Три дня чтения в подарок
Зарегистрируйтесь и читайте бесплатно

Рецензии и отзывы на Убить Бобрыкина. История одного убийства

Читайте в приложениях:
348 уже добавило
Оценка читателей
3.54
Написать рецензию
  • Im_not_here
    Im_not_here
    Оценка:
    14

    Не очень подходит то описание, у этой книги, которое указано на сайте, потому что по нему невозможно ничего понять. Как сказал, один из пользователей на флибусте: «да ну на..., я не верю». Не могу согласиться с этим пользователем, потому что я верю этой книге, но вот ее описанию, не совсем. Я читал великого и ужасного Венечку Ерофеева, и к счастью или к сожалению, такое вряд ли возможно повторить. Но эту книгу, я выбрал не из-за описания, и неделю назад, совсем не знал этого автора. Решение прочесть «Убить Бобрыкина» у меня вызвало, то что эта книга оказалось в числе шести финалистов «Русского Букера». Признаюсь, я уже больше года не равнодушен к этой премии, в ней собраны на мой взгляд действительно лучшие произведения на русском языке за год. И попадают в эту премию, романы, некоторые из которых, даже не были опубликованы в книжных издательствах, а всего лишь в журналах. И только вдумайтесь, это похоже на ошеломляющую невероятность, но выбирают претендентов библиотекари, те люди, которые живут с книгами, у которых нет явной цензуры, что можно отправлять на эту премию, а что нельзя. И эти самые библиотекари, отправляют не свои произведения, они целый год читают русские новые романы, и отправляют только тот, который больше всех остальных, запал в душу. Потом из этих романов, выбирают длинный список, но выбирают уже писатели, те самые, что участвовали в этой премии, или побеждали в ней. Это система работает на все 100%. Я не могу сказать, что всех финалистов этой премии, можно читать с удовольствием и дочитывать до конца, но среди них попадаются явные жемчужины русской литературы, которые при другом раскладе, могут остаться навсегда в истории русской классики. И самое удивительное, что эти романы вы не найдете, ни в одном другом списке. Они блистают только в Русском Букере. А поразительнее всего, что порой кажется, что мне, молодому парню из Ташкента, эта премия вызывает интерес больше, чем у большинства пользователей сети. И я объясню почему… Самой популярный русскоязычный сайт для выбора книг, это лайвлиб, в этом нет ничего нового, он первый в гугле и в нем больше всего пользователей. Интересное замечание я сделал, еще в прошлом году, когда пытался найти финалистов этой премии, среди подборок книг на этом сайте, я был уверен, что у такой громкой и престижной премии, будет как минимум несколько подборок с разными дизайнами. И у меня вызвало большое удивление, когда я нашел только одну подборку, которая внезапно перестала обновляться больше четырех лет назад. И я конечно недолго думаю, создал собственный сборник, где обновил всех финалистов и лауреатов до этого года. Ведь всего 5 дней назад, был объявлен короткий список Русского Букера 2017 года. Второе открытие, это то, что финалистов этой премии можно найти, но для этого нужно изрядно повозиться. Например роман «Свидание с Квазимодо», напомню вам, что в том году Мелихов, был очень близок к победе с своим романом – «И нет им воздаяния»; я нашел только в Pdf формате, на сайте журнального зала, и мне пришлось самому сделать распознавание текста, и удалять атрибуты pdf файла с каждой страницы. Для того, чтобы прочесть непосредственно роман «Убить Бобрыкина», мне пришлось найти сайт, где этот роман был выставлен в 8 частях и онлайн формате. Собрать все это в fb2 файл, добавить обложку и залить на флибусту. Чтобы другому интересующемуся, было уже проще и приятнее читать. Если это какой-нибудь новый роман Пелевина, то достать его можно уже через несколько дней в идеальном виде, а чтобы прочесть финалиста такой крутой премии, как Русский Букер, нужно тщательно поискать.
    Хватит вступления, хватит про премию, теперь про хорошее, точнее про роман «Убить Бобрыкины». Самое удивительное в этом романе, это его форма, которая очень близка к стихам, к поэме, пьесе, да да, возможно это больная тема, но я снова вижу здесь отличную пьесу. Хотя роман не написан стихами, иногда он наоборот, даже не пытается соблюсти простую рифму. Но порой при чтении одного из диалогов, ты ловишь себя на мысли, что останавливаться нельзя, пока не дочитаешь его до конца, так как он ускоряется, набирает темп и напоминает песню. Пока все не разрушается о суровую реальность, которой в этом романе достаточно. Главные герои живут воспоминаниями и мечтами, они поддерживают инфантильности друг друга, чтобы сбежать от реальности, которая их не устраивает. Пока это не заканчивается для всех страшной «греческой трагедией». Но конечно «Убить Бобрыкина» это роман, в первую очередь про взаимоотношения тираничной матери и замкнутого в себе мальчика, да, именно мальчика, он так и не сможет повзрослеть, хотя его возлюбленная, уже успеет выйти замуж за ненавистного им обоим Бобрыкина, и родить для него девочку. Этот роман больше всего хочется сравнить, не с Венечкой, а скорее с романом «Похороните меня за плинтусом», только здесь больше накала, здесь уже нету борьбы матери и сына; мать уже давно победила, и на протяжении всего романа нам кажется, что она его сломала его с детства, однако окончательный надлом будет совершен в конце романа, после которого уже ничего нельзя будет исправить.
    Для меня этот роман, как горькая пилюля правды, после прочтения, ты понимаешь, что не стоит себя вести как герои этого романа, признаюсь, в какие-то моменты, я примерял на себя личины этих героев, и даже иногда сопереживал им, ведь если этого в произведении искусства нет, то тогда для МЕНЯ, это бесполезное произведение. После романа «Убить Бобрыкина» хочется менять свою жизнь, начать действовать и двигаться дальше. Хватит постоянно зацикливаться на прошлом, забывая о настоящем и придумывая будущее. Живи и не убивай Бобрыкина))
    На мой взгляд, это сильное произведение, но вряд ли оно колоритнее Заххока. Из 6 финалистов я прочел только троих и пока я ставлю на то, что победит в этом году роман «Заххок» Владимира Медведева.

    Читать полностью
  • Irena_Harms
    Irena_Harms
    Оценка:
    4

    Я не считаю себя чересчур сентиментальным человеком, и уж точно не западаю на слезливые мелодрамы. Но читая роман "Убить Бобрыкина", мне приходилось время от времени откладывать книгу, часто-часто моргать и проглатывать тугой ком в горле, чтоб прийти в себя. Александра Николаенко - не только мастер поэтического слова (да, хотя роман написан в прозе), но и внимательный, тонкий психолог и большой человеколюб. Много любви.

    В украинском языке есть выразительное слово - "божевільний" (сумасшедший), дословно - "свободный, освобожденный богом". Но, как мы видим из книги, далеко не всегда душевный разлад - это внутренняя свобода; возможно, теснее и нет ничего, чем узкая черепная коробка, чем клетка из ребер, в которой бьется запертая живая человеческая душа.
    Ну, а теперь по порядку.

    Название

    Я давно и много слышала о романе "Убить Бобрыкина", но прочитала - совсем недавно, буквально за неделю до вручения автору премии "Русский Букер 2017".
    К сожалению, иногда сужу "по одежке", и что-то отталкивающее было для меня в названии романа - такое провинциальное, грязно-детективное, мелкое (конечно, в процессе чтения становится понятен весь смысл этой "угрозы" убийством ), даже фамилия - Бобрыкин - звучит брыкливо, почти ругательно .
    То ли дело Шишин...

    Главный герой

    Щемит в душе от одного только звучания имени главного героя - Саша Шишин ("Шишкин лес" - так иногда называет его ненавистный одноклассник - и правда, в имени слышен шелест, неутихающий шум).

    С первых строк главный герой вызывает то ли жалость, то ли нежность, сострадание, чуткое понимание. Или, может, только я таким вижу Шишина, хрупким, беззащитным внешне, растерянным - внутри? Вижу, как дети смеются и пинают ногами его синий мешок со сменкой, как приглашают поиграть в прятки и разбегаются, оставив одного... Как в страшном сне Бобрыкин безжалостно трясет, мнет Шишина и вытряхивает жалкое содержимое его карманов ("ключи и мелочь, стеклышко зеленое, дверная ручка, соль, сахар, спички, фольги кусок..."). Как строгая и суеверная мать лишает ребенка вкусного сервелата в постные дни, как ругает за рассыпанную соль и цедит в чашку разбавленный компот, жалея ягод.

    Что-то невыносимо знакомое, близкое... Может быть, я вижу в Шишине себя? Узнаю своего прежнего внутреннего ребенка, никак не взрослеющего, обиженного на всех, никем не понятого, "сворачивающегося в запятую" в страхе, в туманном осознании своей беспомощности, слабости перед большим и враждебным миром?
    Александра Николаенко говорила, что написала роман о Человеке, значит, почти о каждом человеке, о каждом из нас.

    Другие персонажи

    Как раз незадолго до прочтения романа я стала свидетелем малопримечательной городской сцены - в троллейбус вошли двое, мать и взрослый сын. Каждый, наверное, видел такие неразлучные пары: мать - рано постаревшая, седая, изможденная, с лицом, выражающим скорбь и безнадежное отчаяние, и сын - в противоположность ей гладкий и круглолицый, румяный, с безмятежно детскими чертами лица и невразумительной речью, почти лепетом...
    И мне подумалось: все тяготы судьбы мать тянет на себе за них двоих, и проживает двойную жизнь - собственную и слабоумного сына, и даже на ее внешности поставлен отпечаток судьбы.

    Александра Николанко талантливо показала, как переживают, мыслят, беспокоятся, страдают оба - и юродивый сын, и мать.
    Потому я не испытывала предсказуемого отвращения к матери Шишина, несмотря на такие описания:

    "Мать была седая, длинная как палка, сердитая, в халате сером, беззубая. Из тапок торчали дырки пальцев с не стриженными желтыми ногтями."

    Даже чрезмерная, доходящая до абсурда религиозность матери, предубеждения, вера в вещие сны и бытовые приметы, откровенная глупость и мракобесие, злобность и жадность - все эти черты, искусно изображенные Александрой Николаенко, вызывают жалость и снисхождение. Да, эта женщина подавляет, уничтожает, делает несчастным сына, но не преднамеренно - она, разумеется, желает родному ребенку блага. И скупые, грязные слезы на ее морщинистом лице мы видим неоднократно.

    "– Сынок… послушай… Меня послушай, я плохого не желаю, не скажу…
    Он вздрогнул. Мучительно, не понимая, с ужасом смотрел на мать, она вертела руки, рукава крутила, закутанная в шаль, безумная старуха, по щекам, как ржавчина из кухонного крана, слезы… Слезы мутные текли.
    – Ах, бедный, бедный мой хороший… – и, опустившись рядом, тронула по голове…"

    Что же до Тани и Бобрыкина, то они, как второстепенные персонажи, показаны несколько расплывчато и невыразительно.
    Бобрыкин-ребенок - нахал, шутник и забияка, против которого дружат неразлучные Саша и Таня. Бобрыкин-взрослый - импозантный, хорошо одетый и уверенный в себе мужчина, который за язвительным словечком в карман не полезет.

    "...красивый Бобрыкин ненавистный, в лоснящейся бобровой шапке, белозубый, чернобровый, в широком шарфе, небрежно брошенном за спину"

    Таня-ребенок - взбалмошная, но добрая и чуткая девочка, единственный друг застенчивого, даже затурканного Саши. Он просто не мог не полюбить ее всей душой. Таня-взрослая - сдержанная и отстраненная соседка, замужняя женщина и мать. И если сначала ее романтические письма, адресованные Шишину, несколько сбивают с толку, то в конце она ясно дает нам понять:

    "– А я люблю его.
    – Кого… его?
    – Бобрыкина, кого!
    – Как это любишь…?
    – Так. Люблю, и все."

    Мир произведения

    Мир произведения - маленький, суженый до жилого дома, до квартиры, за окнами которой - привычный двор, дорога, гаражи.

    "Сжигает солнце тень, а к вечеру так тихо во дворе, что кажется звонок велосипедный чудом, и солнце поселилось в стареньком саду"

    Мир, скукоженный до болезненного, искаженного сознания Саши Шишина, шаткий, неустойчивый мир, покоящийся на "четырех слонах" - скорбные причитания и нравоучения матери, нежные письма Тани, серость и беспросветность быта, ненависть к Бобрыкину, а "слоны", в свою очередь, опираются на "черепаху" - несчастную, неразделенную детскую любовь.

    Сюжет

    Среди самый частых и обоснованных нареканий в адрес романа - его бессюжетность, или, вернее, своеобразная зацикленность.
    Произведение состоит из 49 глав, которые как деревянные бусинки нанизаны на нить повествования, их можно перебирать одну за другой или читать в произвольном порядке - по сути, каждая из них самостоятельна, каждая - как новый куплет долгой, заунывно-тоскливой песни.

    Современный читатель, как мне кажется, избалован острыми и оригинальными сюжетами, как кинозритель - спецэффектами экшенов, он берет в руки книгу, ожидая нетривиальной завязки, вовлекающей в прочтение, интриги и нарастания напряжения, впечатляющей развязки.
    Роман Александры Николаенко не только не заигрывает с искушенным читателем, а порой даже издевается над ним, снова и снова, глава за главой показывая одно и то же жутковатое, тоскливое, жалкое бытие персонажей, только чуть-чуть с другого ракурса.

    Саша Шишин томится детской несбывшейся любовью, смотрит в окно, комкает в уме воспоминание за воспоминанием, тайком нюхает земляничное мыло, которым пахнет Таня, читает и пишет письмо за письмом, видит страшные сны, выслушивает монотонные предостережения и проклятия матери, но больше всего - страдает от тягостного молчания Тани, которая давно уже вышла замуж и родила дочь, а еще - ненавидит ее мужа, Бобрыкина.
    Все это мы видим в каждой главе...

    Все это мы видим в настоящей жизни - за редким исключением бытие "маленького человека" не содержит крутых поворотов и головокружительных перемен. День за днем, год за годом со скрипом и стоном крутится одно и тоже колесо.

    "И стало, Саша, так. И вечер был, и было утро. И рай был на земле. И человек был в нем, в нетлении бессмертным, для вечного бытья. "В нетлении бессмертным" - думал он, не очень веря матери, что все не тлело"

    Неужели можно было сократить, сжать этот сюжет? Нет, это было бы сродни самоубийству ("Удавлюсь" - подумал Шишин" в первой главе) или, в конце концов, к осуществлению изначально задуманного главным героем убийства ненавистного Бобрыкина ("Убей его, любимый, милый мой хороший! Убей Бобрыкина! Убей его, убей!") и матери ("– Убью тебя сейчас. – Убей, – сказала мать")

    Но кульминация романа настолько размыта, что позволяет предположить несколько вариантов финала, и один из них, вероятный - все так и остается в жизни Шишина, как было, без явных изменений.

    "А вверх по лестнице с газетой поднимался Бобрыкин ненавистный. А вниз по лестнице спускалась мать с ведром."

    Форма

    Пожалуй, самое "вкусное" в произведении - это великолепный напевный слог, образность, благодаря которой даже уродливые, банальные детали пейзажей и интерьеров видятся красивыми, как сквозь изумрудное бутылочное стеклышко.
    Это редкая, устаревшая разговорная речь, такая уместная, как точные и выверенные штрихи на затейливом рисунке.
    Это непривычный для прозы ритм, местами неровный, тем самым скрадывающий швы между реальностью и воображением, ритм, который так гипнотизирует читателя, что просто невозможно оторваться от чтения.

    Шишин сделал шаг и тут же отступил на шаг, остановившись за спиной ее, чтоб так не пахло близко от волос густых и светлых полем, кленвой осенней, яблоневым садом, летом золотым, корой еловой, листиком у липовой ракушки, сережками ольхи, и кожаным окладом «Оливера Твиста», мороженным за десять в размокшем вафельном стакане, кексом в пудре, пальцами в смоле и одуванчиковым медом. От ослепительной полоски ее крахмального воротничка и узеньких лопаток, крест-накрест стянутых коричневыми крылышками платья на булавке. От плеч ее, от россыпи веснушек, сбегавших с носа по щеке, от теплого дыханья, которое нельзя было поймать и спрятать в узенький карман нелепого пиджачного костюма. От губ, в которых прятался смешок, и глаз, в которых прыгали светлинки; от уголка ресниц и жилки у виска, и завитка, свернувшегося с ухом… Чтобы не щекотало у щеки, не обжигало жаром, пугливым, странным, тайным, внутри не щекотало, не звенело, не прыгало так оглушительно и звонко так-тик-так…
    Читать полностью
  • Оценка:
    У автора проблемы с русским языком, особенно с 'тся', 'ться'. Ладно бы ещё прямая речь, но и авторский текст с такими же ошибками. Сама книга необычная, что-то вроде записок сумасшедшего, хотя под конец начинает утомлять бесконечными перечислениями. Конец романа пришлось перечитывать несколько раз, но эта недосказанность так и осталась. Очень жаль

Другие книги подборки ««Русский Букер»: все лауреаты»