Тот фрагмент Тени, что был подкреплен не только общественным мнением, но также усилен индивидуальной историей, становится своего рода автономной программой, не подчиняющейся Сознанию и плюющей с высокой колокольни на жалкие потуги Эго, играющего в «Царя горы».