или немного голого отрицания

Он был неподарок (чтобы существовал подарок, должен быть не подарок, и он был). Его не дарили и не могли подарить. Почему? Потому что он был не подарок. В силу законов отрицания и ещё множества сил, смыкающихся в нём, и не выходящих, и не собирающихся выходить.

Он не был подарком. Обычно то, что сейчас не-, когда-то чем-то было или надеялось быть в недалёком или далёком будущем. Он не надеялся, был, плыл в мыслях и наблюдениях.

Подарки существовали благодаря ему. Одной мысли о нём было достаточно для признания всякого подарком. Можно было делать своими руками – неподарок не сделан своими руками, не сделал себя сам. Сделанное своими руками выгодно отличалось от не сделанного своими руками, сделанного неизвестно кем и для чего. Многие обыскивали неподарок в поисках бирки с ясным указанием производителя неподарков, чтобы обречь его нарицательным именем, унизить его первую букву, сравнять с остальными. С отсутствием бирки вставал извечный вопрос бытия: стирать или не стирать? Ибо нестираное не выправишь утюгом, надо хотя бы плюнуть, а плевать надо много – у многих не хватит слюны. Так он и оставался: нестираный, не глаженый, сухой.

Неподарок не склонялся, слонялся не в тех местах, не управлялся членами, предложениями, завистью и зависимостью не обладал. Некоторые из многих предлагали склонить его, пасть – он ежом уползал, фыркая, оставляя иголки в догоняющих пальцах. Тем не менее, склонённые, ранее падшие к нему прицеплялись количеством – он для них средство непредвиденного возвышения, продвижения, избегания участи подножного одиночества.

Конец ознакомительного фрагмента.