Глава 1

Сиана

Медленный вдох. Выдох.

Забор, небо, луна, звезды - то, что вижу вокруг.

Поезд, лай собак, шум дождя и стук пульса в собственных ушах - звуки, которые слышу.

Запах мокрой травы и своих грязных волос, аромат духов с ванилью - запахи, которые ощущаю.

Металлический привкус крови во рту и вкус животного страха - то, что чувствую на языке.

Вдох. Выдох.

Боже. Какое же сегодня красивое небо. Идеально черное с белыми блестящими точками. Одна стремительно покидает небо.

Я успела загадать.

2 года назад

- Сиана, деточка моя, не переживай ты так сильно. Через час меня прооперируют, все будет хорошо, - слышу приглушенный голос бабушки в трубке, и сердце сжимается. - У тебя сегодня важный день. Иди готовься.

- Нет, бабуль, я забегу сейчас к тебе, занесу вещи и потом пойду на праздник! - запротестовала я, попутно собирая рюкзак с самым необходимым.

У бабушки были проблемы с ногами, в один момент они начали совсем отказывать. Врачи говорили, что проблема с венами. И вот сегодня утром ее положили в больницу.

Да, день не задался с самого начала.

В свой собственный, условный выпускной по случаю окончания 9 класса я успела стать предметом унижения в школе и чуть не поседела от ожидания новостей из больницы. Бабушке сделали операцию на ноги по удалению варикоза. Были какие-то сложности, но, слава богу, все прошло хорошо. Теперь ей предстоит месяц с лишним пролежать на реабилитации. Однако настроение не улучшилось, потому что организм, находящийся в постоянном стрессе и ожидании подвоха, дает сбои. Физическая и моральная усталость уже буквально льется через край.

Местная элита нашей школы иногда вытворяла такие вещи, что даже учителя их побаивались. И сегодня утром один из главных придурков этой школы в очередной раз решил поглумиться надо мной.

Перед выпускным вечером я собиралась заехать в больницу к бабушке. Школа находится рядом. Поэтому я сначала занесла платье, туфли и косметику в наш класс, а потом пошла к бабушке. Я была у нее буквально полчаса, а когда вернулась, обнаружила свое платье изрезанным и перепачканным собственной косметикой. Платье жалко болталось на входной двери в класс.

Я хотела просто разрыдаться на месте. Я не понимала, за что, почему они так со мной поступают вот уже год. Целый год они издеваются надо мной, устраивают мелкие пакости, распускают слухи. Эта компания Бекетова Артура и Оборина Демьяна. Я не знаю, по какой причине впала им в немилость. Они никогда не объясняли. Я могла только догадываться.

Просто я нищая. По сравнению с ними. Они считают себя элитой нашего города. Сынки богатых родителей, которые могут купить все. Вся школа им прислуживает и боится. Они думают, что и я должна делать то же самое по определению. Они ошибаются.

После пятиминутного ступора, как только я увидела жалкие остатки своего платья, я побежала к трудовику и попросила ведерко с краской. Алексей Геннадьевич был как всегда подшофе и даже не стал интересоваться, для чего она мне.

Класс Артура и Демьяна находился на третьем этаже; они были старше на два года, и сегодня у них тоже был выпускной, только уже финальный.

Я поднялась на третий этаж и уверенно зашла в класс. Ребята сидели на партах в кругу и что-то оживленно обсуждали. Рядом стояли девочки и игриво хихикали, поглядывая то на Артура, то на Демьяна. Я шагнула в их сторону.

Нетрудно было догадаться, кто изуродовал мое платье. Артур. Он задирал меня чаще остальных, бросал самые унизительные комментарии и вел себя особенно агрессивно.

- Эй, урод! - крикнула я и остановилась в шаге от парня. Он сидел ко мне спиной.

- Посмотрите-ка, кто пришел. Ты что тут забыла, мышь? - воскликнул один из шестерок Артура - Егор.

Все повернулись и удивленно уставились на меня. Артур тоже медленно повернулся и вальяжно поставил одну ногу на парту возле меня. Нагло ухмыляясь, оглядел мои шорты и футболку, в которых я выскочила с утра.

- Привет, мышка. Это твой наряд на вечер? Зачет!

Я тоже нарочито медленно осмотрела его белоснежную рубашку и дорогие брюки. Жаль, его пиджак висел на стуле.

- Твой костюм тоже шикарный, - я ядовито улыбнулась. - Но мне кажется, так будет лучше! - Не думая о последствиях, я вытащила баночку из-за спины и плеснула содержимое в наглого мажора. Девчонки громко вскрикнули и отпрыгнули в разные стороны. Краска попала ему прямо в лицо и на грудь, стала растекаться по плечам, попала на брюки.

Повисла звенящая тишина; кажется, я перестала дышать, ярость перехватила дыхание.

- Ты что, су.. - вытирая глаза, Артур бросился в мою сторону. Я отпрянула с такой силой, что врезалась плечом в шкаф у стены.

Пулей вылетая из класса, поймала взгляд Оборина. Демьян все это время стоял около окна в расслабленной позе, прислонившись к стене, и привычно наблюдал за происходящим с легкой ухмылкой.

Уже около лестницы меня поймала цепкая рука Артура. Схватила за футболку и буквально подняла в воздух, как куклу. Неудивительно - он был старше и крупнее меня вдвое. Мои 55 кг и 165 см роста выглядели порой нелепо, именно поэтому оскорбления вроде «толстая корова» или «целлюлитная жаба» были обиднее всего.

В этот день в школе, как назло, практически не было учителей - все тоже готовились к выпускному вечеру. Но мне повезло.

В этот момент на этаж поднималась завуч. При виде этой картины она сурово окликнула нас.

- Вы что тут опять устроили?!

Артур слегка ослабил хватку, и я воспользовалась моментом. Выскользнула из его рук и пронеслась мимо завуча вниз по лестнице, прямиком к спасительной двери на выход.

Когда уже была за воротами школы, подбегая к парку, смогла немного перевести дух.

Не знаю, как решилась на такое. Раньше я старалась даже не смотреть на них и не разговаривать. До 9 класса они меня и не замечали вовсе. Но потом что-то неожиданно изменилось. Я не могла понять, что. Тем не менее я терпела их издевки и подколы, стараясь не вступать в прямой конфликт. Мне хватило разбирательств после того, как я рискнула однажды пожаловаться завучу. Затаскали и меня и мою бабушку, обвиняя в клевете и фантазиях.

Что теперь будет? Теперь они точно убьют меня.

Ненавижу. Не пойду на этот долбаный выпускной. Не хочу их всех видеть.

Дома смогла немного успокоиться и прийти в себя. Пульс еще стучал в ушах, во рту пересохло.

Неожиданно телефон оповестил об смс:

«Молись, Ольховская».

Неизвестный номер, но адресат очевиден.

Сам молись, урод.

Плевать, впереди лето, и я больше не увижу этих козлов. А потом еще два года школы без них и другой мир, где не будет этих испорченных мажоров и их прихвостней.

Заблокировала номер и решила набрать бабушку. После операции она два часа спала, сейчас пришла в себя, отдыхает.

- Бабуля, привет! Как ты?

- Привет, моя хорошая. Да потихоньку. Выспалась. Ты там как? Собираешься на праздник?

Голос бабушки меня немного обеспокоил, но я списала это на усталость.

- Да, все хорошо. Через час пойду. У тебя ничего не болит, бабуль? Тебе что-нибудь нужно?

- Нет-нет, все хорошо, Сианочка. Не переживай. Повеселись вечером, отдохни. Ты это заслужила.

- Ну хорошо, бабуль. Доброй ночи. Я завтра забегу к тебе.

- И тебе, дорогая. Целую.

Я нажала на сброс с легкой тревогой и грустью в душе. Да, соврала близкому человеку. Но незачем бабуле знать, что у меня не будет выпускного.

Я могла бы забить на все и надеть какое-то другое платье. Но я хотела именно это. Оно мамино, и оно мне всегда очень нравилось, я хранила его на особенный день.

Уже ближе к вечеру мне позвонила моя одноклассница и единственная подруга Виталина. Минут двадцать она пыталась меня уговорить пойти на вечер, но я отказалась. Через час она позвонила снова и начала уговаривать прийти хотя бы на озеро. Там все уже отдельно собирались отметить выпускной. Без учителей и родителей. Тем сильнее было мое нежелание там присутствовать.

Я решительно отказалась и предостерегла подругу об алкоголе. Вита могла иногда выпить вина, и ей нужно было очень мало, чтобы опьянеть. Сказала ей, что буду звонить каждый час.

Но когда она не ответила уже на пять моих звонков, я всерьез забеспокоилась. Ну почему она не берет? Вдруг ей стало плохо или еще что хуже. Обычно Виталину никто не обижал, даже учитывая, что она тоже не из богатой семьи и дружит со мной. Но Вита была просто белокурый божий одуванчик, наверное, поэтому даже мажоры не могли найти причину докапываться до нее.

Я боролась с тревогой, но уже через минуту заплетала непослушные волосы в косу, натягивала джинсы и кофту, зашнуровывала кроссовки.

Идти не хотелось ужасно, какое-то тонкое неприятное ощущение кололо в груди. Но выбора не было. Вита так и не отвечала.

Дорога к озеру не заняла много времени. Мы с бабушкой жили неподалеку.

На подходе к беседкам, откуда доносилась музыка, у меня екнуло в груди. Ноги отказывались идти. Я прекрасно осознавала, кого могу там встретить.

Возле озера стоял большой шатер, где обычно праздновали одиннадцатиклассники, а рядом были небольшие беседки, где гуляли другие ребята. Я пошла искать сначала по маленьким беседкам.

Зашла в первую и просто обомлела. Почти мне под ноги вырвало какого-то пацана, а на столе среди полупустых бутылок танцевала совсем молодая школьница. Просто бедлам.

Пошла в другую беседку - там примерно то же самое. Я обошла все три маленькие беседки, Виты там не было. Оставалось только одно. Идти в самое логово зверя.

В шатре громко играла музыка, свет был приглушенный, пахло дорогим алкоголем, и повсюду были пьяные выпускники.

Я пыталась рассмотреть Виту.

Мигающие гирлянды бросали на лица резкие, рваные тени, превращая знакомые черты в гримасы. Я протиснулась между двумя целующимися парочками, проползла мимо круга, где кто-то на спор пил что-то из горла, и наконец увидела подругу.

Виталина сидела в дальнем углу на краю дивана. Рядом с ней, положив руку на спинку за ее спиной, сидел Артур. На нем была другая рубашка - темная, но на шее и на манжетах все еще виднелись неуловимые, смутные разводы. Он что-то говорил ей на ухо, а Вита, с остекленевшими от выпитого глазами и глуповатой улыбкой, кивала. Она была явно не в себе.

Яркая, холодная волна злости ударила мне в виски. За то, что она позволила подсесть к себе этому ублюдку. За то, что не отвечала на звонки. Но тут же волна отхлынула, сменившись леденящим страхом. Потому что Артур увидел меня.

Его взгляд, скользнувший через толпу, стал острым и сосредоточенным, как у хищника, учуявшего долгожданную добычу. Он не прекратил говорить с Витой, даже не изменил позы, только глаза его прилипли ко мне, и уголок рта дрогнул в едва уловимой усмешке.

«Вита, уходим отсюда», - хотелось крикнуть. Но горло сжалось.

Я сделала шаг в их сторону, но ко мне вдруг прилип парень из свиты Артура - Егор. Он пах перегаром и потом.

- О, а вот и героиня дня! - гаркнул он, хватая меня за локоть так, что стало больно. - Пришла наконец! Мы уж думали, ты струсила!

Я резко дернула руку.

- Отвали.

- Ух, дерзкая! - Он заслонил собой проход, широко раскинув руки. Вокруг уже начали оборачиваться. Музыка грохотала, но наш маленький островок привлек внимание. Я видела, как Артур медленно, с театральным вздохом, поднялся с дивана и, небрежно потрепав Виту по щеке, направился к нам. Вита, будто очнувшись, заметалась взглядом и, увидев меня, попыталась встать, но ее пошатнуло.

- Ольховская, - произнес Артур, и вокруг на секунду стихло, будто ждали этой реплики. Он подошел вплотную. От него пахло той же краской, смешанной с одеколоном. - А я думал, ты больше никогда не покажешься.

- Я пришла за Витой. Отойди, - голос прозвучал тише, чем я хотела, но хотя бы не дрожал.

- За Виталиной? Она тут отлично проводит время, - он усмехнулся. - А нам с тобой надо поговорить. Про твой.. художественный перформанс сегодня. Ты мне весь выпускной испортила, мышка.

Он сделал шаг вперед, и я инстинктивно отступила, наткнувшись на Егора. Тот сзади схватил меня за запястья, скрутив их. Сердце заколотилось, в ушах зазвенело.

- Отпусти! - жалобно вырвалось у меня, и я попыталась вывернуться, но его хватка была железной.