Посвящается женщинам

Пролог

Женщина должна быть тихой, послушной, незаметной.

Для нее существует лишь одно единственное мнение – мнение ее мужа. Все свои мысли она держит при себе, ибо он и без нее знает, как лучше.

Она не лезет в его дела, не задает вопросов и всегда знает, где ее место.

Она рождена, чтобы отдавать, служить, жертвовать.

Она мать. Она жена.

Так принято в моем мире, и до этого самого момента я никогда не сопротивлялась. Напротив, мне всегда нравилась эта игра. Правила я выучила еще в детстве.

Позволь ему видеть в тебе то, что он хочет видеть, – глупое, слабое и беззащитное создание.

Целых три года я с блеском исполняла свою роль, пока не оказалась здесь, на этом старом заброшенном складе с пушкой в руках. Признаюсь, есть нечто забавное в том, как мой муж сейчас смотрит на меня. Словно впервые видит. Словно понятия не имеет, что со мной делать. В его зеленых глазах нет страха или паники. Даже несмотря на то, что я только что подстрелила нескольких его людей, он меня не боится. Конечно, нет. Я держу его на мушке, а на его лице лишь то самое выражение, которое возникает всякий раз, когда он не может решить какую-нибудь сложную задачку.

Полагаю, сейчас он пытается выяснить, где именно между нами пролегает правда. Я бы могла сэкономить ему время, могла бы признать, что все эти три года были одной сплошной ложью, но какое в этом веселье, верно? Нет, я позволю ему сомневаться. В каждом своем слове, взгляде, в каждой улыбке. Пусть гадает о моих мотивах. Пусть даже ставит под сомнение мою верность. Так намного интересней. С нетерпением жду того момента, когда он наконец сорвется, когда осознает, что потерял контроль. Нет. Не так. Когда осознает, что никогда по-настоящему не имел контролянадо мной.

Этот момент точно настанет, а пока что его широкие плечи все так же расслаблены, руки небрежно убраны в карманы серых брюк, а белоснежная рубашка забрызгана пятнами крови. При иных обстоятельствах я бы нашла его чертовски сексуальным. Но сейчас…

– Назад. – произношу твердым, но совершенно спокойным голосом, услышав шаги, раздающиеся со всех сторон.Его люди. Слишком много людей. – А то клянусь Богом, я вышибу мозги вашему драгоценному боссу.

Справа на периферии замечаю резкое движение и не думая, отвожу руку в сторону. Выстрел эхом прокатывается по пустому помещению, отскакивая от бетонных стен. Мне не нужно поворачиваться, чтобы узнать, что пуля попала в цель. Явсегда попадаю в цель.

Вновь наставляю пистолет на своего мужа.

–Клянусь Богом. – задумчиво повторяет он мои слова, как бы с насмешкой. – Ты хотя бы в него веришь или это тоже было маской?

–Тоже. Говоришь так, будто уверен, что я врала тебе.

– А разве нет? – он делает шаг вперед, и мое тело рефлекторно напрягается. – Разве ты не лгала мне, скрывая свои«навыки»?

Сандро медленно приближается, точно хищник, не сводя с меня своих зеленых глаз, и я по какой-то странной причине не могу отвести своих.

– Ты никогда не интересовался моими«навыками».

Лучшая защита это нападение. Пусть думает, что это он во всем виноват. В конце концов, в том, чтоон меня недооценил нет моей вины.

Уголок его рта слегка дергается вверх так, словно мои слова развеселили его. Расстояние между нами стремительно сокращается.

– Ты права. Моя ошибка. – он подходит ко мне настолько близко, что теперь дуло упирается ему прямо в сердце. – Но больше я ее не повторю.

Все могло бы закончиться прямо здесь. Один выстрел, и его сердце разорвала бы пуля. Один выстрел, и Сандро Ломбарди перестал бы существовать. Однако эта мысль почему-то не приносит мне должного удовлетворения. Может, дело в том, что несмотря на свою ненависть в данный момент, я не ненавижу его в целом? Я никогда не грезила о смерти мужа, как это делают многие женщины в нашем мире. Напротив, мне нравится быть его женой.Нравилось.

– Ты предала меня, Елена. – произносит он низким холодным голосом, от которого по всему телу проносится рой мурашек, а волосы на затылке встают дыбом. – И заэто, будь уверена, ты понесешь наказание.

Это угроза. Прямая, резкая, не завуалированная угроза. Очередная его ошибка. Знай он, насколько плохо я воспринимаю угрозы, не стал бы этого говорить.

Опустив руку с оружием, я делаю два коротких шага вперед и встаю к нему вплотную. Настолько, что теперь наши лица разделяют считанные сантиметры.

– Надеюсь, это обещание. – произношу шепотом практически у самых его губ. – Потому что будь уверен, если это так, ты пожалеешь о своих словах.

1

Елена

Три года назад

Традиционный серый ужас. Так бы я назвала свое свадебное платье. Атласная ткань с кружевами окутывает меня с кончиков пальцев и до самого горла. Длинные рукава. Небольшой шлейф. Никакого декольте. Очевидно, мама решила увеличить мой возраст под стать жениху. Мне только исполнилось двадцать, но в этом платье с легкостью можно дать и все двадцать восемь.

Черные волосы собраны на затылке, как у монашек. Нет. В Короне многие женщины носят такой пучок. А они далеко не монашки. Фурии? Да. Но не монашки. Смотрю в свои черные глаза и натягиваю маску невинности. Легкая улыбка, взгляд из полуопущенных ресниц, и вуаля – скромная и благородная будущая жена босса Чикаго. Жду не дождусь. Искренне. Кажется, я первая женщина, которая радуется браку по расчету. Статус жены Сандро Ломбарди откроет мне многие двери. И это в сотни раз лучше чем быть дочерью Карлоса Эспасито.

Раздается стук в дверь, а следом мои сестры заполняют церковную комнатку. Доминика, моя старшая сестра держит за ручку Лукаса, моего племянника. Наклоняюсь к нему и игриво щелкаю по носу. Он улыбается мне своей широкой милой улыбкой. Славный мальчуган. Жаль, что вскоре наш мир превратит его в чудовище, коими являются все мужчины в Короне. Скорей всего, мой племянник даже станет боссом, а значит, самым худшим из всех них.

– Выглядишь красиво. – произносит Доминика, и я выпрямляюсь, бросая на нее скептический взгляд.

– Да, Елена, ты просто прелесть. – добавляет моя младшая сестра, Бьянка, но я вижу, как она едва сдерживает смех, осматривая меня с ног до головы.

Эдда, моя вторая старшая сестра зыркает на Бьянку. Она всегда защищает меня и сдерживает ее, а все потому что я предпочитаю скрывать свою темную сторону, Бьянка же…скажем так, у нее нет светлых сторон.

Ухмыляюсь своей младшей сестренке, и та показывает мне средний палец.

Эдда закатывает глаза.

– Вы просто невыносимы. – выдыхает она.

Мы с Бьянкой переглядываемся и пожимаем плечами.

– Последний шанс передумать. – вдруг говорит мне Доминика. Мои брови взлетают вверх, и я делаю шаг назад, снова поворачиваясь к зеркалу. Да. Платье просто ужасное. Дорогое, но до тошноты консервативное.

– Нечего думать. – отвечаю, пытаясь представить что-то подстать своему возрасту. А впрочем, какая разница? Мне в любом случае теперь всю жизнь предстоит играть роль послушной жены. Плевать на платье. Нужно сосредоточиться на игре. – Я хочу этого брака.

– Так мама не солгала? – удивленно восклицает Бьянка, плюхаясь на диван и откидывая свои черные вьющиеся волосы назад. – Ты не просто приняла удар на себя вместо Эдды, тыдействительно хочешь стать женой этого Сандро?

Она морщится на последней фразе, что вызывает у меня улыбку. Бьянка ненавидит само понятие брака. Я же вижу в нем миллион возможностей. И мне всегда больше нравилось играть роль, притворяться. Для женщины в нашем мире это ценный навык. Отец до сих пор считает, что я хожу молиться в церковь по воскресеньям. Знал бы он, что под той самой церковью есть заброшенный туннель…

– Да, именно этого я и хочу. – отвечаю, разглаживая несуществующие складки на юбке. Унылой ровной юбке. Да, имей я выбор, платье определенно точно не было бы белым. Возможно, красным…

Вижу, как сестры переглядывается и оборачиваюсь к ним.

– Мы ведь это уже обсуждали. Отцу нужен мир с Чикаго. Чикаго нужен союзник против Этерно. Меня так или иначе отдали бы кому-то. Так уж лучше, если это будет будущий босс, чем какой-нибудь волосатый старый мужик.

Бьянка снова морщится.

– Согласна. Сандро хотя бы красавчик. Но не бойся отрезать ему яйца, если он…ну, знаешь, позволит себелишнего.

Уголки моих губ игриво ползут вверх.

На его яйца у меня совсем другие планы.

– Вопрос в другом. – бросаю взгляд на каждую из сестер. – Увасведь все будет хорошо?

– Не парься. – фыркает Бьянка. – Ника не позволит выдать нас замуж против нашей воли.

Перевожу глаза на свою старшую сестру. Ее светлые волосы идеально обрамляют красивые, но острые черты лица. Она у нас единственная блондинка в семье. И единственная замужем. Брак с Леонардо не изменил ее так, как я предполагала, но Лукасу порой удается вытащить наружу ту самую улыбчивую Доминику из моего детства.

Я так же знаю, что именно Ника нужна отцу для поставки алмазов. В последнее время она слишком сильно погрязла в этом дерьме, но если кому и под силу справиться с нашим отцом и Триадой, так это ей.

Сестра слабо улыбается мне, и эта улыбка не касается ее глаз. Ей совсем не по душе этот мой брак с Сандро, но к счастью, в этом вопросе у нее нет права голоса.

– Мир продержится, пока жив отец. – еще раз озвучивает Эдда вслух и подходит ко мне ближе. – После ты будешь отрезана от нас.

Я киваю и беру ее руку в свою.

– Знаю, сестренка. – смотрю в ее зеленые глаза. – Я буду в порядке. Ты ведь знаешь меня.

Бьянка усмехается со своего места на диванчике.

– Ломбарди хочет купить золотую рыбку в свой аквариум, – хищно улыбается она. – Но понятия не имеет, что впускает акулу.

Я натягиваю на свое лицо невинность, хлопая длинными ресницами, и пожимаю плечами.

– Не понимаю, о чем ты.

Бьянка заливается смехом и поднимается на ноги.

– Буду скучать по нашим играм, Елена. – подходит и чмокает меня в щеку, затем кивает на сестер. – С ними так скучно всегда.

Вместе с Доминикой и Лукасом она покидает комнату, а Эдда задерживается на мгновение.

– Держи в доме оружие. – напоминает она.

Не могу не улыбнуться и киваю.

Дверь за ней закрывается, и я снова погружаюсь в тишину. Прижимаю руку к животу и делаю пару глубоких вдохов. Нервы шалят где-то внутри под ребрами, скручиваясь маленькими узелками. Я бы свалила все на предвкушение, но дело не только в этом. Правда в том, что какая-то часть меня боится. Боится, что Сандро Ломбарди каким-то образом раскроет мою игру. Одно дело притворяться перед отцом, но совсем другое врать прямо в глаза тому, кто знаменит тем, что чует ложь за километр.

Снова смотрю на себя в зеркало.

Со стороны может показаться, будто я меняю одну золотую клетку на другую. Во всяком случае, так всегда было с женщинами в нашем мире. Но я не все. Как только с уст Сандро сорвется заветное «да», я наконец обрету свободу. Сам того не зная, Ломбарди освобождает меня.

Да.

Я буду в порядке.

***

Запах ладана смешивается со шлейфом самых разных парфюмов. И вся эта смесь глубоко проникает в легкие, пока отец ведет меня по проходу старой церкви Сан-Франциско. Полупрозрачная фата закрывает мое лицо, но на всякий случай я все равно прячу довольную улыбку. Нужно выглядеть скоромной девственницей. Такую жену хочет Сандро. Такую из меня годами делала мать. И только мои сестры знают меня настоящую. Возможно, еще бабушка. Жаль, что ее не стало год назад. Она бы гордилась мной, и не в том смысле, как гордятся родители. Если вообще гордятся, конечно. Бабуля научила меня всем основам качественной лжи. В особенности, в отношениях с мужчинами.

Отец передает меня Сандро. Моя голова низко опущена.

Невинная. Непорочная. Немного напуганная. Моя любимая роль.

Сандро поднимает фату, я дышу часто и быстро, как если бы была на грани нервного срыва. Затем сглатываю и наконец смотрю на своего будущего мужа. Взгляд холодных зеленых глаз пронзает насквозь, и по моему телу проносится дрожь, которую Сандро скорей всего принимает за страх. Быстро опускаю глаза, продолжая часто дышать. Священник что-то говорит, но слова проносятся мимо моих ушей белым шумом.

Я еле сдерживаюсь, чтобы еще раз не взглянуть на Ломбарди. Черт возьми, да он и правда красив.Особенно вблизи. До этого момента я видела его лишь дважды. Один раз, когда он еще собирался жениться на Эдде, второй во время нашей помолвки, но оба раза я, так же как и сейчас, изображала из себя невинную овечку, поэтому и не смогла рассмотреть его как следует.

Прикусываю нижнюю губу и решаюсь еще раз поднять глаза. Медленно скольжу взглядом по черному классическому смокингу из дорогой итальянской ткани. Отмечаю узкую талию, высокий рост, широкие плечи и сексуальный, смуглый оттенок кожи на шее. Голова повернута в сторону священника.

Мать твою, да Сандро Ломбардигоряч. Темные каштановые волосы коротко пострижены по бокам, а сверху уложены в легком беспорядке. Едва заметная щетина покрывает квадратную челюсть. А эти глаза? Темный глубокий оттенок мха, как бы выразилась Эдда. Но лично меня привлекает то, что таится за ними. Холод, контроль, расчетливость, проницательность и ум. Очень горячая комбинация. В особенности, потому что мне уже не терпится начать игру. В его собственном городе и прямо у него под носом.

Мои глаза невольно опускаются к его рту. У него красивые губы, из тех, что заставляют размышлять о поцелуе…

Словно почувствовав мой взгляд, Сандро поворачивается ко мне, но я тут же низко опускаю голову. Пульс в горле подскакивает.