Рисунок на обложке Павла Зубкова

Оригинальные внутренние иллюстрации Светланы Крыловой

© Кочергин А., 2020

© ИК «Крылов», 2020

Preamble (англ.)

Меня всегда завораживали те книги, где таинственный и невидимый в реале автор сумел проникнуть со своим рукотворным миром в моё осторожное сознание. Выписав в нём выпуклые, осязаемые картины, способные научить, тронуть уже оголенные чувства и наотмашь ударить очевидностью заложенной морали. Лишь в одном испытывал я внутренний протест – как и зачем люди выдумывали эти миры, выплеснутые на священную бумагу. Как же скучна была их жизнь, если они уходили от пережитых, собственных историй в иллюзорные выдумки, пускай и переполненные поучительными смыслами. Да, да, пережить «1984». Слава Богу, пережить ещё нельзя, и это предостережение нам из прошлого, да, именно «Бойцовский клуб» создан хотя бы для того, чтобы впечатать нам во внутреннюю часть черепа: «Мы покупаем вещи, которые нам не нужны, за деньги, которых у нас нет, чтобы впечатлить людей, которые нам не нравятся». (с)

Слава Богу, я это читал и уже не забуду. Но как жаль, что среди писательской братии так мало реальных людей, способных без стеснения сказать – всё написанное я видел, и это не притча, не утреннее сновидение, а вырванный кусок моей подлинной жизни, кусок, который самодостаточен для нравоучения, врачевания немощи или указания на Путь к Звездам! Человеку нынешнего остро необходим парень, в котором Он узнает себя, только тогда слова этого парня, станут собственностью читателя в полной мере, только тогда написанное станет истинным, по факту своей безоговорочной реальности. Задумал очередной писательский проект «В сухом остатке», где вся реальная история или мысль должны поместится в камерном формате на пол-листа А4, чтобы не лить воду и помнить: кто много говорит, тот врёт (с). Писать планирую по главе в день и выкладывать в сеть – прочтите это первыми.

Ваш А. К.

02.04.20

Санкт-Петербург

Обгоняя железнодорожный ветер

Вставать надо рано. Тогда возникает чувство, что встал до начала жизни, то есть украв у мироздания несколько минут или даже часов, глядя на спящих женщин, котов, детей и оцепеневший с ночи мир за окном. Именно в такие ранние часы приходят самые светлые и точные, как шило, мысли.

Вы, особенно в детстве, совершенно точно, садились в утренние поезда, с солнцем пробивающимся через немытые порталы огромных окон с мятыми занавесками, с запахом дыма и сыроватого белья. Вы искали своё место в плацкарте и мечтали только об одном – чтобы если рядом мужик, то пусть он будет в свежих носках и трезвый хотя бы к началу пути. Было украдкой интересно, кто они вокруг, эти внезапно собранные люди, что они будут грызть на обед и продает ли выпившая проводница «Доширак» и пиво. А в это же время, в этом же поезде, в голове состава, который во время движения станет хвостом, в вагоне СВ едут два человека. Они купили билеты порознь, но в последний момент – по цене маленького самолета, и им жутко неудобно, потому что они более чем знакомы – один из них районный депутат, пламенный борец с коррупцией, получающий мизерную зарплату, а второй кристально честный местный судья с такой же зарплатой. Поздоровавшись сквозь керамические зубы, каждый проклинает тот момент, когда напялил золотые «Бреге» или «Ролекс» не по приезду, а перед выездом из дома, и крокодиловые ботинки – ну вот никак это всё не соответствует аскетичному имиджу «слуги народа». Так и будут сутки показывать в проход откормленные зады и тупить в стену в раздумьях, кто кого первым оттролит и где.

А в плацкарте вдруг запел практически трезвый и вполне приличный парень, запел громко и красиво, смутив окружающих, которые блудливо заулыбались, завистливо подумав: «Вот дебил!» Что в переводе с русского означает: «Вот бы мне так суметь, при всех, во весь голос…» И пока мы будем застенчиво мять сиси, стесняясь своих мыслей, слов, песен и внезапно нахлынувших стихов, до той самой поры Душа наша будет томиться в плену несвежих подгузников, которые мы так и не рискуем снять с неё, чтобы не выделиться и не быть замеченным саркастичным и милым быдлом. А в это время наш замечательный и влюбленный во всё, что он видит, парень, уже подъехал к тому месту, куда так спешил под стук колес, и приехал он в первом, самом дешёвом вагоне, который при отправлении был хвостом, приехал, обогнав двух обожравшихся боровов из СВ на целых 5 минут, то есть победив их хотя бы в этом. Ну хоть в чём-то!

Ваш А. К.

03.04.20

Сорвать скорлупу сердца

Пришло письмо от неведомого собеседника, в котором было молчаливое вложение. Открыл из вежливости. И против своей воли увидел, как камера наблюдения безучастно сняла смерть карликового шпица, которого беззаботно вела на прогулку его подружка – девочка лет десяти. Его буднично задушил выскочивший из лифта бультерьер, даже не разобравший, что за добыча попалась в этот раз. Девочка настолько оцепенела от ужаса, что молча смотрела, а потом развернулась и пошла домой на ватных ногах, а маленький труп тащился за ней на розовом поводке, как пушистая, уже не живая тряпочка.

За что вы так со мной? Что я сделал вам, что вы разрываете мое сердце, давая мне повод задыхаться неделями от этого детского ужаса, который теперь, не отпуская, живет и в моём сердце, а близкие аккуратно спрашивают: «Что с тобой?», видя как я застываю взглядом, а по лицу текут слезы бессилия.

Можно ли быть взрослым мужиком, видевшим смерть бесчисленные количество раз, иметь руки по локоть в дерьме и крови и при этом не выносить детского горя? Вот только таким и можно, зная истинную цену каждой детской слезинки…

Когда ты маленький, то ты живёшь среди травы, кузнечиков и божьих коровок, видя мир гораздо ниже и шире взрослых, веря в гномиков и Дюймовочек. Жарким летним днём по тротуару рядом с наши домом деловито шныряли жуки-пожарники, это такие поразительные, как нарисованные ромбики с красными «мордочками» на спинке. Я, маленький и глупый, смотрел на их суету и вдруг задумчиво ткнул одного из этих малышей своим ободранным сандаликом, оставив на сером, раскалённом асфальте чёрное пятнышко и сморщенное тельце, которые высыхали на глазах…

– Сынок, что же ты сделал?!

– На жучка наступил…

– Его ждала дома мама, а теперь она никогда его больше не увидит.

Маленький человек задохнулся от безвозвратного ужаса содеянного. Это, наверное, самые страшные слова, которые я слышал по сию пору, скорлупа моего сердца лопнула, и оно более ничем не прикрыто, мне не страшно жить с таким, но не нужно пинать его от скуки, воздержитесь, если сможете.

Ваш А. К.

04.04.20