ГЛАВА 1: ПРЕДЛОЖЕНИЕ, ОТ КОТОРОГО НЕЛЬЗЯ ОТКАЗАТЬСЯ

— Я могла бы подменить тебя в оранжерее, пока ты в отъезде.

Полина отложила вилку в сторону, внимательно глядя на маму, которая замерла с бокалом вина у рта и расширила глаза от удивления.

«Да, мам, я тоже не ожидала, что готова помочь тебе», — подумала Полина Иванова, поглядывая на мать в томительном ожидании.

Она готовилась к этому разговору по меньшей мере неделю. Не знала, как правильно подступиться, чтобы заполучить это место, которое, как ей казалось, могло достаться только ей, а не кому-то другому.

Например, её заместителю — Георгию Смышляеву. Или вообще третьему лицу.

Полина считала, что отлично бы справилась с поставленной задачей — присмотром за оранжереей во время её отсутствия.

Однако выражение лица мамы оставляло желать лучшего. Та не была впечатлена этой идеей.

Ольга поставила бокал на стол и промокнула рот салфеткой.

— Ты серьёзно? — спросила она, выглядя действительно удивлённой предложением дочери.

Мать Полины, Ольга Игоревна, была биологом с несколькими научными степенями с уклоном в ботанику. Она являлась преподавателем в государственном университете вот уже двадцать лет. Около пяти лет назад, когда ей наконец утвердили план об основании одной из самых крупных оранжерей в России, она с головой ушла в строительство и обустройство нового любимого дела.

Ольга, которая души не чаяла в своём увлечении, вкладывалась по максимуму. Изначально она заведовала маленьким ботаническим садом при государственном университете, но теперь её место заняла более молодая, перспективная аспирантка, которую она воспитала в соответствии со своими взглядами.

Сейчас у Ольги была своя оранжерея, в несколько раз больше университетской, которой она очень гордилась.

По истечении пяти лет семья Ивановых, состоящая из двух человек, стала довольно популярной. Огромное пространство, выделенное под строительство оранжереи, сначала заняла одна постройка, а потом пришлось достраивать ещё две, чтобы вместить всё, что придумала Ольга.

Она воодушевлённо и слишком ответственно подходила к своему делу.

Прошлым летом, когда состоялось открытие третьего корпуса, она получила извещение о том, что сам губернатор края решил посмотреть на труды и вложенные финансы, выделенные из регионального и даже немного федерального бюджета. Ольга сделала всё, чтобы мужчина остался доволен.

И впрямь, он отзывался положительно и даже порекомендовал благоустроить подъезд для машин и выложить дорожки для удобства посетителей, которые захотят ознакомиться с местной флорой.

Ольга должна была уехать в Москву на повышение квалификации. Это стандартная процедура для всех педагогов. В этот раз ей предложили посетить несколько ботанических садов, поэтому её недельная поездка могла затянуться аж на десять дней. Она боялась оставлять оранжерею только на ассистентов — не была уверена, что они смогут присмотреть за этим делом.

Хотя Георгий, старший ассистент, был далеко не глуп и сумел зарекомендовать себя с лучшей стороны, что давало надежду: оранжерея не успеет погибнуть в отсутствие хозяйки.

Ольга доверяла своей дочери, потому что та росла по её стопам, однако не была уверена, что та сможет присматривать абсолютно за всеми растениями. Полина любила цветоводство и провела много времени на огороде в деревне, где смогла построить свой маленький сад. Она следила за ним тщательно, ухаживая за растениями, как за собой.

Но… были сомнения, поселившиеся, когда Полина забросила свой растущий сад на самом рассвете восхождения. Она перестала приезжать в деревню, ссылаясь на излишнюю занятость в университете, и Ольга понимала её, поэтому старалась по минимуму поддерживать состояние живых существ, чтобы не дать им умереть.

Полина училась на втором курсе университета по направлению «Литературное творчество». Она хотела бы стать переводчиком литературы, поэтому подала туда документы, напрочь игнорируя совет Ольги пойти по биологическому направлению.

И сейчас, когда Полина практически не занималась садоводством, Ольгу встревожило предложение о замещении. Дочь совсем ничего не знала в оранжерее, наведываясь туда только по важным и срочным вопросам, которые не терпели отлагательств. Чаще всего они были связаны с учёбой. Полина слишком мало проводила времени с растениями, чтобы следить за порядком в трёх корпусах.

Сомнения, сомнения, сомнения.

— Почему нет? — Полина облизала губы, опуская взгляд в стол. Она нервничала, и у неё были на то причины. — Ты же помнишь, что я хорошо умею обращаться с растениями.

— Тебе было семнадцать, когда ты в последний раз ухаживала за садом у бабушки, — Ольга поджала губы в недовольстве. Она понимала, что этот разговор может превратиться в ссору между матерью и дочерью.

Хотя Полина знала, что мама никогда не доверит ей дело всей своей жизни. Она мечтала о создании целого ботанического мира, где никому нет места, кроме неё.

Разумеется, Ольга думала, что Полина погубит её хобби.

— И что? Мам, ты знаешь, почему я перестала ездить в деревню. Сейчас у меня каникулы, и я бы с удовольствием помогла тебе, — Полина постаралась мягко улыбнуться, не обращая внимания на появившуюся в воздухе напряжённость.

— Я… Там три огромные оранжереи, милая. Ты уверена, что справишься? Георгий мог бы присмотреть за ними в моё отсутствие.

Она выглядела взволнованной и напряжённой.

Полина вдруг кивнула, соглашаясь со словами мамы.

Она не знала наверняка, что справится со всем объёмом работы, но ей было интересно попытаться сделать что-то, чтобы завоевать внимание и похвалу матери. Она и так была недовольна выбранным факультетом, а тут хороший вариант найти взаимопонимание.

— Не сомневаюсь, что твой ухажёр справится со своей работой, — фыркнула Полина, опираясь спиной на стул и складывая руки под грудью.

Ольга часто заморгала, начиная смущаться от фразы дочери. Она чувствовала себя пойманной с поличным, и ей это очень не понравилось. Она хотела бы сохранить этот секрет до более удобного случая, чтобы поговорить с Полиной как со взрослым человеком, который должен понимать, что её мать в самом расцвете лет и не должна быть одна.

— Не говори так, — сказала Ольга, делая глоток вина. — Он хороший сотрудник.

— Он хороший кавалер для похода в театр и ресторан, мам, — вздохнула Полина, прикрывая глаза. — Сколько ему лет? Тридцать? Он очень молод для старшего ассистента.

— Это тебя не касается, Полина, — отрезала Ольга, начиная буравить дочь недовольным взглядом.

— Ты могла бы рассказать мне, а не ходить на тайные свидания.

Полина случайно заметила маму в компании Георгия несколько недель назад. Они выходили из ресторана, который находился в трёх кварталах от университета.

По случайности, Полина ходила в кофейню напротив этого отнюдь не дешёвого места.

Это было самое удивительное происшествие: она решила отметить окончание сессии вместе с девочками за чашечкой кофе с вишнёвым маффином. Девушки ещё не успели добраться до кофейни — оставалось около пятидесяти метров, — как Полина заметила, что Георгий держит маму за руку, а потом и вовсе целует тыльную сторону её ладони, усаживая в свою машину.

Это казалось сюрреализмом. Глупым сном, из которого хотелось быстрее проснуться, но Полина больно щипнула себя за локоть, вздрагивая и кривя губы от боли.

Это не был сон.

Они действительно были практически той самой влюблённой парочкой, которую можно встретить на улицах города.

И ей стало почти тошно от этого.

Почему единственный близкий человек Полины скрывал от неё такие радостные новости?

Полина была бы искренне рада за маму, узнав, что в её жизни наконец появился мужчина, на которого можно опереться. Если бы узнала от неё.

Ольга всю жизнь была одна, за исключением кратковременных романов, которые не заканчивались ничем хорошим. Например, разочарованием.

Теперь, когда Полина совершенно случайно узнала об их романе, внутри оборвалась ниточка доверия. Неужели мама не могла признаться в этом? Это не страшно — любить своего помощника. И она бы ни в коем случае не стала осуждать мать за выбор. Это её жизнь, и Полина могла бы пожелать только счастья.

И крепких отношений с любящим мужчиной.

— Я ждала подходящего случая, — ответила Ольга, беря вилку с ножом в руки и продолжая вечернюю трапезу.

— Отлично. Сейчас как раз тот случай, когда тебе нужно сказать мне, что за хрень происходит между тобой и Георгием, — вспылила Полина, заслуживая неодобрительное покачивание головы.

— Подбирай выражения, милая, — Ольга оставалась бесстрастной. Она старательно пережёвывала запечённое мясо, приготовленное Полиной, вкушая аромат специй и пряностей. — У меня есть… определённые отношения с Георгием.

— И как давно у тебя есть определённые отношения с Георгием?

Полина едва не поморщилась от собственной желчи. В первую очередь она не должна была забывать, с кем говорит, — с мамой, которая подарила ей жизнь.

Но Ольга осталась спокойна, несмотря на саркастический тон дочери.

— Несколько месяцев. Может, три.

— И почему именно он?

— Не знаю. А почему нет, Полина? Он приятный молодой мужчина, с которым я чувствую себя счастливой.

— Я не против ваших отношений. Просто я хотела бы знать, почему ты держала это в секрете. Мы же договаривались с тобой, что будем рассказывать друг другу обо всём, — Полина обиженно поджала губы, вспоминая тот случай, когда мама поймала её с сигаретой в руках.

После того как Полина окончила девятый класс, она хотела уйти в техникум на кондитера. Она не видела свою жизнь в десятом классе, потом на экзаменах, после которых наступило бы время института.

Она не желала учиться в десятом и одиннадцатом классах, как наставляла матушка. Ей хотелось совершенно другой жизни: разгульной, взбалмошной и немного рискованной.

Она связалась с не очень хорошей компанией старшеклассников, где её научили правильно курить, затягиваясь в лёгкие, и пить алкоголь до состояния «глаза в разбежку».

Шестнадцатилетняя Полина превратилась в несдержанного, истеричного и отвязного подростка, над которым не было управы.

Ольга пыталась влиять на дочь только с положительной стороны, но понимала, что её слова недостаточно влиятельны для более жёсткого воспитания.

Тогда она увидела в ней характерные черты мужчины, которого когда-то любила. Отца Полины.

Их невозможно было ни с чем спутать. Да и со временем, когда Полина взрослела и преображалась, превращаясь в копию матери, она не подозревала о своём главном недостатке.

Единственное, что отличало дочь от матери, — это глаза насыщенного голубого оттенка, которые могли меняться от света или погоды. Они варьировались от тускло-серого до ярко-голубого.

Ольга искренне ненавидела этот миндалевидный разрез глаз, обрамлённый пушистыми ресницами.

Он напоминал ей дурную молодость, в которую она безответно влюбилась во взрослого (по тем меркам для неё) мужчину. Он не хотел семьи. Не хотел ребёнка. Он хотел гулять и быть свободным.

Но… появилась Полина.

— Ты же знаешь, я давно не ходила на свидания, — вдруг начала Ольга, смачивая горло вином. — Мне нужен рядом мужчина.

— Мам, я хочу, чтобы ты была счастлива, но… Ты уверена в нём?

— Да, — быстро ответила Ольга, а потом добавила, немного обдумав вопрос: — Думаю, что да.

— Тогда нам нужно будет познакомиться всем вместе, — Полина мягко улыбнулась, делая глубокий вдох. — А… Оранжерея…

— Я подумала, — Ольга покачала головой из стороны в сторону, собираясь с мыслями. — Может, тебе сходить на наши курсы? Помнишь, мы каждое лето устраиваем их для всех желающих?

— Мам? Зачем мне посещать курсы, которые я составляла вместе с тобой? — Полина выгнула бровь в недоумении.

Она не хотела становиться заложницей клуба под названием «Сады — это наше всё». Полина принимала активное участие в составлении программы, делая её достаточно разнообразной и интересной. Она знала, что сперва необходимо познакомиться с маленькими, неприхотливыми растениями, чтобы постепенно переходить к более сложным.

— Я немного преобразовала эти курсы и ввела несколько новых заданий, так что ты не всё знаешь. Тем более в этом году маленькая группа — десять человек, включая тебя.

— Мам? — не унималась Полина, не понимая, к чему клонит Ольга.

Она нервно заёрзала на стуле. Полина прищурилась, проводя влажными ладонями по коленям.

— Ты бы проводила полный рабочий день в оранжереях с пользой, Поль. Ты давно не следила за цветами. Просто… Я сомневаюсь, что тебе удастся присмотреть за моим хозяйством в полной мере. Ты была бы полезна Георгию, пока он останется вместо меня.

— Не может этого быть. Серьёзно? — воскликнула девушка, округляя глаза. — То есть мне, своей дочери и первой помощнице во всех делах, ты отказываешь, а…

Ольга подняла ладонь, останавливая словесный поток Полины, и та понятливо закрыла рот. Это было семейное правило.

Если глава семьи, в данном случае Ольга, поднимала руку, значит, остальные должны были моментально успокоиться и выслушать.

— Нет! Я не отказываю тебе, Полина! Я говорю тебе, что твоя помощь нужна не в присмотре, а в работе. Курсы помогут тебе вспомнить былое. Я была бы рада видеть тебя там.

— Мам, это безумие, — выдохнула девушка, качая головой. — Ты же знаешь, что это просто… безумно!

Она не могла подобрать слов, чтобы описать свою злость. Полина не то чтобы не хотела участвовать в программе мамы — она боялась, что это её засосёт настолько, что она пожалеет о сделанном выборе в пользу переводчика литературы. Флора была богаче и краше, чем могло показаться с первого взгляда. К ней требовался основательный и нежный подход, который был не у всех.

Но он имелся у Полины. Она словно родилась для возни с землёй.

Полина любила переводческое дело наравне с цветами, но… Она боялась.

— Подумай над моим предложением. Первый урок в понедельник, — сказала Ольга, внутренне надеясь, что дочь послушает её совет и поступит правильно.