Глава 1.

Летний вечер в деревне начинался, как всегда спокойно. Наталья Петровна удобно устроилась у окна, чтобы наблюдать за своим внуком Димкой. Она уже надавала ему заданий, что в огороде сделать, выдала рукавицы для сбора крыжовника, повязала ему на голову свой тёмно-синий хлопковый платок и приглядывала.

Взяла ложку вишневого варенья с прошлого года из вазочки, с наслаждением запила его чаем.

– Их тыть, народу набежало у Лизкиной родни! – спустя минуту и еще пару ложек варенья воскликнула Наталья Петровна. Второпях начала застёгивать кофту, чтобы выйти поздороваться, да заодно разузнать кто приехал, что за гости. – Елизавета Михайловна там, в центре! Все собрались! Чай жених невесту привез? Ну-ка поглядим!

За окном и Вера Николаевна уже торопливой походкой приближалась к толпе, выскочившей из трёх машин.

– Все. Опоздала! – расстроилась Наталья Петровна и съела еще пару ложек варенья. – Сейчас она первая узнает, а потом будет ходить, хвастаться. Димка, бедный, уже в крыжовник залез. … А что это он? Никак прячется? Вот поросёнок!

В столь дивное летнее время гости в переулок приезжали, но нечасто. Димка спрятался от них, присел в колючих кустах и сделал вид, что его там нет.

– Дима!! Димуся! А ну-ка иди сюда! – услышала она крик соседки Веры, – Ты чего там? Иди скорее, смотри, какая невеста приехала!

Димка прятался, как мог, но от Веры Николаевны не скрыться. Он поднялся и снял рабочие варежки, покраснев, как помидор.

– Эх ты, Димка, какой нарядный! – Вера Николаевна захихикала, – Телогрейку то сыми, тут невеста, какая!

Дима не убежал, он вышел, снимая на ходу телогрейку с бабушкиным платком на голове.

Все взрослые вместе с детьми собрались и весело посматривали на него, и Катька, конечно, с волосами до пояса пушистыми, кудрявыми. И смуглая Наринэ – дочка Мишки и его красавицы черноглазой жены Лены. Туда же Томочка, маленькая до сих пор, будто не выросла за лето, хотя уже в седьмой класс перешла, как и Димка. С ними рядом Лёха рыжий, моргал своими девичьими рыжеватыми ресницами.

А еще там была незнакомка. Неизвестно чья девчонка была так хороша, что у Димки челюсть свело, и он не смог рот захлопнуть.

На ногах у девчонки были золотистые сандалии с завязками, а на голове хвост, в котором сверкали камни драгоценные.

Лёха лупил на девчонку глаза, моргал, а потом посмотрел на Димку и сказал:

– Явился, не запылился. Диман, ты что это… бабулей в платочке притворяешься?!

Девочка повернулась, и, вместо того, чтобы захлопнуть челюсть, Димку повело, как бычка, которого загипнотизировали.

Он медленно свалился кулем на собственную телогрейку, которую уронил чуть раньше.

Самое интересное, что всё это выглядело настолько комично, как будто он специально сценку разыгрывает из спектакля. А Виталий Степанович, сосед, конечно, снимал сей процесс на телефон, потому, что просто всегда всё подряд снимал. Ему было делать нечего.

Тут же отправил в интернет Димкино падение и написал: «Девчонка ушатала парнишку одним молниеносным взглядом в район сплетения. Молодца!»

Очнулся Димка от холодной воды, которую плеснула бабушка в лицо, причитая непонятные термины, а потом снова увидел сиё чудо.

– Он притворяется, – сказало чудо, – Так не падают в обморок! Смешной мальчик.

От её улыбки Дима чуть повторно не свалился, было бы куда.

Потом покраснел, как рак, которого только опустили в кипяток, и начал подниматься с густой, но короткой травы.

Косынка сбилась на бок, и показались Димкины блестящие густые волосы, которые мать берегла и всё время контролировала стрижку, чтобы много не срезали.

«Илона, Илона, Илона» – со всех сторон заголосили.

– Илоночка, это Димочка. – сказала бабушка Наташа. – Вот и познакомились. Дим, а ну… скажи что-нибудь. Дима, быстро говори, а то мне валериану заваривать придется.

– А ты на всё лето приехала? – спросил Дима противным шепелявым голосом, потому, что у него пересохло во рту.

Неземное создание самое красивое на свете повернулось и кинуло равнодушно:

– Не знаю я! Меня первый раз так сплавляют родаки!

– А с нами пойдешь на речку? – спросила Томочка. – Димка хороший, он просто нас хотел рассмешить.

Девочка тут же крикнула:

– Мам!! А ты мне купальник взяла? Тут на речку хотят!

Димка решил сбежать по тихому. Но попался в объятья Веры Николаевны, которая его подхватила и начала причитать:

– Наташа, Наташка ты посмотри, да он горит весь. Заболел, точно! Всё ты со своей малиной, нельзя малину и воду из ручья… Димушка, пойдём к бабе Вере, я тебя уложу, молоком с маслом напою… Мы с тобой поиграем в ту игру, где рыцарь бегает и сокровища собирает. Не надо тебе на речку!…

Дима покосился на девочку.

Она улыбалась.

– Играть любишь? – спросила девочка. – А какая игра? Дим, как она называется?

– Дьябло! – важно сказала Вера Николаевна и обняла Диму снова. – Дьябло два!

– Классная игра… Я тоже хочу. Меня Илона зовут, ну если ты не слышал.

Димка стоял, не произнося ни словечка, будто не его спрашивали.

Он никогда не видел, чтобы кожа у человека светилась, как изнутри, и такие волшебные глаза смотрели, как небо утреннее с травкой, а щеки, как закат под облаками красный, и брови еще вразлёт. Хоть картины рисуй.

Голубые глаза вдруг повеселели и еще сильней позеленели. Девочка подошла к Димке, похлопала его по плечу.

Показались аккуратные зубки, и он услышал смех.

– По-моему он, правда, притворяется! – сказала Илона и снова засмеялась, – Это чтобы тебя работать в огороде не заставили, да? – услышал он задорный шепот и чуть не повалился на бабушку Веру от неожиданности. – Я видела, как ты там в перчатках в кустах шарился! Так что, поиграем как-нибудь? Или я посмотрю?

– Не стоит тебе с ним… Илона, – сказал Лёха и дернул плечом.

– Да, Илон. Димка только со старшими нормальный, а так… Он с нами не водится, только торгует. Ему только деньги нужны! А вон им бесплатно всё отдает. И в огороде копается постоянно, то у одной бабки, то у второй. И у Светловой копался… Жуков у неё собирать ходил, она не видит их…

Илона посмотрела на Димку с любопытством. Но вдруг неожиданно пожала плечами и сказала:

– Ну и что? Помогает бабушкам. А может ему нравится. … Так что? На речку идёшь?

Димка поплыл. Эта чудесная чудо-девочка заступилась за него и на речку позвала!

Он понял, что еще немного и всё, конец ему наступит, окаянному. Поэтому развернулся и пошел к дому, волоча непослушные ноги.

Илона же не стала провожать его взглядом, она забежала вперед и расставила руки:

– Ку-у-уда!!! Я тебя не отпускала!!!

Димка в растерянности широко раскрыл свои глаза и попятился, а потом сел и глупо закрыл лицо руками.

– Дима… Ты не притворялся… Тебе, правда, плохо? – услышал он её голос и чуть не признался чуду, что свет не видывал такой красоты. И в классе у него никогда не было подобного чуда.

Димку пора была спасать. Как только эта девчонка оказывалась рядом, он совершенно не соображал, что ей говорить и как молчать.

Бабушка Вера ничего не понимала, она всё щупала его голову, а родная баба Наташа крикнула, как спасатель:

– Дима, а ну домой! Никаких речек, никаких гульбищ, ты еще навоз не распределил! И никаких игр, пока крыжовник не соберешь и хвостики ему с двух сторон не почикаешь! Но сначала навоз!

Илона отшатнулась от Димки, как будто он был весь в навозе. Его это и спасло. А то бы опозорился при всех и сказал бы лишнее словечко с глупым видом. О её красоте неописуемой.

Димка был жутко благодарен этому навозу. Он даже смог встать и, пошатываясь пойти к своей калитке.

«Вот кто принес эту Илону? Колдунья, не иначе», – думал он. И шел домой измученный за несколько минут, побеждённый стрелой в прямо в сердце.

«Совсем свела с ума, как теперь на улицу выходить?» – думал он рассеянно.

Пока Димка отдыхал, отходил и пил предложенный чай от бабушки, все собирались на речку.

«Вот это да!» – думал Димка. – «Еще не хватало на речку с ними. Я тогда точно попадусь, поймёт, что понравилась. Надо что-то делать. Неужели она на всё лето приехала? Хотя осталось два месяца… Как вот теперь жить?»

Илона там где-то засмеялась, и её смех отозвался в душе бедного Димки. Сразу привиделись цветы и её щеки с румянцем утренней зари.

– Я никуда не пойду никогда! – испугался Димка, у которого заколотилось сердце, и залпом выпил чай. Он решил подобрать варежки и пойти в колючий крыжовник, когда они все уйдут.

Но молодёжь собралась в кучу и никак не уходила.

Вдруг позади него пушистые кусты сирени раздвинулись. Димка допил две капли чая и обреченно уставился в кружку. Кто-то приближался.

– Дим, ты чего, а? – спросила Катька и тронула его за плечо. – Может тебе чаю с малиной?

– У меня припадок. Мышиная лихорадка, Кать, – грустно сказал Димка и поднял голову.

На него глядели хитрые Катькины глаза.

– Мы… мышиная? Это как?

– Вот так. Ел я, значит, картошку жареную с грибами. А там..

Димка еще не придумал, что там, но Катька сама догадалась:

– Мышиный … хвост? Дим, ты чего, правда, что ли?

– Нет, Кать. Там не мышиный хвост … – Дима не выдержал, улыбнулся, – Там лапка. … Две лапки. Наш Пушок ел, и, видно не доел. Или мне принес. Я заболел. Не подходи.

– А почему твоя бабушка такая спокойная, если ты заболел? – с улыбкой спросила Катька и погладила Диму по голове. – Бедный. Дим, а мама твоя мальчика народит или девочку?

– Сестру.

– Ой, Илона идёт к твоей бабе Вере! Играть, наверное, в компьютер! Ненормальная какая-то, да?

Дима выпрямился и заглянул осторожно. Забор между соседскими домами был высокий, но не сплошной. Там лаз сделали для того, чтобы Димка мог в детстве беспрепятственно ходить в гости к любимой «бабе Вее».

Он тут же спрятался, услышав знакомый голос:

– Илоночка! А ну! Ну, иди сюда, иди, не бойся, у меня собаки нет, да и я, чай, не кусаюсь.

– Ага, не кусается! Еще как она кусается, – шепнула Катька, которую часто отчитывала Вера Николаевна за безделье.

Димка оторопел. Неужели теперь Илона будет в любое время ходить к Вере Николаевне, играть вместо него? Целых два месяца, да еще под его именем! А баба Вера всё про Димку в детстве расскажет! Она любит болтать, все разговоры сводятся к нему, к Димке, бедному!

– Надо её остановить! – невольно произнес Дима вслух.

– Кого ты хочешь остановить? Илону?

Он испуганно вздохнул:

– Чего???! Еще чего!!

Катька присела рядом и шепнула: