоматика.
— Матушка, рычажок на «D»!
Левой рукой он кое-как дотянулся до газа, а зубами зафиксировал руль.
Внедорожник дернулся вперед и снес подбегающего боевика.
— Бинго. А теперь на «R», задний ход.
Поддав газа, Сева ухватился левой за руль и легким маневром вбок уложил двух бандитов, снующих за машиной, затем выровнял курс.
Машина пронеслась задом сто метров до развилки, здесь монахиня уже без подсказки переключила скорость, и они помчались по трассе в сторону городских огней".
Слабо, салаги? А ведь это ещё не финал. Дальше будет эротика и сражение с прозрачной женщиной. Которая, джимми-джимми ача-ача, тетка Севы! Вот это шекспировские страсти.
"Матушка Ефросинья вышла около здания городской администрации. Сева, доехав до памятной ротонды, выключил двигатель. Опустил стекла. Приехали.
Джэд появилась рядом с ним, когда он почти задремал — около левой дверцы.
— Здравствуй, племянничек.
— Вы… моя тетя. А вы мало изменились.
— Стараюсь. Да и ты парень хоть куда.
— Никуда.
— Свои повреждения ты с лихвой компенсировал. Все было очень убедительно…
Она протянула к его щеке свою изящную руку.
Она придвинулась к нему всего сантиметров на десять, но у него уже захватило дух. Аромат плоти. Ее глаза сияли, ее кожа была свежа, грудь высока, а талия узка".
Но тетка злая, а Сева хороший. И у него есть Ефросинья, а у неё есть своеобразный крюк!
"И вдруг Джэд исчезла. Сева не сразу понял, что посох-клюка матушки Ефросиньи выдернул тетю Ядвигу из машины. Когда надо, инокиня появлялась внезапно и развивала мощность не меньшую, чем трактор.
— Не все сгнило Божьей милостью, — решительно заявила матушка Ефросинья.
Однако тетя исчезла ненадолго. Когда она появилась вновь, ее платье уже лопнуло, кожные покровы приобрели прозрачность, так же как и остальная плоть, приметны были только ягоды глаз, стебли яичников и что-то обвившееся вокруг позвоночника. Тетя потянулась к Севе, его кровь забурлила, готовая выплеснуться наружу, чтобы напитать вампира, атакующего из Преднастоящего. Но волна сорвала Кречетникова с тверди и швырнула словно в водоворот. Вместе с тварью они закружились в вихре, а потом провалились вниз. Когда было уже видно жерло воронки, она бесстыдно раскинула ноги, из ее лона вышел длинный шип, сияющий как расплавленное серебро. В последний момент Сева вывернулся из ее объятий, протянул здоровую левую руку к тетиному позвоночнику, обвитому червем, сорвал его и бросил вниз…"
Всё, простите, больше не могу. Скажу лишь, что этот сборник правомернее было назвать "Несмелые эротические фантазии писателей-фантастов", потому что в доброй половине рассказов есть вот такие тётеньки Джэд с высокой грудью и тонкой талией, а Дмитрий Володихин во "Все животные" подробно описывает как, что и с каких мест герои друг у друга слизывают и на сколько "заходов" их хватает.
Какое всё это имеет отношение к теме "либеральный апокалипсис"? Да Чекмаев его знает!
