Пролог

В звёздной системе Андромеды Империя котопротеан находится на пике своего развития, покорив практически всю обитаемую галактику и освоив технологии межзвёздного перелёта с помощью инновационных варп-двигателей. Экипаж разведывательного судна «Муррабль-238» получает секретное задание от Галактического Совета Империи: им необходимо отправиться к планете Земля в Солнечной Системе и выяснить, что случилось с котопротеанами, посланными когда-то давно для колонизации.

Знакомство с экипажем разведывательного судна «Муррабль-238»:

●

Капитан-коммандер Мяури — гордый офицер, чёрный мейн-кун с хорошей родословной.

●

Старпом и рулевой-навигатор Муркинс — весёлый рыжий кот, не особо соблюдающий дисциплину на корабле.

●

Инженер Кисуткин — саркастичный ветеран флота, серо-белый упитанный кот.

●

Доктор Коштанция — элегантная и умная белая кошка, бортовой врач в медицинском блоке.

●

(Позже) энсин Кис-Кис — новый младший офицер отдела связи, маленький чёрный котопротеанин с белыми пятнами.

Приказ Империи

Великая Империя котопротеан находилась в своём расцвете. Золотой век развития сверхтехнологий и эра настоящих межзвёздных путешествий. Тотальная колонизация новых миров и звёздных систем шла полным ходом и с каждым годом набирала обороты.

За последние четыре столетия флот Империи прошёл через два рукава галактики, основал сотни колоний и открыл столько звёздных систем, что даже в Главном Архиве уже начали путаться в названиях, придумывая всё более изощрённую систему нумерации и каталогизации. В академии Звёздного Флота говорили, что дальнейшая экспансия лишь вопрос времени и развития инновационных технологий стабилизации топлива для новых варп-двигателей.

Но даже у великой Империи оставались ещё неисследованные места на карте галактики. Тёмные, древние, опасные или давно забытые.

Одним из таких была маленькая система на окраине спирального рукава Ориона. Жёлтая, не очень яркая, не самая большая и горячая звезда с восемью планетами, обозначенная на старых галактических картах как Сол-3. Система как система. Звезда как звезда. Ничего необычного за исключением одного…

Когда-то давно туда отправилась научная экспедиция котопротеан. Но в процессе что-то пошло не так, связь с колонистами прервалась, а потом корабль и вовсе исчез со всех навигационных радаров. Будто бы испарился.

И больше об этой котим Богом — Мурркотом, забытой системе никто и не вспоминал. В Главном Архиве её признали не предназначенной для колонизации: полезных ресурсов на её планетах великий Мурркот наплакал, посланная экспедиция и вовсе пропала. Перспективы почти нулевые. И до сегодняшнего дня о Сол-3 никто и не вспоминал.

Разведывательный звездолёт, класса «перехватчик» — «Муррабль-238» находился на орбите снабженческой станции «Мяуталас» в системе Андромеды. Небольшой корабль в составе регулярного боевого подразделения, но славился он своей скоростью, надёжностью и одним из самых дисциплинированных экипажей во всём Звёздном Флоте. По крайней мере, так было написано в официальных документах.

В рубке управления на своём капитанском кресле сидел капитан-коммандер Мяури.

Чёрный кот королевской породы мейн-кун с густой гривой и холодными синими глазами. Даже сидя он выглядел крупнее большинства котопротеан. На его форме блестели знаки боевых заслуг — свидетельства победных кампаний в Пыльной туманности, в секторе Карру и на границе с пиратскими кланами Псоглавых.

Псоглавые — враждебная котопротеанам раса антропоморфных собак. Вшивые шавки, возомнившие себя равным котопротеанам! РАВНЫМ! Неслыханная дерзость! Гордо назвавшиеся свободными покорителями звёзд, а на деле — грязные и блохастые пираты! Мурркот их задери! Столкновения были неизбежны. Ни те ни другие уступать не хотели, но Империя пока побеждала Королевство Псоглавых. Её флот был больше, быстрее и вооружён самыми совершенными кораблями.

Капитан внимательно смотрел на голографическую карту галактики, медленно и недовольно водя кончиком хвоста по панели управления, просматривая последние новостные сводки, логи состояния корабля и мониторинг экипажа.

Рядом, в кресле навигатора, лежал вниз головой старший помощник Муркинс.

Рыжий кот, немного худой, с вечно растрёпанной шерстью и выражением морды-лица, которое офицеры Академии Флота обычно называли «тревожным признаком нарушения дисциплины».

Он пытался поймать лапой красную точку лазерного указателя, бегающую по навигационному дисплею перед ним.

— Старпом?! — обратился к нему капитан, замечая, неподобающее поведение первого помощника и рулевого-навигатора.

Муркинс не отрывался от точки, периодически резко ударяя по ней лапой, отчего показатели навигации «Муррабля-238» на центральной консоли всё время прыгали и менялись.

— Да, капитан-коммандер?! — живо отозвался Муркинс.

— Это навигационный интерфейс и панель управления судном, а не ваша домашняя игрушка, старпом Муркинс.

— Я знаю, сэр.

— И? — недовольно заметил капитан Мяури, надеясь, что у Муркинса имеется достойное объяснение своему поведению.

— Я проверяю точность системы наведения, калибрую прицел нашей правой фотонной пушки, сэр!

Капитан медленно повернул голову к креслу старпома, внимательно осматривая его критически недовольным взглядом.

— Вы проверяете её лапой, гоняя лазерный целеуказатель вхолостую...

— Так и есть! Это самый надёжный метод, капитан-коммандер, — без тени сомнения в собственных действиях ответил Муркинс, продолжая смотреть на панель вниз головой, наполовину свисая со своего рабочего кресла.

В этот момент из технического отсека в полу высунулась довольная морда инженера Кисуткина.

Упитанный серый кот с подпалёнными усами выглядел так, словно видел слишком много космоса и слишком мало отпуска, а форма технического отдела, неуютно сидевшая на его пышной фигуре, переживала не лучшие времена. Во-первых, Кисуткин, что греха таить, регулярно злоупотреблял пищевым пайком (в том числе и молоком за вредность), принимая его чаще положенного. Во-вторых, на форме веером разноцветной палитры сияли пятна от всех возможных и невозможных технических жидкостей корабля. Бывалый космический саблезуб, летал на этом судне дольше всех остальных. Он знал «Муррабль-238» вдоль и поперёк и был в состоянии устранить практически любую неполадку.

Инженер окинул рубку усталым взглядом.

— Если он сейчас проверяет систему наведения, — заметил Кисуткин, — то я великий адмирал Звёздного Флота.

— Завидуешь, старик, так и скажешь, — парировал Муркинс.

— Я завидую только тишине и курсу, проложенному без ошибок, — ответил ему инженер, качая головой и недовольно подёргивая хвостом, явно осуждая действия старпома.

Выразив своё негодование, Кисуткин снова исчез в люке. Под командной рубкой управления располагалась операторская серверная или техотдел, откуда инженер мог наблюдать за техническим состоянием корабля и оценивать критически важные показатели всех его систем.

Капитан устало вздохнул, появилось дикое желание лизнуть свою лапу и таким образом успокоить нервы, но Мяури знал, что не станет этого делать у всех на виду. Капитан — пример для подражания, и личное пусть остаётся личным. Негоже капитану-коммандеру и флотскому офицеру вот так просто без зазрения совести вылизывать себя.

Муркинс, наконец, поймал красную точку и довольно выпрямился на кресле, усевшись, как подобает пилоту-навигатору его уровня и звания. Вот, так бы всегда.

— Видите? Система работает.

— Надо же! Удивительно, — сухо отозвался Мяури.

В этот момент по рубке прокатился мягкий звон, возвещающий о входящем вызове на панели связи. Сигнал подавали «Бубенцы», так на Флоте называли систему межзвёздной связи по направленному лучу. Место по левую руку от капитана пока пустовало. Штатного связиста у них, увы, пока не было, а капитан-коммандер временно исполнял обязанности и офицера по связи. Прошлый офицер связи энсин Мяуткин в прошлом году стал одним из победителей рейтинга вязки и выбрал семью, вместо флота.

Капитан уже несколько раз забывал отправить во флотскую канцелярию запрос на подбор офицера на этот пост. Мысленно поставив себе задачу, сделать пометку в рабочем расписании и всё же найти время на составление запроса и просмотр резюме потенциальных членов экипажа, капитан-коммандер устало вздохнул и принял вызов, выводя его на громкую связь с головной панели управления.

Система межзвёздной связи активировалась, и в центре рубки возникла голограмма герба Империи котопротеан — большой серебристый прямоугольник в народе — просто «Великий Дом из углекартона» с изображением голографической рыбы на передней грани.

Муркинс мгновенно сел ровно, вытягиваясь, как натянутая струна.

Капитан поправил фуражку и приготовился к появлению изображения из командного центра прямо на главном экране перед собой. Он был собран и готов к сеансу связи.

— Перехватчик разведсудно «Муррабль-238», Звёздный Флот котопротеан. Капитан-коммандер Мяури на связи.

Перед ними появился представитель Галактического Совета — пожилой серебристый кот с тяжёлым взглядом больших жёлтых глаз. Мяури ожидал увидеть адмирала Кошатринса — своего непосредственного начальника и великого флотоводца, что заведовал миссиями всех развездкораблей в составе Флота. Но седошёрстный старец — советник Мяурини… технически стоит выше адмирала и обладает большими полномочиями в Империи, как один из трёх действующих членов Совета. Что-то явно случилось, раз Мяурини связывается с их кораблём в обход флота и лично Кошатринса.

— Капитан-коммандер Мяури, — поздоровался бархатным тоном советник. — Вам поручается специальная миссия, — без лишних предисловий начал Мяурини.

Капитан слегка склонил голову, выражая готовность, внимать каждому слову советника Империи.

— Советник, — почтительно поприветствовал его Мяури. — Я готов исполнить свой долг, — спокойно подчеркнул капитан-коммандер, глядя в немигающие глаза советника.

Голографическая карта, выведенная на экран поверх изображения Мяурини, внезапно изменилась. Большая часть известных секторов галактики исчезла, приближая очень малый и далёкий квадрант, а затем сужаясь до одной крошечной звёздной системы в рукаве Ориона. Следом на экране появилась жёлтая звезда — светило местной системы.

— Это Сол-3.

Муркинс со своего места тихонько мяукнул. Навигатор, знакомый с большинством известных и подконтрольных Империи секторов не мог не удивиться такой диковинной находке.

— Великий Мурркот… Разве она не… заброшенная? И необитаемая… — поразился старпом.

— Именно, — подтвердил представитель совета. — Официально необитаемая, но…

Советник на мгновение стих, обводя присутствующих тяжёлым взглядом, словно ещё раз решая, а стоит ли ему продолжать и доверять тайну государственной важности этому экипажу. И не заметив в них признаков нерешительности или мимолётного страха, он продолжил:

— Двести лет назад в эту систему была направлена научно-исследовательская экспедиция для предварительной колонизации. Наши учёные отправились туда на корабле вашего типа с другим бортовым опознавательным номером — «Муррабль-235».

Капитан Мяури нахмурился, его внутреннее чутьё не предвещало им ничего хорошего в ближайшем будущем.

— Я помню этот проект… но… — Мяури не успел озвучить детали, услышанные им когда-то в кулуарах флотской канцелярии от сослуживцев.

— Да, капитан, вы всё правильно припоминаете… связь с тем кораблём была потеряна вскоре после его прибытия в точку назначения.

Муркинс снова протяжно присвистнул и задал советнику очевидный вопрос:

— И, мяу, с тех пор туда никто не летал?

— Система считалась малозначительной для возможной колонизации, мяу. А корабль признали без вести пропавшим, поиски экспедиции не увенчались успехом, — пояснил советник.

Кисуткин снова высунул свою пушистую голову из люка, капитан метнул на него раздражённый взгляд, но инженер, как будто его не заметил и абсолютно непринужденно бросил:

— Значит, теперь стала значительной! Мяу! — и снова исчез в своей обители датчиков и приборов.

Советник с жаром продолжил:

— Псоглавые наступают, они теснят наши корабли! А нам нужны новые форпосты, даже в самых отдалённых системах, чтобы отогнать их от наших границ. Капитан, на вас вся надежда Империи и вы сейчас ближе всего к Сол-3.

Мяури с тихим рыком устало выдохнул, будто ощущал, что вся бравая речь советника была лишь для неуместной агитации, а правду, Мурркот знает зачем, Мяурини не договаривал. Или пока не хотел говорить, но капитан уже не первый год выполнял самые опасные поручения Звёздного Флота и Совета, чтобы не знать о таком своенравии. Они вечно утаивали детали, а ему потом разгребать!

— Советник, вы что-то засекли дальними сканерами в системе Сол-3, верно? Вы бы не связались именно с нашим кораблём, не будь у вас весомых оснований для запроса. Говорите уже, — прищурив глаза и недовольно махнув массивным хвостом по сидению, грозно потребовал капитан-коммандер Мяури.

— От вас ничего, мур-р-р, не утаить… Да, верно… дальние сканеры станции Орион-4 зафиксировали там аномальную активность.

На экране вспыхнули несколько сигналов иммерсионной системы оповещения, и тут же высветились нужны диаграммы.

— Были обнаружены возможные признаки высокоразвитой цивилизации, как видите, — советник поделился с экипажем, полученными ранее данными, поняв, что скрывать истинные мотивы миссии от капитана-коммандера Мяури и его команды не получиться.

Капитан слегка прищурился, чтобы лучше рассмотреть диаграммы и выводы учёных Империи о возможности существования жизни на планетах системы Сол-3. Его огромные уши с кисточками на концах торчком взметнулись вверх, нервно подрагивая.

— На какой из планет была обнаружена самая мощная сигнатура высокоразвитой цивилизации? — Мяури вгляделся в бело-голубой шар с большими вкраплениями зелёно-бурой суши. — Это именно она?

— Мурр-р, да. Третья планета от местного светила. В древних текстах она была названа «Землекотия», но планетологи сократили название до просто «Земля» для упрощения технической документации.

— Земля, значит… и какова наша задача, советник?

Старый серый мудрец, распушил свой хвост, а его уши, дрогнув, встали торчком точь-в-точь как у Мяури, он внимательно посмотрел прямо на капитана.

— Ваша задача — проверить наличие жизни и выяснить судьбу потерянной экспедиции. Однако действовать придётся тайно… некоторые штабные офицеры Флота не поддержали мою инициативу.

— И что вы предлагаете нам говорить адмиралу Кошатринсу?

— Официально — я отправляю ваш корабль и экипаж в отпуск, а как вы его проводите, это уже дело десятое.

— Что нам делать в случае обнаружения колонии на планете, мяу? — уточнил Мяури.

— Конечно, восстановить контакт с нашими соплеменниками, — пояснил советник.

Капитан Мяури коротко кивнул. Зачем спорить? Отказаться от миссии он не может, попахивает подковёрными интригами в борьбе за влияние между советниками и офицерами Звёздного Флота, но он капитан-коммандер разведсудна, и он обязан исследовать галактику во имя Империи и смело идти туда, где ещё не ступала лапа ни одного котопротеанина. Пусть грызутся в своих кабинетах, а он лучше полетит туда, где его ждут настоящие приключения.

— Приказ понятен и принят, советник, — капитан-коммандер Мяури поднял лапу и отдал советнику честь.

— Связь со штабом будет поддерживаться через стандартный канал межсистемной передачи.

Муркинс прошептал себе под нос:

— Через… мурр-р… «Бубенцы»…

Советник кивнул.

— Доклады каждые двадцать четыре часа. Успехов и удачи, капитан-коммандер! Буду ждать от вас хороших вестей.

Голограмма советника Мяурини исчезла, будто его и вовсе не было здесь секунду назад.

В рубке на короткое мгновение воцарилась мрачная тишина, но Муркинс внезапно сполз на сиденье, снова распластавшись на нём вниз головой, как любой уважающий себя котопротеанин.

— Ну что ж, паршивое дело, капитан…

— Почему вы так думаете, Муркинс?

Он повернулся к капитану и, перекатившись на живот, заговорил: