Горько ли мне? – продолжил он начатый до того разговор. – Нет! Обидно? Тоже нет! Разрешая себе обиду, человек разрешает себе быть слабым. Жить с уязвленной душой человеку намного труднее! Ведь храня недобрую память о людях, мы в первую очередь мучаем самих себя. Тем, на кого мы обижаемся, нет дела до наших переживаний, они, скорее всего, даже не замечают их, в то время как наше сердце, отравленное ядом мщения, изнывает под тяжестью пустых переживаний.