Пролог

– Хер тебя знает, Валера, – проворчал я, высматривая тёмную дорогу, скудно подсвеченную автомобильными фарами. Два часа ночи – не самое лучшее время для поездки.

– Ты обещал не осуждать.

– Я не осуждаю. Просто реально не знаю, как теперь ко всему относиться.

– А чего тут не знать? Тьфу. Я сам не знаю, – толстяк на соседнем сиденье вздохнул и почесал затылок. Вид он имел не то чтобы сильно расстроенный, а больше ошарашенный. Такой, словно до сих пор раздумывал над всем произошедшим.

– Потому и вывалил это мне? – иронично приподнял я бровь, коротко на него покосившись.

– Потому и вывалил.

– Ладно… – пожал я плечами, сосредоточившись на дороге. – Ладно! – ещё раз, уже громче, повторил я. – Думаю, что ты не пидор. Доволен?

– Я знаю, что я не пидор! – возмутился он. – Это был транс, понятно?!

– Это… блядь… Ты же сказал, что сосал ему. Было или нет? – тоном следователя поинтересовался я.

– Зря я тебе рассказал, – с интонацией Хагрида из старых мемов пробормотал сорокалетний мужик, мой хороший знакомый (другом, пожалуй, не назову) и коллега по работе.

– Погоди. Я не осуждаю. Ясно? – снова повторил я.

– Это случилось спонтанно, – начал оправдываться Валера. – Заметил анкету, и там он… она выглядела очень мило. – И замолчал.

– Ну? – поторопил я его.

– Мы встретились, и всё пошло… хм… немного не так, как я ожидал. А потом, уже в кровати, он сказал… она сказала, что актив, – периодически сбиваясь, поведал мой сосед. Хотя скорее повторил уже ранее рассказанное несколько другими словами.

– И вы это не обсуждали изначально? Валера, ну ёбаный в рот!..

– Даже не думай, понял? – погрозил он мне пальцем.

– Всё! Я умываю руки.

На некоторое время салон «Хёндая» погрузился в тишину. И боже мой, лучше бы эта тишина продолжалась на протяжении всей оставшейся поездки!

– Он был маленький, как у девки, – внезапно произнёс Валера, выделив интонацией слово «он», отчего моя рука невольно крутанула руль, едва не уведя тачку в кювет.

– У девок нет члена, Валера. Даже маленького! – с толикой возмущения ответил я. – Ух, ладно… я ничего не имею против. Захотелось так захотелось… – пожал я плечами.

– Так в том-то и фишка, что ничего не случилось! – обиженно добавил приятель. – Сосал я, а не он, в жопу присунуть хотел мне тоже он, а когда я воспротивился, сказал: «Просто подрочи себе».

Подавив вздох, я, чтобы как-то отвлечься, посмотрел на индикатор топлива, а потом достал сухую тряпочку и бессмысленно поводил ею по приборной панели.

– И ты ему заплатил, – после непродолжительной паузы заметил я.

– Пятнадцать штук, – кивнул сосед.

– За двадцать минут сосания вялого.

– Это была не худшая трата в моей жизни.

– Верю. Но, несомненно, ты рассчитывал на иное.

– Конечно! Пиздец. Мне обидно было. Ну… – покрутил он рукой, – сервиса никакого, как в стране третьего мира, в конце-то концов. И у него были волосы на ногах.

– Мы договорились без подробностей, – поморщился я. – Мой нежный желудок такого не выдержит.

– Под колготками не видно было, но когда я погладил, то сам охерел.

– Валера, твою мать, ты меня слышишь или нет? Я не хочу знать деталей! – рявкнул я.

– Ты, бля, хер, что ли, ни разу не видел? Чего ведёшь себя как институтка из благородных девиц?

– Про институток лучше молчи, – приподнял я палец. – Это не я снял транса за пятнадцать штук.

– Тьфу. Все порно смотрели. Все дрочили. Все видели чёрные шланги через экран. Это – норма.

– Одно дело видеть, а другое – отождествлять, – сурово взглянул я на него. – Я, знаешь ли, когда залипаю на порно, то упор делаю на женщине, а мужик идёт фоном, как цвет постельного белья. Мне на него плевать точно так же, как на то, где проходит процесс или какая погода за окном – ежели его там, на видео, видно. Догоняешь? – вновь сосредоточился я на дороге. – Одно не равно другому. И когда я сталкиваюсь с порнухой, то эти мелочи – последнее, что мне интересно. Я пришёл за конкретикой, которая исходит от сиюминутного желания. Потому что наш сраный мир, Валера, давно превратился в рекламную площадку, а что привлекает внимание больше, чем секс? Поэтому постеры пестрят красотками, а реклама любой компьютерной игрушки – девушками, чьи формы заставляют слюну капать на экран. И когда такая красавица вытягивает ножку, то я после трейлера ищу порно с похожей девушкой, чьи ножки оказываются точно в прицеле камеры. Когда я смотрю серию нового сериала, где к герою пристаёт шикарная рыжуха с огроменными сиськами, я фильтрую запрос по цвету волос и размеру груди. И так работает всё. ВСЁ! Но иной раз бывает и так, что вместо того, чтобы смотреть на разных шаболд, я, как и ты, захожу на сайты и высматриваю анкеты. Иногда, в процессе, особенно когда попадаются не слишком интересные или откровенно посредственные варианты, я плюю на это. Потеря времени, которого у меня и так нет! Созвон, душ, дорога, потом ещё и подождать попросят, а там ещё и отменится всё, или под видом красавицы из анкеты меня встретит жирный крокодил – куча факторов, которые осложняют жизнь нормальному мужику. Мне нужна мотивация, чтобы на это пойти. Однако, когда совпадают все факторы… Скажем, вижу ту новую стажёрку на работе, чья обтянутая юбкой задница весь день маячит перед моим лицом, то когда я еду домой, стоя в пробке, решаю – чисто для интереса – чекнуть один сайт, находя там похожий типаж… О, тогда я уже готов и собран. Я уже в машине, я уже разгорячён. Тогда я готов сделать всё здесь и сейчас. И тогда я оказываюсь там – с ней. Видишь лестницу прогресса, Валера? Как одно исходит из другого? Видишь, как всё идёт в моём случае? Ты же, друг мой, рассказываешь совершенно иную схему, которую мне трудно сопоставить с собой. Я не могу представить, что меня бы возбудил чужой член, причём до такой степени, что я полез бы даже не дрочить, а искать трансуху, а потом херачить к ней на другой конец города, отдав пятнадцать штук, даже не выяснив программу и роли. Это грёбаный пиздец! Единственное, что я сейчас могу тебе сказать: судьба подала тебе знак. Нечего менять вареник на подкопчёную колбаску. Тем более изменять Светке. Если бы у меня такая жена была, я бы с неё не слазил как минимум неделю. Сука! Да как она такого кабана вообще полюбила?

– Это в тебе возбуждение говорит?

– Здравый смысл, – выплюнул я эти слова, плавно поворачивая на перекрёстке. Всё, теперь следующие сто километров по прямой…

– Знаешь, иной раз я бы Светку даром кому-то отдал, – пожаловался он. – Если бы кто-то взял и если бы она к этому «кому-то» ушла.

– Ну, иначе ты не полез бы на тот сайт, – фыркнул я.

– Не полез бы. И денег жалко.

– Чего обратно не попросил? Раз всего двадцать минут было, даже не час.

– Херня. Не стал, и всё, – насупился мой сосед. – Да и не отдали бы их мне. А оно мне надо, разборки устраивать? Плюс она всё время на телефоне была: звонки, переписки. Мне в рот давала, а сама болтала с кем-то. Не, ну прям сцена из порно-фильма!

– Ага, а ты в роли секретарши босса.

– Иди на хер.

Вновь повисло молчание. Салон авто пах дешёвой ёлочкой. Я потыкал пальцем в радио, начав искать станции, которые, как и мобильная связь, плохо ловили на этом участке пути.

– Но новенькая стажёрка и правда хороша, – влез Валера, когда я добился от радио каких-то более-менее осмысленных звуков.

– Угу, – коротко буркнул я.

– Не отвлекайся, давай я настрою, – предложил он здравое дело, на что я, секунду подумав, кивнул и сосредоточился на руле. Шоссе было прямым, но это не означало отсутствие проблем. Например, выбоин в асфальте, рассыпанной щебёнки, внезапно притаившейся во тьме машины без фар или иной херни. Например, коровы. Ага. Изредка бывает и так, если пастух из ближайшей деревни не уследит за стадом. Рогатая паскуда может встать посреди шоссе и тупо пялиться на приближающееся свечение фар.

– Чего ты вообще о ней вспомнил? – поддержал я беседу. Лучше уж о стажёрке Насте, чем снова про трансов.

– Не ты ли говорил, что сам о ней периодически вспоминаешь? – хмыкнул он.

– Она выглядит как порно-звезда, – слабо улыбнулся я.

– Во-во… хотя порно-звёзды сейчас создают ощущение совсем обычных девчонок. – Шум от радио усилился. Я ведь почти настроил его, а теперь одни помехи!

– Ну, не все, – заспорил я.

– Не все, – согласился он. – Но многие. Ни сисек, ни рожи.

– Так выбирай кого получше! – поучительно ответил я.

– Много понимаешь. Сейчас весь интернет заполнили темы… кхм… Какое видео ни откроешь, оно тут как тут…

– О чём ты? Чего замолчал? – покосился я на него и застывшие пальцы. Валера почесал второй подбородок и пожал плечами.

– Да один этот… инцест, во.

Я рассмеялся.

– Вот ты ржёшь, а меня это как-то коробит, – проворчал сосед. – Каждая порно-модель теперь пытается создать антураж «сестрёнки». Меня этот типаж натурально бесит. Вот скажи, ты бы мог заняться сексом с сестрой?

– Вопрос на миллион, Валера. Я даже не удивлён, услышав его от тебя. Что будет дальше? Брат-транс? А потом предложение заехать в придорожный мотель?

– Чисто гипотетически, друг мой.

– Вестимо, гипотетически. Ты видел свою сестру? – ехидно хмыкнул я.

– Не, я не про свою, – отмахнулся он, забив на радио. – Она с детства была уродлива.

– Жирная, как ёбаный дракон. Нет, морж. С усами.

– Может, она его сожрала? – покосился он в окно.

– Это тебя надо спрашивать. «Широкая кость» у вас в почёте. Обоих.

– Говорю же, сейчас это «в трендах», – Валера сделал кавычки пальцами. – Каждое сраное порно обзаводится пометочкой «сестра». Застряла, напилась, уснула, накосячила… тысячи их. Итог? Извратам нравится, но я ведь не изврат.

– Ты-то? Коне-е-ечно, – ехидно протянул я, на что сосед раздражённо на меня покосился. – Ладно, – вздохнул я, а потом задумался. – Ну-у… сам посуди, красивая девчонка живёт с тобой рядом, зачастую спите в одной комнате, причём в возрасте с двенадцати до восемнадцати – это прям лютый триггер, особенно если погодки или близко к ним. Людям, у которых нет настоящих сестёр, такое охренеть как заходит.

– Тему-то не меняй.

– Я к ней подвожу! Вот ты, Валера…

– Уже сказал: Машка не подходит. Она излишне мужеподобна. Фу, – гаркнул он.

– Как-то же она заполучила этого… – щёлкнул я пальцами.

– Женю, – подсказал сосед.

– Ага-ага. Его. И ничего.

– Он алкаш и кретин, – добавил Валера.

– И ни-че-го, – по слогам повторил я.

– Пф-ф…

– Хер знает, Валера, не буду сразу отказываться, – всё-таки вернулся я к теме. – Ты ведь подумай: я уже человек взрослый, умею себя в руках держать. Да появись тут эта… Меган Фокс или Марго Робби без трусов и начни ко мне приставать, я бы и то задумался: надо оно мне? А ты говоришь – сестра! Ха-ха.

– Но? – приподнял он бровь.

– В детстве – не знаю, – откровенно ответил я. – У меня тогда «дымилось» от любого чиха, сам знаешь.

– Придурок, что ли? Откуда же я знаю, что там у тебя дымилось, – ухмыльнулся он.

– По аналогии с собой, – улыбнулся я.

– Значит, завалил бы? – спустя несколько секунд спросил приятель. – Красивая пьяненькая сестрёнка пришла домой после выпускного, родителей нет, и она такая вся…

– Сестра она в первую очередь, пусть и «такая вся», – язвительно прервал я его. – Понимаешь, у большинства родственников, по идее, есть некий внутренний ограничитель, который всё возбуждение перебивает. Не знаю, как сказать, но не будь его, то все братья с сёстрами трахались бы, как кролики. Ан нет, ничего подобного не заметно. Ну, за редким исключением, – покрутил я рукой. – Поэтому все фантазии подобного толка идут скорее не о сестре, а о… не знаю, соседке, сожительнице, которая находится рядом и доступна.

– «Сожительница», тьфу. Так и тянет новостная сводка: «Получила шесть ударов ножом в пьяной драке», – раздражённо скривился он.

– Такой вот забавный выверт мозга, Валера, – не дал я сбить себя с толку. – И если бы у меня была сестра, скорее всего, я бы даже и не думал о том, чтобы попытаться её завалить. И она бы – аналогично. Ежели, конечно, в мозгах бы чего не закоротило. Тогда всякое возможно, но речь ведь не о девиациях, а о стандартной ситуёвине.

– Хер знает, – буркнул тот. – У меня в детстве тётя была… ну и сейчас есть, – поправился он. – Не суть. В общем, она была всего на несколько лет меня старше, и когда приезжала, я прям взгляд оторвать не мог.

– И что было? – покосился я на него.

– Ничего.

– А чего так?

– А чего я мог? – Валера приподнял брови. – Она замужем была, да и… стрёмно как-то.

– Вот и ещё один ограничитель: «Стрёмно как-то».

– Хуйня получается, – шмыгнул он, а потом достал из кармана засаленный платок, поводив по усатой морде.

– Почему?

– Отчего тогда на это так люто дрочат? – с толикой праведного возмущения поинтересовался сосед.

– А никто не задумывается, – хмыкнул я. – Инстинкты отключают мозг, а как кончишь, становится не до анализов какой-то там порнухи. Кому, блядь, оно уже надо, если дело сделано?

– Твоя правда. Ладно, хватит о порнухе.

– Привстал? – гоготнул я.

– Заебался, – отрезал он и снова полез к радио. Спустя пять минут пыхтения в салоне начала звучать музыка. Какая-то безголосая певичка завывала под фонограмму, причём с такими сопутствующими эффектами, что реального голоса там, похоже, не было вообще. Бóльшая часть слов даже не разбиралась, а остаток был сраным миксом английских и русских с добавлением сленга.

Ох… признаю, иногда такое может нравиться. Помню, встречался с молоденькой студенткой, она обожала всю эту херню, сказав мне, что главное – ритм, а на слова насрать. Но мне хотелось не только этого… Точнее – иногда хотелось не только этого.

Что поделать, я ровесник Валеры, взрослый сорокалетний мужик, привыкший к другой музыке.

– Я тут на днях заменил диван, – произнёс мой сосед, приоткрыв окно и сплюнув.

– Да? А чего так? Скрипеть начал? – поддержал я тему скорее по инерции.

– Не, ничего такого.

– Тогда зачем?

– В смысле – зачем? Я не могу просто так заменить свой диван?

– Мне интересна причина, раз ты сам поднял эту тему, Валера, – проворчал я. – Зачем вообще заменяют вещи? Потому что старая пришла в негодность.

– Или вышла новая версия, – поправил он меня.

– И какую же версию дивана я пропустил? – усмехнулся я. – У него откидывается сидушка, под которой прячется ночной горшок? А может, в него встроена щекоталка жопы?

– Бля, кончай, а?

– Ладно, просто объясни. Зачем менять диван? Он не скрипел, это я понял, тогда что с ним не так? В нём завелись клопы? Любимая тётушка уронила на него лазанью? Твоя жена привела на него любовника?

– Я поменял, потому что захотел, ясно? – огрызнулся он. – Мне не требуется для этого повод.

– То есть ты полностью поддерживаешь современную тенденцию постоянного потребления, – закивал я. – Больше жрать, хотя брюхо вываливается из штанов, каждый год менять тачку, каждые полгода – телефон. И всё ускорять и ускорять этот темп. Темп жизни, Валера, – прищёлкнул я языком. – Знаешь, сколько я не менял свою кухню? Никогда, мать твою. Ни-ког-да. Потому что оно мне на хуй не упало. Потому что меня устраивает там ровным счётом всё. И когда последняя женщина начала капать мне на мозг по этому поводу, то была отправлена за дверь этим же вечером.

– Погоди, а в чём прикол жить со старой кухней? – удивился он.

– Что значит «в чём прикол»? Какой тут должен быть прикол? – процедил я.

– Вот и я не понимаю. Какой? – Валера развёл руками. – У тебя есть деньги, я знаю это. Так почему бы не потратить их на то, что практично и будет выглядеть красиво?

– Мы возвращаемся к теории бесконтрольного потребления. Я без каких-либо проблем куплю новый телек, если старый наебнётся с кронштейна и обнажит внутренний мир. Но! На хера обновлять его просто так? И ладно телек, можно придумать причину. Что там несут эти говорящие головы из рекламы? Новый цвет, который вы не видите, но ощущаете подсознательно. Новый звук, который вы не слышите, но ощущаете подсознательно, ха-ха! А знаешь, что ещё ощущается подсознательно? Наёбка. Плевать. Предположим. Но зачем менять диван?

– Я захотел увидеть в своей квартире что-то новенькое.

– Как насчёт новой жены? Всё равно изменяешь.

– Это другое. И у нас дети, – возразил он.

– Ну да, ну да, – криво усмехнулся я. – Твои деньги получают маркетологи, Валера, впаривая тебе новое говно вместо старого говна. И не только тебе, кстати говоря. Потому что в эту дыру с песнями и плясками мчится весь мир. И ни один сукин сын не остановится и не напряжёт пивные извилины, пытаясь понять: на хера оно ему надо?

– Кроме тебя, да? – глумливо пробормотал сосед.

– Ссать против ветра, дружище, круто только на словах, потому что в реале именно ты будешь стоять в моче.

– Я чего-то не догоняю…

– Оно и заметно.

– Если ты купишь рюкзак, с которым будешь ходить каждый день и который истреплется… – начал он подходить ко мне с другой стороны.