ГЛАВА 1. МАРСЕЛЬ

«Охотники»

Вилла «Белый Парус» стояла на холме над Марселем так, словно её владелец намеренно выбрал место, откуда можно смотреть на весь мир свысока. Три этажа белёного камня, кипарисы вдоль ограды, спутниковая тарелка на крыше -всё это в четыре утра выглядело тёмным монолитом на фоне чёрного неба, подсвеченного далёкими огнями порта. С позиции Максима, лежавшего в дикой лаванде в пятидесяти метрах от восточной стены, вилла казалась живой -из-за ворот доносился хруст гравия под подошвами охранника, и этот звук Морозов слышал пока ещё хорошо. Почти хорошо. Правое ухо ловило чуть хуже, чем левое -как будто кто-то вставил в него комок ваты.

Он лежал неподвижно уже сорок минут, и холод средиземноморской ночи -обманчивый, влажный, не тот ядрёный холод, к которому привык на Урале -потихоньку добирался под куртку. Карабин «Вепрь-12» лежал рядом, ствол направлен к воротам. Восемь патронов в трубчатом магазине под стволом, ещё два снаряжённых магазина в набедренных карманах, всего двадцать четыре выстрела 12-го калибра картечью «Феттер» 8,5 мм. Тяжеленная дура -без малого четыре килограмма металла, дерева и вороной стали -но в ближнем бою, на дистанции до тридцати метров, этот карабин превращал любое укрытие в труху. Что и требовалось.

В ухе щёлкнул крохотный наушник -гарнитура была дешёвая, купленная на рынке в Тулоне, и звучала соответственно.

-Западная сторона чистая, -шепнул Денис. -Один патруль, уходит к бассейну.

-Понял, -буркнул Максим почти беззвучно, одними губами. -Жду сигнала.

Он снова уставился в темноту. Вилла принадлежала некоему Леваку -Антуану Леваку, гражданину Франции с алжирскими корнями, который пять лет назад взял у людей деньги под конкретное дело и с тех пор делал вид, что не брал. Двадцать миллионов евро. Не его деньги и не деньги каких-то абстрактных олигархов. Деньги ребят из «Волчьего отряда» -теперь уже расформированного, рассыпавшегося в прах, кое-кто в буквальном смысле рассыпавшегося по горам где-то между Триполи и Дамаском. Деньги, которые должны были лечить тех, кого оттуда вытащили живыми, но покалеченными. Платить вдовам. Кормить детей, которые уже не помнят отцов.

Максим нашёл в кармане флягу. Водка -польская, «Зубровка», ничего русского он в Европе не нашёл -была холодной, почти ледяной после ночи на земле. Он сделал два глотка, не торопясь, давая алкоголю растечься по горлу и медленно добраться до ушей изнутри. Это не помогало -звон не уходил совсем, просто становился чуть ниже по тону, чуть менее режущим. Как будто кто-то убавлял громкость, но выключить не мог.

-Готов? -снова Денис.

-Всегда.

-Тогда -работаем. Восточные ворота через двадцать секунд.

Максим одним плавным движением поднялся из лаванды, не издав ни звука -семь лет в штурмовых операциях учат перемещаться бесшумно даже с четырьмя кило железа в руках. Он двинулся к воротам, пригнувшись, держа «Вепрь» у бедра. В прицел не смотрел -слишком темно, слишком близко, здесь нужны были только глаза и привычка.

Восточные ворота -кованые, метра три высотой -щёлкнули и начали открываться. Изнутри. Кто-то снял магнитный замок. Денис сработал как часы -он давно уже раздобыл коды через своего человека в службе безопасности.

Максим ударил плечом в почти открытую створку, входя во двор, и в тот же момент увидел силуэт -охранник, который должен был уйти к бассейну, почему-то вернулся. Крупный мужик в тёмно-синей куртке, с помповиком в руках -итальянский «Бенелли» М3, хорошая игрушка. Он ещё только поднимал ствол.

«Вепрь» ударил прикладом сначала -Максим шагнул к нему, перехватил ствол помповика левой рукой вниз и одновременно вбил короткий прямой приклад карабина в скулу. Звук был неприятный -мокрый хруст. Охранник осел на гравий, не успев крикнуть.

-Первый двор чистый, -сообщил Максим в гарнитуру.

-Иду к главному входу.

Двор виллы был большим -кипарисы, фонтан в центре (не работал), белые дорожки из известняковой плитки. Максим двигался вдоль стены, держась в тени. С крыши доносился звук -быстрые шаги, кто-то бежал. Охранник на крыше что-то заметил. Или услышал щелчок ворот.

Снизу по стене ударил луч фонаря.

Максим упал на колено, поднял «Вепрь» и выстрелил -не целясь, туда, откуда бил свет. Отдача была тяжёлой, злой -карабин толкнул плечо с силой, как удар кулаком. Двенадцатый калибр есть двенадцатый калибр. Луч фонаря метнулся в сторону и погас. С крыши что-то упало -судя по звуку, фонарь, не человек.

-Тревога, -сказал Денис ровно, без паники. -Они проснулись. Ускоряемся.

Главный вход -широкая дверь из тёмного дуба с маленьким окошком из армированного стекла -распахнулась изнутри с грохотом, и из неё выскочили двое. Оба в штатском, оба с пистолетами. Не охранники -слишком быстро реагируют, слишком уверенно держат оружие. Телохранители Левака, профессионалы.

Денис вырос у них за спиной -он уже обошёл виллу с западной стороны, каким-то чудом преодолев забор, и теперь был у них за спиной с коротким «Стечкиным» -модернизированным АПС, который он носил в плечевой кобуре. Выстрел. Ещё выстрел. Оба телохранителя упали. Денис стрелял в ноги -с задней точки, точно под колени. Не убивал, останавливал.

-Чисто, -сказал он.

Максим перешагнул через корчащихся людей и вошёл в дом.

Внутри вилла пахла дорогими духами, деревом и страхом. Страх -это особый запах, Максим научился его различать ещё в Чечне. Кто-то убегал по лестнице -слышались быстрые шлёпающие шаги наверх. Он пошёл следом, не торопясь, зная, что бежать некуда.

Второй этаж. Длинный коридор, белые двери. Одна закрыта на засов -он слышал, как там двигали мебель. Максим остановился перед ней, поднял «Вепрь», и дал два выстрела в замок и петли. В замкнутом коридоре выстрелы были оглушительными -у него заложило оба уха разом, и мир на несколько секунд превратился в беззвучное кино. Он видел, как дверь вылетела внутрь, как осыпалась штукатурка, как из пыли проступил силуэт человека, сидящего на полу с поднятыми руками.

Антуан Левак был маленьким, лысоватым мужчиной лет пятидесяти пяти -в пижамных штанах и рубашке с запонками, будто лёг спать наполовину одетым. Он дрожал. Его губы двигались, но Максим почти ничего не слышал -только низкий шорох, как сквозь толщу воды.

Денис вошёл следом, огляделся и что-то сказал Леваку по-французски. Максим знал French на уровне «туалет» и «сколько стоит», поэтому просто стоял с карабином и смотрел, как Левак сначала мотает головой, потом снова мотает, потом Денис кладёт пистолет ему на колено -стволом в промежность -и говорит ещё что-то. После этого Левак кивает и начинает быстро говорить.

Слух возвращался медленно. Максим ловил отдельные слова -«банк», «Прага», «счёт», «завтра». Потом Левак встал, пошёл к сейфу за картиной -банальщина, но что поделать -набрал код, достал стопку распечаток и флешку и передал Денису.

-Коды доступа к счетам, -сообщил Денис, листая бумаги. -Первый транш -три миллиона, лежит в банке «Кредит Прага». Остальное нужно снимать поэтапно, через три европейских банка. Чтобы не светиться.

-Деньги целые?

-Большая часть. -Денис помолчал. -Он их прокручивал. Откусил примерно полтора миллиона за пять лет.

Максим посмотрел на Левака. Тот стоял и смотрел на карабин с выражением человека, который уже прощается с жизнью.

-Он жив? -спросил Максим, кивая на телохранителей внизу.

-Оба жить будут. Сломанные колени, не смертельно.

-Этот?

-Нам нет смысла его убивать. Убьём -привлечём внимание раньше времени. Пусть живёт и молчит. Он понимает, что к чему.

Максим кивнул. Он вышел из комнаты, не глядя на Левака, спустился по лестнице, перешагнул через охранника с разбитой скулой во дворе -тот был жив, дышал, только скулу расцарапал о гравий -и вышел за ворота.

Снаружи рассветало. Небо над Марселем окрашивалось в серый и розовый, и пахло морем, и где-то далеко кричали чайки.

Денис вышел следом. Они дошли до машины -старый «Пежо 307» с бельгийскими номерами -и сели. Денис сразу начал листать бумаги, щурясь в рассветный свет. Максим достал флягу.

-Сколько у нас времени до банка? -спросил он.

-Банк открывается в девять. Успеваем доехать до Праги за... нет, не успеваем. Летим. Рейс есть в восемь двадцать.

-Они уже ищут нас?

Денис поднял взгляд от бумаг. Его лицо -узкое, с острыми скулами -было абсолютно спокойным, как всегда. Ледяные серые глаза. Но Максим знал этого человека достаточно долго, чтобы видеть за этой маской -лёгкое напряжение у уголков губ, чуть более частые моргания.

-Вот в чём проблема, -сказал Денис. -Мы оставили след.

-Какой след? Охранник с разбитой скулой?

-Хуже. Кто-то из телохранителей успел включить тревожную сигнализацию. У Левака есть контракт с частной охранной фирмой. -Денис достал телефон, показал экран. -Они уже связываются с клиентом. А у Левака, судя по его связям, есть кто-то в марсельской полиции.

-Значит, к утру они будут знать, что произошло.

-К утру? Они уже знают.

Максим откинулся на спинку сиденья, закрыл глаза. Правое ухо всё ещё звенело -высокий, ввинчивающийся звук, который, казалось, исходил прямо из центра черепа. Он сделал ещё глоток водки.

-Ты смотрел на него, когда он давал бумаги? -сказал Денис тихо.

-Смотрел.

-Он дал их слишком легко. Слишком быстро.

Максим открыл глаза.

-Думаешь, там ловушка?

-Думаю, нужно проверить коды, прежде чем соваться в банк. -Денис убрал бумаги в кейс. -Но это уже в Праге.

Они ехали к аэропорту молча. Максим смотрел на просыпающийся Марсель -рыбаки на набережной, закрытые жалюзи кафе, первые машины на улицах -и думал о ребятах. О Серёге Малинине, которому осколок вошёл в позвоночник под Триполи и который теперь лежит в Новосибирске и не чувствует ног. О вдове Кости Прохорова с тремя детьми. О том, сколько времени ещё займёт эта работа.

На светофоре он посмотрел на свои руки. Костяшки правой были разбиты -он не заметил, когда. Видимо, когда валил охранника у ворот. Он поднёс руку к свету, рассматривая кровоподтёки, и подумал, что выглядит это, должно быть, как руки человека, который ничего другого в жизни не умеет.

Может быть, так и есть.

В аэропорту они разошлись -взяли билеты на разные рейсы, разными именами, и встретились уже в Праге, в маленькой съёмной квартире на Жижкове, в доме с облезлым фасадом и скрипучей лестницей. Денис пришёл первым, Максим через полчаса. В квартире было холодно -батареи грели плохо -и пахло чужой едой из соседних квартир.

Денис сидел за столом, разложив бумаги, и писал что-то в блокноте.

-Я проверил коды через посредника, -сказал он, не поднимая головы. -Первый счёт настоящий. Три миллиона там есть.

-Значит, идём завтра?

-Завтра. Но я хочу сначала проверить периметр банка. -Денис наконец поднял взгляд. -Я не нравлюсь себе, Макс. Мы оставили слишком шумный след в Марселе. На нас уже кто-то смотрит.

Максим поставил «Вепрь» к стене -он провёз его в разобранном виде, в чехле для лыжного инвентаря -и сел на единственный диван. Пружины скрипнули.

-Ты всегда чувствуешь, что на нас кто-то смотрит, -сказал он без злобы.

-И пока что я всегда оказывался прав.

-Да. Пока что -да.

Максим достал флягу, уже почти пустую, и вылил остатки в стакан. Стакан был один -из стопки стаканов в кухонном шкафу. Он поставил его на стол между ними.

-Выпей.

-Нет.

-Выпей, говорю. Ты не спал двадцать часов.

Денис посмотрел на стакан. Потом взял его и сделал маленький глоток -аккуратный, контролируемый, как всё, что он делал.

-Нас кто-то ждёт в Праге, -сказал он, ставя стакан. -Я не знаю кто. Но ждёт.

За окном Прага шумела -трамваи, машины, где-то музыка из бара. Максим лёг на спину, не снимая куртки, и закрыл глаза. Звон в ухе был здесь чуть тише -или это просто казалось.

-Значит, подготовимся, -сказал он в потолок. -Как обычно.

-Как обычно, -согласился Денис.

Но они оба знали, что ничего не будет как обычно.

ГЛАВА 2. ПРАГА

«Засада»

Банк «Кредит Прага» располагался в старом здании на Вацлавской площади -серый камень, бронзовые буквы на фасаде, швейцар у входа в ливрее, которая выглядела смешно в 2024 году, но, видимо, прилагалась к концепции. Серьёзное заведение. Такие банки хранят деньги людей, которые не хотят, чтобы о них знали.

Денис обошёл квартал трижды, прежде чем войти. Это заняло полтора часа и чашку кофе в угловом кафе напротив. Он сидел у окна, смотрел на вход и считал. Считал людей, машины, паузы между сменами швейцара. Людей в кафе, которые слишком долго сидят с одной чашкой.

На второй круг он засёк первого.

Мужчина лет сорока, в сером пальто, с газетой. Сидел в сквере напротив банка уже сорок минут -слишком долго для обычного человека в ноябрьский день, когда температура три градуса. Газету он не читал. Смотрел поверх неё.

На третий круг -второго. Женщина в машине, серый «Шкода Октавия» с пражскими номерами, припаркована у тротуара. Двигатель работал вхолостую -видно по дыму из выхлопной трубы.

«Двое снаружи, -подумал Денис, возвращаясь в кафе. -Значит, ещё двое-трое внутри».

Он позвонил Максиму.

-Не входи, -сказал он без предисловий.

-Уже вижу. Серая "Шкода".

-Ты где?

-Слежу за тобой с угла. Две минуты как.

Денис почти усмехнулся. Максим всегда был в нескольких шагах -тихий, как тень. Для человека его комплекции -метр восемьдесят пять, сто килограммов -это было противоестественно.

-Нужен посредник, -сказал Денис.

-Знаю одного. Связник по имени Кочетов. Здесь, в Праге. Он работал с Леваком.

-Откуда знаешь?

-Из бумаг. Я читал документы в машине, пока ты смотрел на огни Марселя.

Пауза.

-Адрес?

-Жижков. Автосервис на улице Коневова.

Они встретились в переулке за кинотеатром -Денис в своём пальто, Максим в куртке с капюшоном, с большой спортивной сумкой через плечо. В сумке был «Вепрь» в разобранном виде и запас патронов.

-Там засада Вернера, -сказал Максим.

-Вернера?