Отзывы на книги автора «Анатоль Ле Бра»

Не зря во вступлении от переводчика есть такая фраза: "Бретань — страна поэзии, легенд и сказаний…" Столько историй, предзнаменований, знамений и объяснений таинственных событий - на пять книжек бы хватило)).
Ле Бра - собиратель бретонского фольклора, класса наших Афанасьева и Проппа. Основная масса историй - из времён правления Наполеона, но есть и более древние. Что поражает: большей частью рассказчики точно знают, в какой именно деревне всё произошло (возвращение покойника, встреча на дороге с телегой Анку - рабочего смерти, богослужение мёртвого священника и т.д.), точно знают имя и фамилию + родословную и историю жизни участников событий, а очень часто и такие фразы встречаются:

Я тоже там был, я, который вам это все рассказывает, мой стул касался стула могильщика.

Это чистая правда: я знаю это от своего деда.

Страшная смерть с присущей бретонцам обстоятельностью и крестьянским здравомыслием становится явлением, которого нельзя избежать, но можно задобрить, и уж точно не стоит сильно бояться - ничто не заканчивается в момент смерти. Ушедшие остаются теми же людьми, какими и были, только вот ... мёртвыми:

Некоторые души осуждены нести наказание до тех пор, пока желудь, подобранный в день их смерти, не станет деревом, годным на какое-нибудь дело. Так было с Жуаном Кайнеком. Но Жуан Кайнек при жизни был хитрецом и кое-какую свою хитрость сохранил и после смерти. Как только желудь, посаженный в день его кончины, пророс из земли, молодой росток был срезан, из него смастерили штифт для тележного колеса. Благодаря этому, Жуан недолго жарился на огне.

Или, к примеру, история о девушке, которая так оплакивала покойную маму, что та, в ряду мертвецов двигаясь на ночную мессу для покойников, вынуждена тащить вёдра с дочкиными слезами. Так что долгое горе противопоказано прежде всего покойным:

Если души счастливы, это нарушает их блаженство; если они надеются спастись, это отдаляет их спасение; а если они прокляты, вода из глаз, которые их оплакивают, проливается на них огненным дождем, удваивая их муки и заставляя их заново раскаиваться.

В книге очень много ситуаций и персонажей, которые мне никогда нигде не попадались. Чего стоит только одна таинственная книга "Агриппа" ("Книга эта — живая. К ней обращаться с вопросом — страшно.") Просто кладезь для начинающих писателей в жанре ужасов)). Сам Ле Бра приводит в книге почти что приключенческий роман с привидениями, а ещё в нём присутствует украденная пиратами принцесса Англии и храбрый моряк. Забавное произведение, тоже вполне достойное развёрнутого пересказа и литературной обработки.

Люди, которые верят в возможность общения с потусторонним без использования спиритизма, могут тут найти тысячу советов, что, где и как надо для этого делать)). И в конце концов - предсказание о ПОСЛЕДНЕМ ДНЕ:

Рядом с Иль-Грандом (остров Большой) есть островок, по-французски его называют остров Кантон, по-бретонски — Энес-Агантон или Агатон. Там можно видеть два гранитных креста, поставленных в ста пятидесяти шагах друг от друга. Есть поверье, что каждые семь лет они приближаются друг к другу на длину ржаного зерна: когда они соприкоснутся, настанет конец мира.

Но конец света пока не настал, а современные гробовщики буквально списаны с тех самых, почти мистических, которые жили в Бретани во времена оны:

В каждом квартале есть люди, которые занимаются похоронами. Это профессия, нечто вроде священнического сана. Говорят, что эти люди, получая какие-то таинственные предсказания, узнают о том, что скоро где-то понадобятся их услуги, еще до того, как тот, кого посылают к ним с этим поручением, завязал шнурки на своих башмаках.

Вел у нас один курс дедушка с философского факультета, которого частенько уносило в отвлеченные рассуждения. (Предмет был непрофильный, так что это никого не огорчало) Мне запомнилась его фраза о том, что смерть - чисто человеческое изобретение и культурное явление. Животные умирают, но смерти у них нет, потому что смерть - это уже абстрактная идея. И эта книга наглядно иллюстрирует, как из осмысления того, что люди умирают, выстраивается целый культурный пласт.

Это сборник народных историй и примет о смерти, собранных в Бретани в девятнадцатом веке. Открывают книгу многочисленные приметы, указывающие на скорую смерть. Это может быть свеча, которую никак не получается зажечь, быстро увядший цветок, или даже упавший маслом вниз кусок хлеба.

Так что напрашивается вывод, что если вы бретонский крестьянин 18-19 века, это уже само по себе указывает на скорую смерть.

Есть и более сложносочиненные истории, где люди в результате событий разной степени фантастичности узнают точное время своей смерти, получают возможность успеть исповедоваться, причаститься, проститься с близкими и заказать мессу. Мой фаворит - человек, который никак не мог продать на ярмарке волов, пока наконец один вол не сказал хозяину человеческим голосом, что через четыре часа стемнеет, а через шесть он умрет. Поэтому ему стоит пойти домой, чтобы он успел причаститься, а волы - отдохнуть, прежде чем везти его на кладбище.

Очень много историй, где в конце все умерли, но с точки зрения рассказчика это хэппи-энд. А именно истории про встречи людей с неупокоенными душами. В каждой такой истории человек совершает какой то необдуманный поступок или нарушает негласный запрет (в шутку приглашает покойника на свадьбу, работает в воскресенье, идет через кладбище ночью или просто игнорирует зловещее предзнаменование), в результате чего сталкивается с покойником. Существует некое действие (или целый квест), выполнение которого позволит душе обрести покой. При этом тот, кто возьмется это делать, сам в очень скором времени умрет. Но есть один нюанс - ему гарантирован пропуск в рай. Поэтому как бы все умерли, но при этом это не печально.

Кстати о рае. Образ католицизма в этих историях... интересный. С одной стороны, легко заметить, что не так важен в них сам факт смерти, как то, успел ли человек исповедоваться, причаститься и сможет ли в конечном счете попасть в рай. С другой стороны, все кюре умеют и практикуют вызывание демонов. У каждого священника после рукоположения магическим образом появляется особая книга, в которой перечислены имена всех демонов ада, и как их вызвать, и это практически одно из основных свойств кюре.

А еще одна из самых страшных вещей, которые человек может сделать для своей души, - это дать обет сходить в паломничество и не сходить в него. И поэтому, судя по этой книге, существовали люди, которые буквально зарабатывали на жизнь тем, что ходили в паломничество за других. Как за уже умерших людей, который не успели выполнить обет, так и за вполне себе живых.

«Легенда о Смерти» - это собрание народных преданий французской Бретани, рассказывающих о том, что бывает, когда сталкиваются и взаимодействуют мир живых и мир смерти. Все представленные в издании бретонские истории собрал и обработал французский фольклорист и историк литературы Анатоль Ле Бра. К слову, Бретань - родина рыцарских романов, наверное, поэтому все эти народные легенды о смерти и посмертии поэтичны, выразительны и пронизаны мистицизмом. Но они ни в коем случае не навевают жути - даже призраки у бретонцев довольно милые сущности. Думаю, это происходит потому, что народная мудрость говорит о необходимости уважения и почитания всего непознанного, не поддающегося пониманию, а вовсе не о страхе перед тем, что следует за смертью... В некотором роде, эта книга представляет собой своеобразную «Бретонскую книгу мертвых», в чем-то подобную «Египетской...» и «Тибетской...». Она также наставляет, диктует кодекс поведения, но в более мягком, упрощенном виде, житейском...

Подробное описание суеверий, верований и обрядов весьма любопытно. Поражает гармоничное сочетание элементов христианского учения и языческих верований. Несмотря на сказочность большинства историй, а бретонцы знатные фантазеры, в целом книга поучительна и предостерегает читателя от таких действий, как, например, высказывание неуважения к смерти и потустороннему миру, осуществление глупых и необдуманных поступков, совершение грехов и т.д. «Легенду о смерти» нельзя назвать темным произведением, навевающим мрачные мысли, как можно было подумать, лишь прочитав название, напротив, она трогательна, дает надежду на свет в конце тоннеля, на перерождение, или на христианский рай, это уж кому что ближе и понятней, выбирайте сами.

З.Ы. Вступительная статья Людмилы Торшиной, предоставляет значительную информационную базу (это и исторический экскурс и географическое положение Бретони, повлиявшее на деятельность и быт жителей, что позволяет погрузиться в чтение сборника уже подготовленным, понимающим о чем идет речь, и почему именно так, а не иначе бретонцы воспринимали смерть и посмертие).

Французская Бретань, в силу многих исторических и географических факторов, регион, непохожий ни на Францию, в состав которой входит, ни на Англию, непосредственно близкую. Островная область: с севера Ла Манш, с юга Бискайский залив, почти восемьсот островов в литорали, рай для любителей морепродуктов и единственный французский регион, где каждый департамент имеет собственный выход к морю. Земли эти скудны, но люди Бретани терпеливы и умеют извлечь из них максимум - коровы, пасущиеся на здешних сочных лугах, дают отменное молоко. И очень красиво, туристов привлекают пейзажи, замковая архитектура, возможность активного отдыха: всюду велодорожки, много мест для серфинга.

Культура Бретани так же сильно отличается от материковой французской и английской, как география Смешение кельтских и галльских корней с наложившимся на них христианством, а также строгая цикличность местной жизни, в которой, в сезон зимних штормов появлялось много досуга, создали уникальный культурный анклав с собственной мифологией, со своими интересными верованиями, легендами, ритуалами, среди которых значительное место занимает тема смерти, с которой у местных особые, отчасти родственные отношения, есть персонификация - Анку. А еще у них, из-за ограниченной площади, кладбища не разрастаются вширь, как примерно везде в мире, но занимают определенной площади, участок, и в каждую могилу. по истечении некоторого времени, хоронится новый покойник, а кости прежнего извлекаются и помещаются в костехранилище - такой круговорот мертвецов

Анатоль Ле Бри, фольклорист и большой популяризатор бретонского языка и культуры, собрал в этой книге "Легенды о смерти", рассортировав по четырнадцати разделам, подробно освещающим тему: от "Предзнаменований" до "Исхода души", не обходя вниманием способов колдовства, вызывающего смерть и множества историй о возвращающихся мертвецах, с которыми нужно вести себя правильно, чтобы не навлечь на себя их гнев. Не обойдено вниманием и утопление - самый актуальный для этого региона способ умереть. Вернее всего, собранные Ле Бри истории было бы назвать быличками, легенды - это все же более оформленные, законченные и имеющие связь с конкретными историко-географическими реалиями тексты.

Здесь по большей части: "а вот был еще такой случай", после чего пересказывается история, свидетелем которой стал кто-то из родни или сосед. Бедные бретонцы, которым не повезло оказаться вовлеченными в смертельные истории, переживают жесточайшие испытания, а наградой им частенько становится смерть, вроде того парня, друг которого утонул и приходил за ним три ночи кряду, утаскивая на дно пруда, чтобы его муки от смертельного холода (дышать под водой живой как-то мог, но страшно мерз) сократили собственный друга срок в чистилище. По истечении трех ночей верный друг смертельно простудился и последовал за товарищем, надо полагать, в рай.

Или история дерзкой служанки, которая посмеялась над трусоватыми ухажерами своей госпожи, боявшимися возвращаться домой через кладбище. Храбрую девицу, несмотря на то, что она, во исполнение наложенной священником епитимьи, зашивала посреди ночи в саван полуразложившегося мертвеца, подлый исповедник бросил на произвол судьбы, а наутро нашли только ее окровавленные клочки. "Зато душа теперь спасена" - констатировал ректор. Сомневаюсь, чтобы это особенно ее порадовало.

В остальном - вполне интересные короткие страшилки, порой даже очень затейливые и совсем не страшные, но замечательно познавательные.

Книга Анатоля Ле Бра - один из важнейших источников по народной культуре Бретани конца XIX века. В ней собраны сотни устных рассказов, связанных с представлениями о смерти, загробной жизни, духах, душах умерших и обрядах прощания. Это не просто фольклор, а отражение менталитета и духовной жизни целого народа на излете традиционного уклада.

Историк, работающий с этой книгой, получает доступ к живой памяти деревенского населения, в которой сохранились следы до-христианских, кельтских верований, переплетенных с народным католицизмом. Особенно ценны описания явлений вроде Ankou - фигуры, олицетворяющей смерть, ночных процессий душ умерших (troiou-noz), погребальных обычаев, предсмертных примет и «видений».

Ле Бра в первую очередь собиратель, а не интерпретатор. Он с большим уважением передает то, что ему рассказывали крестьяне, священники, вдовы, старухи - носители живой традиции. Он не рационализирует и не навязывает современные научные теории - за что его труд особенно ценен для историков. Книга богата прямой речью, диалектизмами, и дает ощущение подлинности.

Однако с точки зрения исторической критики, нужно учитывать:
• источники верифицируются только через личные контакты автора;
• он не всегда отделяет миф от веры, легенду от реальной практики;
• эмоциональная вовлеченность Ле Бра порой мешает академической отстраненности.

Тем не менее, для историка фольклора, религии, этнографии это кладезь данных. Благодаря обилию исторических реалий (обычаи, социальные роли, конфликты между церковной и народной моралью) книга может быть использована как вспомогательный источник по социальной истории Бретани.

Исторически важно, что книга фиксирует:
• страх смерти и табу вокруг нее;
• обряды, сохранявшиеся с дохристианских времен (ночные бдения, дары мертвым, колдовство);
• роль женщины как посредницы между мирами (ведьма, вдова, мать);
• влияние христианства, которое не вытеснило, а интегрировало старые верования.

В книге отражена мировоззренческая система, в которой смерть - активная стадия существования, с возможностью влияния на живых. Это ставит книгу Ле Бра в один ряд с классическими трудами Якоба Гримма, Арнольда ван Геннепа, Мишеля Виовеля.