Глава 1. Повежливее, молодой человек

– Мать, ты совсем с ума сошла! – заявил мой сын.

Макар стоял между мной и Данияром, уперев руки в бока. Словно пытался разделить нас таким образом наверняка.

О моем сумасшествии он не спрашивал, а утверждал очевидное. Очевидное для него.

– Повежливее, пожалуйста, молодой человек, – осадил его Дан.

Макар не оценил просьбу моего жениха. Сын обнаглел еще сильнее.

– Тот факт, что ты спишь с моей матерью, еще не дает тебе права тут командовать.

Дан прищурился и сжал кулаки. Я скорее схватила его за запястья и зашептала.

– Перестань, пожалуйста. Он специально.

– Он не имеет никакого права так с тобой разговаривать. Ты его мать! – ответил мне Дан.

Он не шептал, как я, а говорил, чтобы слышал Макар.

Но тот не унимался.

– Я буду с матерью разговаривать, как посчитаю нужным. Не тебе меня учить… Данияр. Что это за имя такое вообще?

Мне хотелось провалиться сквозь землю.

– Макар, прошу тебя… Что ты такое говоришь?

Дан аккуратно освободил руки и прошел к двери.

Мой сын улыбался торжествуя. Он добился своего.

Я поспешила за Даном.

– Прости, пожалуйста. Мне так жаль, – заговорила я, подавая ему ложку для обуви.

– Да, не стоило устраивать парню сюрприз, – проговорил он, обуваясь. – Хорошо, что в ресторан не пошли.

Я зажмурилась и покивала, соглашаясь.

Данияр взялся за ручку двери, а я продолжала оправдываться.

– Мне стоило его подготовить. Я не говорила, что мы встречаемся, хотя стоило. Мне ужасно жаль, Дан. Прости, бога ради.

Данияр обернулся, погладил меня по щеке и покачал головой.

– Прекрати извиняться, Марин. В том, что твой сын мне нахамил, нет твоей вины. Это его рот стоит с мылом помыть. Мне плевать, что он обо мне думает. Но ты точно не заслужила от него такого обращения.

Мне были приятны его слова, хотя я в них не верила.

Всю вину я взяла на себя и не собиралась отдавать.

– Я его мать, раз он позволяет подобный тон, это мой просчет. Я что-то упустила в воспитании.

Дан вздохнул.

– Прости мое скромное мнение, но мне кажется, ты ничего не упустила. Наоборот, слишком много на себя взвалила. Этот наглый пацан заслужил хорошую трепку.

Он не поцеловал меня, лишь пообещал:

– Увидимся на работе.

Как только Данияр закрыл дверь, я поняла, что между нами все кончено. Он человек с восточным менталитетом. Для него уважение к старшим архиважно. Если я не смогла привить сыну такую банальность, то и женой я буду никудышной.

Как только мы с Данияром перешли грани рабочих отношений, он предупредил о серьёзных намерениях. Мой босс много работал, чтобы добиться высот в карьере. Ему давно не интересны лёгкие отношения. Дан хотел семью.

Абсолютно понятно, что теперь он ее хотел не со мной.

Раздавленная своими поспешными выводами, я вернулась на кухню.

Макар, к сожалению, не спрятался в своей комнате, как обычно. Он грыз яблоко и ждал меня.

Пришлось стереть слезы и быть сильной. Снова.

Кто бы знал, как я устала быть сильной.

Но взбучку сыну я точно задолжала.

Проглотив ком, я проговорила:

– Зачем ты так, сынок?

– Я? – возмутился Макар. – Ты привела мужика в дом.

Очень хотелось орать, но я снова взяла себя в руки.

– В свой дом, Макар. Заметь.

– Заметь, я здесь тоже живу, – не сдавался сын. – На фига так делать, мама?

Я развела руками.

– Да что я сделала, Макар?

– Хочешь с ним спать, пока я живу за стенкой? Этому не бывать! Продолжайте дальше по углам жаться. Я на такое никогда не соглашусь.

Если первые грубые слова Макара я списала на аффект и удивление, то сейчас он вполне ясно выражал позицию. Причем враждебную.

Вспомнив все правила воспитания, я скорее поставила зарвавшегося пацана на место.

– Не твое дело, с кем я сплю. Мне кажется, мы говорили о личном пространстве. Я никогда не лезу в твои отношения с девушками. Будь добр, имей уважение и ко мне в этом плане.

Макар всплеснул руками.

– Это другое, мать. Ты не путай.

– Другое? Почему это?

Если я очень аккуратно формулировала мысли, то Макар недолго искал подходящие слова.

– Потому что ты старая уже. Это неприлично.

У меня аж ноги подкосились. Я села на стул и переспросила:

– Какая я?

Макар, кажется, понял, что дал маху. Он выкинул огрызок в мусор и поспешил пояснить:

– Ладно, не старая, но точно не молодая.

Тут я не сдержалась.

– Обалдеть, это разные вещи, да?

– Ты меня поняла, – огрызнулся сын.

– Вообще – нет. Мне тридцать пять, Макар.

– Ага, а не двадцать пять.

Он метко подметил, чем разозлил меня.

– Знаешь, даже матери неприлично напоминать о возрасте.

Макар и на эту манипуляцию не повелся.

– Не кокетничай. Сама прекрасно понимаешь, что спать с боссом неприлично.

– Напоминаю, что это наше с ним личное дело. Твое дело – учиться, готовиться к поступлению.

– Ты ради премии с ним? Чтобы репетиторов моих оплачивать?

Я схватилась за голову.

– Господи, Макар, откуда у тебя такие мысли в голове? Почему ты не можешь допустить, что между нами чувства?

– Потому что не верю, мама, – заорал он. – Не может быть между вами никаких чувств. Только сплошная мерзость. Все, я устал от этого разговора. Не поднимай больше эту тему. Поняла?

Не дождавшись моего ответа, сын рванул в свою комнату и плотно закрыл дверь.

Через десять минут он вихрем промчался в прихожую при полном параде.

– К Маше? – догадалась я.

Макар не ответил.

– Когда вернешься?

– Когда вернусь, тогда и вернусь , – буркнул он.

Макар завязал кроссовки и вышел вон. В прихожей стоял запах дорогого одеколона, который подарила ему Маша.

Когда сын заявил, что у него появилась девушка и он будет у нее ночевать, я была в шоке. Ему тогда только исполнилось шестнадцать.

Мне пришлось изо всех сил вдавить ногти в ладони, чтобы не наорать на него в тот день и не запереть дома, приковав к батарее.

Вместо этого я попросила дать мне время на принятие сего факта.

И ведь я приняла его.

Да, я поставила условие – знакомство с Машей и ее родителями. Они оказались состоятельной, прогрессивной семьей. Макар им нравился.

В остальные нюансы я старалась не вникать.

Личная жизнь на то и личная. Мой сын знал о гигиене физиологической близости. Своими эмоциями он со мной не делился, хотя я часто спрашивала.

Мне казалось, между нами полное взаимопонимание.

Возможно, оно и было, но только тогда, когда дело касалось Макара.

Меня его понимание в ответ не коснулось.

Остаток вечера я слонялась по дому как неприкаянная. Надежда, что Макар вернется ночевать домой, таяла с каждой минутой. Ближе к ночи я написала ему и, конечно, он ответил, что не придет сегодня.

Пришлось принять и это.

Засыпала я тяжело. Но в полночь усталость взяла свое. Я приказала себе быть сильной.

Как обычно.

Завтра меня ждет равнодушие Данияра, новый виток приколов от сына и что-нибудь еще по работе. Потому что не бывает проблем только в личной жизни. Они всегда приходят и давят по всем фронтам.

Как в воду глядела.

Глава 2. Помяни черта…

Собираясь утром на работу, я опять переживала за сына. Что он делал всю ночь?

Надеюсь, провёл ее у Маши. Надеюсь, ее родители опять уехали в путешествие и не лицезреют моего сына так часто в гостях.

Уверена, Машины родители знали, что дети по ночам не в шахматы играют. Но мне всегда было немного стыдно за половую зрелость сына.

Наверное, потому что я забеременела рано. Наслушалась в свое время от матери о похоти и безответственности.

Правда, в отличие от моей мамы своего ребенка я просветила о контрацепции, ЗППП и прочих последствиях половой жизни.

Я была уверена в Макаре, но как всегда не уверена в себе.

Приехав в офис, я вспомнила, с каким разочарованием в глазах вчера ушел Данияр.

Стоит приготовиться к разрыву отношений. Если он не порвёт со мной сегодня, то просто сведет наше общение вне работы на нет.

Лишь бы не уволил.

Дан, словно учуял меня через дверь приемной. Он вышел из кабинета и кивнул мне.

– Привет. Зайди, пожалуйста.

Я собрала счета, которые он вчера не подписал, скользнула ужом между боссом и дверью.

Разложив бумаги на его столе, я ждала с ручкой в руке.

– На оплату вчера не успели подписать, – пискнула я, стараясь не смотреть на него.

– Угу, да.

Дан пересек кабинет и сел в кресло. Он размашисто оставлял автографы там, где я указывала.

– Я вчера, кажется, перегнул, – неожиданно признался он. – Психанул из-за парня твоего. Убежал, как будто сам обиженный школьник.

Я так и замерла с подписанными бумагами в обнимку.

– Прости, что бросил тебя разбираться с ним в одиночку, – продолжил Дан.

– Нет, ничего… – Я запнулась, даже закашлялась, подавившись воздухом. – Это ведь мой сын. Я могу и должна с ним сама разобраться.

– Нет, ты не должна, Марин. Во всяком случае не в этом вопросе. Я же настоял на этом разговоре.

– Потому что я совсем завралась. И ты устал быть моим тайным любовником, – снова приписала я себе кучу преступлений.

Данияра переспорить не могла даже я.

– Я не позвонил тебе вчера, хотя должен был. Мне стыдно.

Я не вынесла его самобичевания и честно призналась.

– Я бы не сняла трубку, Дан. Вчера я решила, что мы расстались.

Он усмехнулся.

– Жесть. А что Макар? Тоже так решил?

– Понятия не имею. Он пошёл ночевать к подруге.

– Ты его не остановила?

– Не вижу смысла в этом.

Данияр осуждающе посмотрел на меня.

– Знаю, ты считаешь, что у него слишком много свободы, но я правда не хочу заставлять Макара врать мне. С таким же успехом он мог сказать, что заночует у друга. И я бы снова не возражала.

От обсуждения моих отношений с сыном нас обоих спас звонок телефона. Данияр снял трубку и окунулся с головой в рабочие вопросы.

Я забрала у него счета, вернулась к себе в кабинет.

У меня тоже было много работы, но намного приятнее трудиться, не переживая хотя бы за отношения с любимым мужчиной.

Каждый раз после ссор или малейшего недопонимания между нами я была готова к расставанию.

Мне не верилось, что Данияр увлечён мной серьёзно. Так что почти каждый день я с ним расставалась, а он сначала смеялся, потом злился, но в конце концов привык к моей неуверенности.

От кофе меня тоже отвлекли. Коллеги пошли на поклон к боссу один за другим.

Офисная жизнь закрутилась. Я очнулась вечером благодаря Дану

– Марина, ты без обеда сегодня, – напомнил он, выйдя из кабинета в приёмную.

– Как и ты, – заметила я.

Он хмыкнул и щедро предложил:

– Иди домой пораньше.

– А ты со мной?

Я знала, что он никуда не уйдёт не то что раньше, а даже вовремя. Дан обязательно снова задержится в офисе, доделывая бесконечные дела.

– Нет, мне нужно остаться.

Он выглядел сегодня совсем уставшим. Я не сдержалась и обняла его.

– Ты все равно не сделаешь все дела. Давай вместе уйдем пораньше, поужинаем. Я приготовлю курицу.

Дан простонал. Ему понравилось мое приглашение, но принять он его не мог.

– Нет. Прости. Мне правда нужно задержаться.

Я прикрыла глаза, запрещая себе расстраиваться.

– Что ж… Ладно, – проговорила я.

Дан замер и слишком долго молчал, а потом отстранился и взглянул на меня с легким укором.

– Ты ведь злишься, – угадал он.

– Нет. Не злюсь.

– Но недовольна.

– Немного.

– Я трудоголик, Марин, – признался он в стотысячный раз. – Со мной тяжело.

– Нормально. Я же тут работаю и знаю, что без тебя сразу все процессы завалятся на бок.

– Все время забываю, что ты моя помощница.

Он немного натянуто рассмеялся. Но напряжение почти рассосалось.

– Не забывай в день зарплаты, главное, – пошутила я.

Данияр тряхнул головой и неожиданно предложил:

– Давай вместе поедем в Стамбул.

Я нахмурилась

– Мы вроде и так вместе едем.

– Да, но по работе. Я хочу остаться там на пару дней, побыть с тобой.

Предложение звучало очень заманчиво, но я сразу приметила в нем недостатки.

– Коллеги и так про нас болтают, Дан. За продлённую командировку все кости перемоют за глаза.

– Ну и пусть. – Он беспечно улыбался. – Теперь хоть по делу будут мыть.

И снова за долю секунды я пережила стыд, позор, неудобство и прочие радости из-за потенциальных сплетен и пересудов.

Пережила и наплевала на них. Дан был сто раз прав. К черту. У меня такая идеальная репутация, что ее давно пора испортить.

– Да, я поеду. Спасибо, что позвал.

Данияр радостно рассмеялся и чмокнул меня в нос.

– Ну а кого мне еще звать ? Не Анну Владимировну же из бухгалтерии.

– Вряд ли она согласится делить с тобой один номер.

– Вряд ли я соглашусь. – Дан прижал ладонь к сердцу.

Я захохотала на всю контору.

Пришлось захлопнуть себе рот рукой.

Данияр покачал головой и, наверное, собирался отчитать меня за сдержанность, но его отвлек очередной звонок.

Он снял трубку и не постеснялся указать мне пальцем на дверь.

Я кивнула, соглашаясь уйти пораньше.

Коллеги неодобрительно косились, пока я шла к лифту.

Смех, короткий рабочий день, роман с боссом и перспективы провести выходные с ним на берегу Босфора. Да, меня будут ненавидеть.

Ну и плевать.

Возможно, ненавидеть меня будет не только коллектив, но и семья.

Я достала телефон и пыталась выбрать, кому позвонить: маме или сыну. Оба они точно не одобрят мою поездку с Данияром.

Муки выбора прервал звонок мобильного. Я перевела взгляд на экран, готовясь к разговору все с той же мамой или Макаром, но мне звонил… бывший.

Когда все в твоей жизни налаживается, обязательно всплывает какой-то навоз из прошлого.

Эта примета работает безотказно.

Я не хотела говорить с Сергеем, но и трусихой не была.

Вдруг он изменился…

Нет, бред какой-то.

Стоило сбросить вызов, но я до мозга костей хорошая девочка. Поэтому ответила отцу Макара.

– Алло.

– Привет, Мариша. Как дела?

Голос Сергея звучал сладкой медовой песней. Обычно он так пел, когда нуждался в моей помощи.

– Нормально дела, –  ответила я нейтрально. – Ты что-то хотел?

Сережа обиделся. Предсказуемо.

– Ну что ты сразу? Как неродная.

– Я и неродная. Забыл? Мы развелись.

– У нас сын, Мариша. Или ты тоже забыла?

– У нас. – Я презрительно фыркнула. – Это у меня сын. Ты нечасто про него вспоминаешь.

– Согласен, но вот теперь вспомнил и хочу исправиться. Удели мне полчасика ради сына.

На манипуляции чистой воды я ответила ультиматумом.

– Могу сейчас в течение часа.

Я назвала нашу станцию метро. Куда-то тащиться ради бывшего мужа у меня не было никакого желания.

– Да, я приеду. Минут за двадцать  доберусь . Я тут недалеко.

Черт, а я надеялась, что откажется.

– Кофейня? – уточнил бывший.

– Хорошо. Жду тебя.

Сергей добрался за пятнадцать минут.

Он вошёл в кофейню, и вместе с ним зашла его широкая улыбка. Можно подумать, он рад меня видеть.

Хотя, может, и рад. Почему бы и нет? Я ему рога не наставляла, жизнь не портила, сына вырастила. Конечно, он мне рад.

Такую дуру встретить – сплошное счастье и радость. Видит меня и смеется.