Глава

- Ты стала дико скучной, Лиза! Вечно в своих этих мечтаниях, каких-то воспоминаниях! Но я знаю, как спасти наш брак. Ты можешь выбрать себе нового мужика, я даже слова не скажу. А мне дашь пожить год свободно!

Поймала мужа с другой, а вместо извинений и попыток объясниться слышу вот это… Для Кирилла в порядке вещей такое «спасение брака». А для меня это крах всего.

Но прежде, чем я расставлю знаки препинания в фразе «Простить нельзя уйти», мы посмотрим, кому из нас больше понравится свободная жизнь.

В тот день я вышла с работы пораньше. Судебный архив гудел кондиционерами, пахло пылью и ветхими бумагами, но к пяти часам пятница высасывала силы окончательно. Начальница махнула рукой: «Иди, Лиза, все равно уже никто ничего не ищет». Я благодарно кивнула ей, сунула телефон в сумку и поплелась к метро.

Обычно мы с Кириллом ужинали в «Лесной гавани» - кафе через дорогу от нашего дома. Уютное место со светлыми скатертями и окнами в пол. Я любила сидеть там, смотреть на прохожих и слушать его рассказы о сделках. Он говорил, что я умею слушать, как никто другой. «У тебя талант, Лизка, - смеялся он. - Я рядом с тобой даже мысли формулировать начинаю красиво».

Я шла мимо «Лесной гавани» и машинально глянула в окно. Просто рефлекс - проверить, не свободен ли наш столик, может, заскочить чуть позже на ужин?

И замерла.

Они сидели у окна. На том самом месте, где мы обычно устраивались вдвоем с мужем. Кирилл - в своей синей рубашке, которую я гладила утром, - держал за руку женщину. И не просто держал: он гладил большим пальцем ее запястье, медленно лаская. Она смеялась, запрокинув голову, и светлые волосы падали на плечи. Красивая. Ухоженная.

Незнакомая.

Я не знаю, сколько простояла там, на тротуаре. Мимо шли люди, задевали сумками, кто-то даже толкнул - извинился, я не ответила. В ушах зашумело, как будто я нырнула глубоко-глубоко, а вокруг только вода и больше ничего, кроме едва слабого пульса. Сердце словно застряло где-то в горле, мешая дышать.

Мой муж смотрел на нее так, как смотрел на меня в первые месяцы. Будто она - центр Вселенной. Он что-то говорил, она кивала, и тогда он поднес ее руку к губам и поцеловал. Прямо при всех. Прямо в нашем кафе.

Я должна была зайти. Должна была подойти, схватить эту чертову скатерть, стянуть все на пол, закричать, разбить тарелку - сделать хоть что-то. Но ноги не слушались. Тело стало ватным, чужим. Я просто смотрела, как он заказывает еще вина, как она поправляет ему воротник рубашки, как они соприкасаются головами, разглядывая что-то в его телефоне.

Потом я все-таки пошла.

Не к кафе, нет. К нашему дому.

Не знаю как, но ноги сами принесли меня к подъезду. Лифт ехал слишком долго, я считала этажи, чтобы не разреветься прямо в кабине. Дома было тихо, пахло привычно, даже по-родному, все так, словно и не было этой жуткой картинки, которая, словно выжженная, оставалась на сетчатке.

Я села на край кровати и уставилась в стену.

Мыслей не было. Вообще. Только кадры перед глазами: его пальцы на ее запястье. Их склонившиеся друг к другу головы. Ее улыбка, обращенная к моему мужу.

Я не стала включать свет, стягивать с себя одежду. Просто сидела в полумраке, слушая, как за окном гремят трамваи, и ждала. Сама не знаю чего - может, что мне все показалось… что это ошибка.

Через полчаса хлопнула входная дверь.

- Лизка, ты дома? - голос Кирилла звучал обычно, даже буднично. - А че темно? Экономим?

Он усмехнулся, если судить по хмыканью, прошел в комнату, включил свет, и я зажмурилась на секунду.

Кирилл стоял в проеме - какой-то новый, разрумянившийся, пахнущий вином и чужими духами. Синяя рубашка расстегнута на две пуговицы, рукава закатаны.

- Ты чего не ужинала? Я в «Гавани» перекусил, устал как собака.

Он даже не скрывал, что был там… Он как будто нарочно говорил о том месте, где только что совершил преступление!

- Я видела тебя. В нашем кафе. С другой женщиной, - выдохнула хрипло, не узнавая собственного голоса.

Он замер. Всего на долю секунды, но я заметила. Потом лицо мужа странно расслабилось, усмешка вновь тронула его губы.

- А-а, - протянул он, проходя в комнату и падая в кресло. - Ну видела и видела. И что?

Кирилл говорил о случившемся как о чем-то совершенно нормальном и даже обыденном. Словно у нас были свободные отношения и подобные экзерсисы являлись частью нашей семейной жизни.

- Что?! - Я вскочила, но ноги подкосились, и пришлось снова буквально рухнуть обратно. - Ты там с другой… ты ее за руку держал, целовал…

Меня аж захлестнуло теми чувствами, которые я испытывала. Дикого возмущения, которое я даже толком не могла облечь в слова - настолько сильно меня оно обуяло.

- Лиз, ну хорош. - Он поморщился, как от зубной боли. - Ты стала дико скучной, честное слово. Вечно в своих этих мечтаниях, каких-то воспоминаниях. Мы же взрослые люди!

Я молчала, не веря ушам. Он вздохнул, подался вперед, и в его глазах мелькнуло что-то похожее на жалость. Которая, впрочем, почти сразу сменилась безумием азарта.

- Я знаю, как спасти наш брак, - сказал он спокойно, будто обсуждал покупку стиральной машины. - Ты можешь выбрать себе нового мужика. Хочешь - просто на ночь, хочешь - на подольше. Я даже слова не скажу, честно. А мне дашь пожить год свободно. Ну, понимаешь, разнообразия хочется, а ты…

Он развел руками, словно это все объясняло.

Я смотрела на него - на этого чужого человека, который пять лет спал со мной в одной постели, который клялся, что я его единственная, который гладил мой живот, когда у меня было подозрение на аппендицит. И вдруг поняла: я его не знаю. Вообще.

Он говорил какие-то жуткие вещи, которые совершенно не относились к нашей реальности.

- Кирилл, ты… ты серьезно? - выдохнула с неверием и ожиданием того, что он скажет, будто это шутка.

- Абсолютно. - Кир даже обрадовался, что я не кричу. - Это же цивилизованный подход. Никто никого не обманывает, все довольны. Ну что мы будем друг другу нервы трепать? Ты мне надоела немного, но я хочу решить все по-хорошему, без скандалов. Поживем в свое удовольствие, а там видно будет.

Внутри меня что-то оборвалось. Боль, обида, гнев - все смешалось в ледяную пустоту. Я смотрела на него и думала: а ведь он прав в одном - скандал не поможет. Слова тут бессильны.

Все уже случилось, раз он так бесцеремонно рассуждал о нашем браке. Кирилл ведь все решил, не так ли?

- Хорошо, - сказала я тихо. Он удивленно поднял брови. - Я подумаю.

Поражаться нужно было не только ему, но и прежде всего - мне. Потому что на мгновение на первый план вышла совсем другая Лиза.

Та самая, о которой я еще ничего не знала. Но понимала, что разбить пару чашек о голову мужа - это не выход.

- Правда? - Он просиял, встал, хотел подойти, но я отшатнулась.

Впрочем, это совершенно не расстроило Калинина.

- Вот и отлично, Лизка! Ты умница, я всегда знал. Ну, я в душ, а то жара…

Он ушел, а я осталась сидеть в кресле. В голове происходил самый настоящий кавардак.

Из него я не могла вычленить ничего особо толкового кроме глупой надежды на то, что Кирилл просто придумал розыгрыш.

А если нет?

Если он действительно специально притащил в нашу «Гавань» свою любовницу, чтобы вынудить меня выбрать «свободную жизнь»?

«Простить нельзя уйти». Где поставить запятую? Да и нужна ли она в принципе, когда все более, чем понятно?

Я решила, что да… Для начала мы посмотрим, кому из нас больше понравится свободная жизнь.

Ну а дальше, Кирилл, будет видно, что мне с тобой делать.

*

Часа два я просидела в кресле. В комнате горел свет - Кирилл так и не выключил его, уходя в душ. Я смотрела на люстру и думала о том, сколько ватт в этих лампочках. Светодиодные, экономные. Мы покупали их вместе в прошлом году, еще смеялись, что теперь меньше платить будем.

Забавно. Я пыталась думать о чем угодно, лишь бы только не погружаться мыслями в то, что озвучил Кир.

Из душа доносился шум воды, потом все стихло. Калинин завозился на кухне - я слышала, как закипел чайник, как открылась и закрылась дверца холодильника. Потом в гостиной зашумел телевизор, зазвучали голоса комментаторов. Футбол. Обычный вечер пятницы.

А я все сидела и смотрела на лампочки.

Мысли в голове перемешивались в какой-то чудовищный винегрет. Я пыталась разложить их по полочкам, но каждая новая попытка проваливалась. То я злилась, то впадала в ступор, то вдруг ловила себя на дурацкой надежде: а вдруг это был сон? Вдруг я задремала в архиве и сейчас проснусь?

Но я не спала. Свет горел, муж смотрел футбол в соседней комнате после того, как предложил мне найти себе любовника. Ведь у него шлюха в наличии уже имелась.

Наконец я встала. Ноги затекли, пришлось постоять, пережидая, пока противные иголочки перестанут бегать под кожей. Подошла к двери гостиной, остановилась на пороге.

Кирилл сидел в кресле, вытянув ноги и положив их на журнальный столик. В трусах и майке, с бокалом пива в руке и чашкой чая перед собой. Всегда именно так выпивал, чтобы не захмелеть.

На экране футболисты в зеленом бегали за мячом. Все как всегда. Ровно так же он сидел, должно быть сотню раз, до этого вечера.

- Калинин… - позвала я его тихо.

Он повернул голову, глянул на меня без особого интереса.

- А, ты еще не спишь? - удивился муж. - Чего хотела?

- Поговорить.

- О чем? - Он поморщился, но звук на телевизоре все же убавил. - Если опять про то, что ты там видела, Лиз, я же все объяснил. Чего еще ты хочешь услышать?

Я сделала несколько шагов в его сторону, опустилась в кресло напротив. Руки сложила на коленях, чтобы не дрожали.

- Объясни еще раз. Только подробно. Я хочу понять, что ты предлагаешь. Как ты это видишь.

Он оживился. Даже ноги со столика убрал, поставил бокал на пол, подался вперед. В глазах загорелся тот самый азарт, который я заметила еще в спальне.

- О, ну наконец-то! - довольно выдохнул он. - А то сидишь, молчишь, я уж думал, ты в истерику ударишься. А ты молодец, Лизка! Взрослеешь.

Я промолчала. Внутри все сжалось в тугой комок, но я заставила себя сидеть спокойно.

- Слушай, - начал Кирилл, - я тебе честно скажу. Эта девушка, ну которую ты видела… ее Эмма зовут. Она так, проходной эпизод. Ничего серьезного. Но понимаешь, - он вздохнул, словно собирался открыть мне великую истину, - я вообще не хочу быть только с ней. И только с тобой, если честно, тоже не хочу. Мне разнообразие нравится. Понимаешь?

- Понимаю, - ответила я тихо. И повторила, словно пробуя слово на вкус: - Разнообразия.

- Да! - обрадовался он. - И я подумал: а почему я должен себе отказывать, если ты тоже можешь не отказывать себе? Мы же современные люди, Лиз. Равноправие. Ты можешь выбрать себе кого хочешь. Хочешь - на одну ночь, хочешь - на подольше. Я не буду против. Ни ревности, ни скандалов. А я… ну, буду тоже иногда встречаться с кем-то. Год так поживем, а там видно будет.

Он говорил и говорил, распаляясь все больше. Я смотрела на его губы, на то, как они двигаются, и не верила, что этот человек - мой муж. Тот, кто обещал любить до гроба. Тот, кто говорил, что я единственная. Его словно бы подменили в одночасье.

- …и главное - честно, без вранья. Ты мне говоришь: я сегодня с тем-то, я говорю: я сегодня с той-то. И все счастливы. Ну? Что скажешь?

Он уставился на меня с таким ожиданием, будто предложил съездить в отпуск на море.

- А если я не хочу? - спросила глухо. - Если я не хочу ни с кем другим? Если я хочу только тебя?

Знаю, звучало жалко. Но вот так вот просто взять и погнать мужа прочь как-то не выходило. И да - я все еще надеялась, что у нас здесь просто эпизод из «Смехопанорамы».

Кирилл поморщился, отмахнулся:

- Ну Лиз, не будь занудой. Ты просто не пробовала. Уверен - тебе понравится. Ты у меня красивая, мужики на тебя смотрят, я знаю. Просто попробуй.

Внутри меня что-то перевернулось. Обида? Злость? Или та самая холодная пустота, которая поселилась там пару часов назад?

- А если я скажу «нет»? Если я против?

Он вздохнул, посмотрел на меня с легким раздражением.

- Ну, тогда я не знаю. Тогда, наверное, нам придется развестись. Потому что я так жить не могу. Мне нужно разнообразие, понимаешь? А ты меня душишь.

Я посмотрела на него и окончательно поняла: он не шутит. Калинин действительно все решил. Он уже живет в какой-то другой реальности, где я - лишь деталь, которая должна подстроиться под его запросы.

- Эмма, значит, - сказала я зачем-то. - Проходной эпизод.

- Абсолютно, - кивнул Кирилл. - Если ты согласишься на мой план, я с ней даже встречаться не буду, если не хочешь. Найду кого-то еще, чтоб тебе не мешала. Или ты найди себе кого-то первая, а я подожду. Мне не принципиально.

Он был так спокоен, так уверен в своей правоте. И в том, что я соглашусь.

- Я подумаю, - повторила я.

- Думай, - разрешил он. - Только недолго, а? Я уже настроился на новую жизнь.

Он снова взял пульт, прибавил звук. Футбольные страсти заполнили комнату.

Я же посидела так немного, затем встала и пошла в спальню. Села на кровать, обхватила себя руками.

«Проходной эпизод». Эмма. Какая разница, как ее зовут? Важно другое: он не просто изменил. Он хочет узаконить это. Сделать меня своей сообщницей.

«Простить нельзя уйти».

Я смотрела в стену и чувствовала, как внутри просыпается кто-то новый. Та самая другая Лиза, о которой я еще ничего не знала. Она не плакала. Она не кричала. Просто ждала.

Ждала моего решения, которое, кажется, уже было принято.

Но для начала мне нужно составить четкий план на тему того, как сделать так, чтобы муж пожалел обо всем в самом обозримом будущем.

***