Пролог

– Артём, кто она? Как её зовут? Она… красивая?

Мой муж медленно поворачивается ко мне. В его глазах – ни тени раскаяния. Он молчит, а я, сжимая в ладони тонкую ножку бокала красного вина, не отрываю взгляда от тёмного окна. За окном наш уютный двор тонет в огнях – собственный дом, две машины, ухоженный сад. Ещё совсем недавно я любовалась этой красотой и верила, что у нас всё наладилось. После долгих лет борьбы за копейку в семье наконец появилась стабильность. Казалось, впереди только счастье… и вдруг…

Любовница. Измена. Предательство. Страшные слова…

– Зачем эти вопросы, Кристина? – произносит Артём. – Да, красивая. Зовут Вероника. Тебе еще что-то нужно?

Меня будто по щеке хлестнули. Вероника… Я слышу это имя и чувствую, как внутри всё обрушивается. Я отворачиваюсь, чтобы он не увидел мой взгляд. Господи, как же хочется швырнуть бокал ему в лицо, чтобы алое вино брызнуло на его бесстрастную маску! Но я не делаю этого. Не устраиваю истерик. Держу всё внутри. Даже когда хочется не просто заплакать – завыть от боли и отчаяния, до хрипоты, до потери сил – они лишь молча сжимают зубы.

– Я сам уложу детей и поеду к ней. Прости, – спокойно говорит он, как ни в чем не бывало, и направляется прочь.

Его слова обжигают меня хуже кипятка. Он даже не пытается оправдаться. Просто идёт к выходу, бросив на прощание дежурное «прости». В дверь, ведущую с нашего балкона в дом, сквозняком тянет холодом. Через секунду муж исчезает внутри, оставляя меня одну в тишине.

Я больше не могу сдерживаться. Вся моя выдержка рушится. Горячие слёзы боли хлынули из глаз, потекли по щекам, падают на холодные мраморные плиты пола. Всё. Вот и всё. Конец. Пятнадцать лет брака – и ему пришел конец.

Глава 1

– Кристина Михайловна, вам кофе захватить? Я мигом!

Моя медсестра Людочка, молодая и проворная, уже выпорхнула из-за стола, даже не дожидаясь ответа. Я только кивнула ей вдогонку и устало провела ладонями по лицу. Боже, как же я вымоталась… Устала физически, устала морально. Устала ото всего.

Развод с Денисовым я переживала очень тяжело. Причём дело было не только в том, что я когда-то любила его до безумия. Главное – страдали наши дети. И ещё я не понимала, как он мог так подло поступить. Предать меня за спиной, прячась и обманывая нас всех. Ни прийти, ни сказать честно в лицо о своей измене, о том, что встретил другую… Нет, вместо этого он месяцами спал со мной в одной постели, носил рубашки, которые я ему заботливо гладила, ел ужины, которые я готовила с любовью – и всё это время врал. Врал мне, ей, всем. Жил двойной жизнью. Подло изменял… Теперь я невольно проецирую эту боль на весь мужской род. Я не феминистка, но после такого предательства к мужчинам у меня одно отношение: многие из них – кобели и предатели. Раньше я смотрела на образцовый брак своих родителей и верила, что у меня с Денисовым будет так же. Вышла замуж по большой любви. Как же я ошибалась… Он предал меня и пятнадцать лет нашего брака. Но страшнее всего – он предал наших детей. Променял семью на молодую любовницу. После развода прошёл уже месяц, а он с тех пор приехал к детям лишь один-единственный раз, несмотря на громкие обещания «быть хорошим отцом». Грош цена таким словам.

В дверь моего кабинета деликатно постучали.

– Можно? – раздался мужской голос.

– Да, проходите, – ответила я, подняв глаза.

На пороге стоял высокий спортивного телосложения мужчина. На вид ему было лет тридцать пять, не больше. Широкие плечи, уверенная осанка. Он смело шагнул внутрь, прикрыв за собой дверь, и я сразу заметила его глаза – ярко-синие, пронзительные. Такие, что взгляд невольно цепляется. Однако я лишь равнодушно подняла бровь. Бабник, – мелькнуло у меня в голове предвзято. Красивый мужчина в самом расцвете лет… Наверняка кобель. Что ж, тем более постараюсь держаться с ним холодно.

– Здравствуйте, – посетитель протянул мне медицинскую карту и слегка улыбнулся краем губ. – Меня к вам направили на консультацию, анализы мои уже у вас. Очень рекомендовали обратиться именно к вам, сказали, вы лучший специалист.

– Присаживайтесь, пожалуйста, – кивнула я, сдержанно ответив на вежливую улыбку. – Посмотрим, что у вас.

Я бросила взгляд на результаты анализов, прикреплённые к карте пациента, и почувствовала, как по спине прокатился холодок. Внутри неприятно заныло. Сахарный диабет второго типа. В таком возрасте… ничего себе. И судя по тому, как мужчина прищуривается, уже начало страдать зрение. Нехорошо.

Я подняла глаза на пациента. Он внимательно ждал моего вердикта, хотя старался сохранять беспечный вид. Наверняка сам ещё не до конца понял, что с ним.

– Всё будет хорошо, – сказала я возможно увереннее, чем чувствовала сама, и отложила карту. – Но вам нужны дополнительные обследования. Я сейчас выпишу направление: анализ крови натощак на уровень глюкозы, тест на толерантность к глюкозе, а также анализ гликированного гемоглобина.

Мужчина понимающе кивнул, не сводя с меня своих больших синих глаз. От этого пристального взгляда мне вдруг стало немного не по себе. Я опустила ресницы и принялась быстро заполнять бланк направления, почему-то стараясь не встречаться с ним глазами. При любом другом пациенте я вела бы себя спокойно, автоматически, но сейчас… Сейчас сердце гулко стучало где-то под самым горлом. «Тридцать шесть лет, красивый молодой мужчина… За что ему такое?» – думала я, заполняя бумаги. Я врач, но даже мне порой трудно найти ответы на подобные вопросы. Почему болеют дети, болеют молодые, хорошие люди, а всякие грабители, насильники и прочее отребье живёт припеваючи и здоровы как быки? Несправедливо это… Обидно до слёз.

– Вот, возьмите, – я протянула пациенту заполненные направления на анализы, стараясь вернуть себе собранный вид. – Сдадите всё как можно скорее. Я записала вас ко мне на приём через неделю, хорошо?

– Хорошо, – мужчина встал, бережно принимая у меня бумаги, и вдруг улыбнулся. У него оказалась удивительная улыбка – открытая, обезоруживающая. Он на миг замер, внимательно глядя на меня, потом негромко добавил: – Спасибо, доктор. Буду ждать новой встречи. Знаете… Вы не только замечательный врач, в чём я уже уверен, но и очень красивая женщина.

Я ощутила, как щёки предательски вспыхнули. От неожиданного комплимента я на секунду лишилась дара речи – даже дыхание перехватило. Я опустила взгляд и чуть слышно пробормотала что-то вроде «благодарю вас». Сделав вид, что очень занята компьютером, принялась щёлкать по клавиатуре, лишь бы не встречаться с ним глазами. У меня голова закружилась от смущения. Господи… за что мне всё это? Ещё и этот пациент – не хочу, чтобы с ним случилось что-то плохое. Поймала себя на этой странной мысли и внутренне одёрнула: стоп, Кристина. Ты обещала не принимать болезни пациентов близко к сердцу. Тем более этот человек для тебя – посторонний, случайный.

Мужчина ещё раз поблагодарил и вышел, аккуратно закрыв за собой дверь. А я, глубоко вздохнув, нажала кнопку вызова следующего пациента. Надо успокоиться. Работа есть работа… Просто выполнять свою работу, вот и всё.