Книга или автор
0,0
0 читателей оценили
81 печ. страниц
2019 год
18+

Вращение Земли
Избранные стихи
Андрей Козырев

© Андрей Козырев, 2019

ISBN 978-5-4496-2262-4

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Вместо предисловия

«Андрей Козырев – стихотворец со сложившейся поэтикой, с определившимся взглядом на мир и бытие. Он нашёл свою и притом узнаваемую форму. Как правило, это небольшое стихотворение, сочетающее, в лучших его вещах, одновременно лирический, философский и не лишенный иронии взгляд на мир. Читать их – интересно, а этот критерий дорогого стоит. Я думаю, мы можем ожидать от него яркого продолжения начатого».

Алексей АЛЁХИН

«Мне кажется, что Андрей Козырев делает в стихах именно то, к чему я зову. Слова к нему льнут, и он помещает их туда, где им хорошо. «Вот потому и чувствует язык // во рту блаженный привкус русской речи, // что я к нему с годами не привык…» – это из прошлого тысячелетия, из моей самой первой публикации в журнале «Юность». С удивлением я читаю теперь у Андрея:

 
Поговорим о том, с чем я знаком,
О том, что в мире ведомо немногим, —
О странном привкусе под языком.
О боли под лопаткой. И – о Боге.
 

Он из немногих, кому это ведомо. У него свой голос, у него лёгкое дыхание и, конечно, высокие амбиции. Что ж, как мне кажется, они правомерны».

Дмитрий БОБЫШЕВ

«Андрей Козырев создаёт картины эпические – и вместе с тем нежные, владея стихом разнообразно и могуче – от изысканных верлибров до тонко инструментованных больших стихотворений.

Эти последние особенно интересны – мысль в них ветвится, точно идёт астральными коридорами, недоступными обычному, непоэтическому оку, и ассоциации растут богато, расцвеченные пестротой радуги. Трамвай вполне может увезти в рай, расплёскивая по небу листки воспоминаний; а свой крепко-сибирский род вписан в протоплазму прапамяти, как сложные детали корейской игрушки – одна в другую, так, что не изъять… «Городской сон» логически вытекает из «Русского неба» – ибо, как бы велико оно не было, творящееся под ним чаще вызывает боль, а не радость.

Стих Андрея Козырева естественен и обладает стальною, стержневой силой, без которой текст превращается просто в нанизыванье слов».

Александр БАЛТИН

«Андрей Козырев – поэт настоящий. Потому что жив он – речью. Потому что его слова – частицы речи. Потому что его стихи – существуют в стихии речи. Русской речи. Именно русской. Всеобъемлющей, уникальной, поистине грандиозной – по своим возможностям. Восприимчивой – и независимой. Строгой – и раскрепощённой. Щедрой на откровения. Сулящей постоянные открытия. Зовущей за собою – вперёд, вглубь и ввысь. Являющей собою – дар свыше. Свободной. Родной.

В стихах Козырева явь и фантазия, повседневность и мечта, тонкий лиризм и эпический размах, медитация и своеобразная игра, философские рассуждения и чудесный наив, деликатная ирония и максимальная искренность, пристальное внимание к деталям и смелые обобщения, жизненный опыт и желание осмыслить и выразить тайны бытия, да и многое другое, все компоненты его поэтики, весь арсенал его средств изображения, весь этот ясный свет, пронизывающий стихи, сохраняющий их, земной и небесный, весь этот строй, музыкальный, певучий, звучащий везде и всегда, весь этот мир, создаваемый в непрерывном движении, – существуют в неразрывном единстве».

Владимир АЛЕЙНИКОВ

«Книга Андрея Козырева «Вращение земли» показывает, что традиционная манера поэтического письма может быть яркой и перспективной. Козырев – безусловный поэт-традиционалист; формальные искания чужды ему. По своему складу Андрей Козырев близок поэтам-шестидесятникам поздней формации. В отличие от «эталонных шестидесятников», тяготевших к эпической поэзии, Андрей Козырев – преимущественно лирик (хотя создать крепкий эпический текст он умеет).

Андрей Козырев – поэт, умеющий сильно и глубоко чувствовать. Сквозь его душу проходят тревоги и боли всего мира. Гражданские темы, природа, любовь, дружба, воспоминания о былом, религиозные переживания, современность и история, культурные события разных времён и народов – всё это находит отражение и выражение в проникновенной лирике Козырева.

Андрей Козырев не только чувствителен и чувственен. Он способен профессионально транслировать свои чувства. Это поэт, обладающий сильным, звучным, гибким и свободным голосом. Его лирика красочна и многоцветна. В то же время, она очень музыкальна; стихи поэта выверены в интонационном и просодическом планах. Андрею Козыреву присущ богатый словарный запас, который, никогда не выпячивается. Словоупотребление этого поэта всегда точно и уместно. Необходимо отметить ещё одно достоинство поэзии Андрея Козырева – естественность и вольность высказывания. Он никогда не говорит с напряжением или со стеснённостью; его речь льётся как широкий и уверенный поток…»

Кирилл АНКУДИНОВ

Вращение Земли

Фёдору Конюхову


 
Всё как обычно, жизнь есть вещь простая:
Не из корысти, а здоровья для
Я ем и пью, скучаю и гуляю,
А подо мной вращается Земля.
 
 
Всё как обычно, всё вокруг родное:
Простор и храм на звёздном берегу.
Земля так быстро мчится подо мною,
Что на ногах стоять я не могу.
 
 
Под звёздной голубою ерундою
Шумят леса и мчатся корабли.
Я вижу небо над и под собою,
По обе стороны большой Земли.
 
 
Башку сильнее кружит, чем от пьянства,
Когда, узнав, как глубина пьяна,
Я на планетке вверзился в пространство,
Где звёздам нет числа, а бездне – дна!
 
 
Вращаются циклические мысли,
Жизнь катит волны где-то там, вдали,
И надо с лодки слезть на дальнем мысе,
Чтоб ощутить вращение Земли.
 
 
Всё у тебя о'кей в житейском плане:
Проснуться в шесть, на завтрак полчаса…
А кто-то в лодке в Тихом океане
Читает Библию и смотрит в небеса.
 
 
А я сибирскою зарёю ранней,
Забыв про город, тонущий в пыли,
Лежу на сердце родины бескрайней
И слушаю вращение Земли.
 

Прочное в сменах

Воробьиная ода

Дмитрию Соснову


 
Неужели тебя мы забыли?
Для меня ты всегда всех живей —
Спутник детства, брат неба и пыли,
Друг потех и забав, воробей!
 
 
Ты щебечешь о небе, играя,
Неказистый комок высоты, —
Сверху – небо, внизу – пыль земная,
Между ними – лишь ветка да ты!
 
 
Как ты прыгаешь вдоль по России
На тонюсеньких веточках ног —
Серой пыли, особой стихии,
Еретик, демиург и пророк.
 
 
В оптимизме своем воробейском,
Непонятном горам и лесам,
Научился ты в щебете детском
Запрокидывать клюв к небесам.
 
 
Воробьиною кровью живее,
От мороза дрожа, словно дым,
Я, как ты, ворожу, воробею,
Не робею пред небом твоим.
 
 
И зимой, воробьясь вдохновенно,
Не заботясь, как жил и умру,
Я, как ты, воробьинка вселенной,
Замерзая, дрожу на ветру…
 
 
Но, пока ты живёшь, чудо-птица,
На глухих пустырях бытия
Воробьится, двоится, троится
Воробейная правда твоя!
 

Чудак

Вспоминая Адия Кутилова…


 
Во мне живёт один чудак,
Его судьба – и смех, и грех,
Хоть не понять его никак —
Он понимает всё и всех.
 
 
Смуглее кожи смех его,
И волосы лохматей слов.
Он создал всё из ничего —
И жизнь, и слёзы, и любовь!
 
 
Из туч и птиц – его костюм,
А шляпа – спелая луна.
Он – богосмех, он – смехошум,
Он – стихонеба глубина!
 
 
Чудак чудес, в очках и без,
В пальто из птиц, в венке из пчёл,
Он вырос ливнем из небес,
Сквозь небо до земли дошёл!
 
 
Он благороден, как ишак.
С поклажей грешных дел моих
Он шествует, и что ни шаг —
И стих, и грех, и грех, и стих!
 
 
Он стоязык, как сладкий сон,
Как обморок стиха без дна.
Смеётся лишь по-русски он,
А плачет – на наречье сна.
 
 
Пророк вселенской чепухи,
Поэт прекрасного вранья,
Он пишет все мои стихи,
А после – их читаю я!
 
 
Он – человек, он – челомиг,
Он пишет строчки наших книг,
Он в голове живёт моей
И делает меня сильней!
 

Прочное в сменах

Александру Кушнеру


 
Рябина на ветру,
Рабыня всем ветрам,
Скажи, когда умру,
Скажи, что будет там.
 
 
Рябина на ветру,
Рубин живой души,
Верши свою игру,
Пляши, пляши, пляши!
 
 
Твори, твори, твори
Свой танец, свой испуг!
Воскресни, вновь умри
И оживи – для мук!
 
 
Листвы осенний пляс
Под собственный напев
Изобразит для нас
Наш страх, и боль, и гнев.
 
 
Упрям, устал, угрюм,
Иду в тени ветвей,
Не вслушиваясь в шум
Глухой судьбы своей.
 
 
Лечу я без следа,
Как суетливый снег,
Из жизни – в никуда —
За так – за миг – навек.
 
 
Манит запретный путь,
Хмельная тянет страсть
Устать, упасть, уснуть,
Забыть, убыть, пропасть.
 
 
Не вычитан из книг,
Непредсказуем бой.
Просторен каждый миг,
Наполненный собой.
 
 
Крепи, корявый ствол,
Мощей древесных мощь,
Чтоб дважды ты вошёл
В один и тот же дождь!
 
 
Не превратится в дым
Мой путь, мой след, мой труд,
Всё в жизни, что моим
На сей Земле зовут.
 
 
Рябина на ветру,
В крови, в огне, в заре,
Учи меня добру,
Учи меня игре,
 
 
Учи, как без труда
Прорваться – в монолит,
Туда, туда, туда,
Где мрамор и гранит,
 
 
Где боги и быки,
Где век и бег минут
В мои черновики,
В словесный рай, войдут.
 
 
…Огонь листвы во мгле,
Пробушевав свой век,
Приблизился к земле
И тело опроверг.
 
 
Созвездье русских слов
За гранью жития
Мне обещает кров,
Где отдохну и я.
 

Запретный город

Дмитрию Мельникову


 
В запретном городе моём,
В оазисе моём —
Аллеи, пальмы, водоём,
Просторный белый дом.
 
 
Туда вовеки не войдут
Ни страх, ни суета.
Там жизнь и суд, любовь и труд
Цветут в тени Креста.
 
 
Там тысячью горящих уст —
Лиловых, огневых —
Сиреневый глаголет куст
О мёртвых и живых.
 
 
Там полдень тих, там зной высок,
Там всё Господь хранит —
И прах, и пепел, и песок,
И мрамор, и гранит.
 
 
Там миллионы лет закат
Горит во весь свой пыл,
Там голубь осеняет сад
Шестёркой вещих крыл.
 
 
Дрожит в тени семи ветвей
Горящая вода,
И в дом без окон и дверей
Вхожу я без труда.
 
 
Там, в одиночестве моём,
Заполненном людьми,
Звучат сияющим ручьём
Слова моей любви.
 
 
Там огненно крылат закат,
Оттуда нет пути назад…
Но где они, не знает взгляд,
Ищу их вновь и вновь —
Запретный дом, запретный сад,
Запретную любовь.
 

Красное на чёрном

 
С утра до самой ночи
Твержу один мотив:
Мне страшное пророчит
Рябиновый надрыв.
 
 
Над Родиной моею
В кромешной русской тьме
Рябина пламенеет
На золотом холме.
 
 
Окрест неё сияет
Космическая мгла,
И пёс приблудный лает
Из отчего угла.
 
 
Лежат на лунной кромке
Под шелестом ветвей
Мальчишки и девчонки
Рябиновых кровей.
 
 
Взахлёб, в жару и пыле,
Путём всея земли
Мы шли и честь хранили,
Да вот – не сберегли.
 
 
В венце опричной славы,
В упрёк и в доблесть нам,
Медвежья кровь державы
Стекает по холмам.
 
 
Легко, огнеупорно,
Сияет на земле
Лишь красное на чёрном,
Лишь золото во мгле.
 
 
Как будто крови мало
Лилось за нас за всех…
И сил смотреть не стало,
И отвернуться – грех.
 
Читать книгу

Вращение Земли. Избранные стихи

Андрея Козырева

Андрей Козырев - Вращение Земли. Избранные стихи
Читать книгу онлайн бесплатно в электронной библиотеке MyBook
Начните читать бесплатно на сайте или скачайте приложение MyBook для iOS или Android.