© Блик А., текст, 2024

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2024

* * *

Пролог

– Как ты пос-смела, паршивка, войти в мой дом?

Я замерла, в ужасе глядя на висящее прямо в воздухе существо. Существо же? Я понятия не имела, как правильно назвать то, что я видела. Скорее всего, передо мной была голограмма. Я была в этом почти уверена. Потому что сквозь это висящее в воздухе нечто чётко прослеживались контуры стены. А из всех полупрозрачных вещей я знала только голограммы, медуз и… призраков.

Но призраков не существует. Не существует ведь?

– Ну? Язык проглотила? Тогда готовься к гибели! У-у!!!

Голограмма угрожающе приблизилась. Я, в свою очередь, всхлипнула и попятилась, уткнувшись спиной в дверь.

Ледяная поверхность отрезвила. И заодно напомнила, что на улице мороз, снег и метель. А на мне – только лёгкие джинсы, туфли-лодочки и блузка. Хорошо, хоть ветровку накинула. И не поддалась уговорам подруги, настаивавшей на открытом платье. Мол, на таком событии, как вручение дипломов, надо быть нарядной. Вот посмотрела бы я на неё сейчас, в минус пятнадцать.

Конечно, мои соображения на тот момент были куда менее экстремальными. Я всего лишь рассчитывала как следует отпраздновать окончание учёбы с друзьями. Возможно, мы бы полезли на крышу. А в платье это делать категорически неудобно.

Но имеем что имеем.

– В последний раз предупреждаю. Убирайся сейчас же! – выкрикнула голограмма, и со всех сторон послышался стук и скрежет, окончательно ввергая в панику. И я бы сбежала. Совершенно точно бы сбежала, если бы было куда.

Но бежать было некуда.

Перед тем как забраться в мрачного вида домик, я не менее часа блуждала по улицам горного городка, и никто, совершенно никто, не согласился пустить меня в дом. Пожалуй, в тщетности попыток я убедилась, когда в очередном доме меня не только отказались пустить внутрь, но и окатили ледяной водой с пожеланием:

– Сгинь, умертвие!

Судя по контексту, вода была святой. Но это понимание совершенно не грело. Наоборот, тонкая ветровка моментально застыла, прилипнув к телу. Остальная одежда тоже успела задубеть. Рыжие волосы покрылись инеем и выглядели почти седыми.

Так что если уйду – замёрзну насмерть. Точно. На фоне этого даже голограмма не выглядела такой уж опасной. Тем более что, возможно, это всё же медуза.

Лучше уж медуза, чем призрак. Потому что призраков я боюсь. Даже несмотря на то, что их не существует.

– Д-добрый день, – пробормотала я. Зубы стучали. Не то от холода, не то от страха – тут и не разберёшь. – Позвольте мне п-переночевать?

Призрак замер. Или всё-таки медуза? Замер и опустился на пол, выражая явное недоумение.

– Ты… Хочешь остаться здесь?

Сейчас я наконец смогла рассмотреть полупрозрачную фигурку. Передо мной была девочка лет десяти-двенадцати. С длинными белоснежными косами и в белой сорочке до пола. Она разглядывала меня со смесью растерянности и странной надежды.

А я вдруг вспомнила, что призраки – это не только страшные монстры. Это ещё и неупокоенные души людей. По крайней мере, так писали во всяких мистических статьях в интернете. Да и в книгах по мистике – что уж скрывать. В детстве я довольно плотно увлекалась всем необъяснимым. С тяжёлой руки старших братьев.

Так вот. Призраки – это души. А души – это всё-таки моя специальность.

Перехватив покрепче сумку, в которой лежал новенький диплом психолога, а заодно стопка старых конспектов и пара методичек, я постаралась как можно более искренне улыбнуться девушке.

– Я бы очень хотела остаться здесь, – сказала доверительно. – И с удовольствием пообщалась бы с тобой. Если ты не против, конечно.

Поджилки тряслись. Но внешне я старалась выражать спокойствие. Профессионал я или где? В конце концов, девушка не виновата, что я боюсь призраков. Она такая, какая есть. А мои эмоции – это мои эмоции. Её они трогать никак не должны.

– Ну так что? – поторопила я. Ещё и потому, что от холода не чувствовала пальцев. Надеюсь, в доме найдётся во что завернуться. Или печь. Лучше бы нашлось и то и другое.

– Да, конечно, – заворожённо проговорила девушка. Всё-таки ей скорее двенадцать. – Я бы тоже с тобой пообщалась.

– Прекрасно! – Я расплылась в улыбке. Очень кривой улыбке. Потому что губы онемели. Да и страшно по-прежнему было ого-го как. Но одно я знала точно: лучше неведомая опасность в виде призрака, чем верная смерть от обморожения. – Тогда давай знакомиться. Я Дина. Дина Ларина.

– А я Айрис. Айрис Грин. – Она отзеркалила мою недоулыбку и отступила в сторону, пропуская в дом.

Я с благодарностью кивнула и прошла мимо призрака. Стараясь при этом не сильно шарахаться.

Что ж. Я понятия не имела, что именно со мной произошло и как я из середины лета угодила прямиком в разгар зимы… Но согласие на диалог со стороны юного призрака можно было смело считать первой победой.

Глава 1

Проснулась от холода. И ещё от того, что всё тело нещадно затекло.

Как я вообще вчера добралась до дома? Судя по всему, получение дипломов мы отметили даже слишком хорошо. Иначе как объяснить, что мне всю ночь снились кошмары? Что-то про холодный тёмный город, метель и заброшенный дом. В котором ждало самое настоящее привидение. С которым я половину ночи вела беседы, пытаясь наладить первичный контакт.

Да уж, доучилась до того, что сеансы консультирования по ночам снятся. Срочно в отпуск! Вот сейчас выспимся, соберёмся – и рванём с ребятами на море, как и договаривались.

Я сладко потянулась… И с удивлением поняла, что холод никуда не делся. Я всё так же мёрзла. А в свете странных снов открывать глаза стало неожиданно страшно. Жаль, что мнение моё тут никого не интересовало.

– Дина Ларина, ты проснулась? – послышался приглушённый детский голосок. – Будем проводить сеанс?

– Сеанс чего? – обречённо прохрипела я, уже зная ответ.

– Психотерапии! – авторитетно заявила Айрис, и я со стоном открыла глаза.

Увы, это был не сон. Я действительно лежала на ледяном полу, завернувшись в груду отсыревших одеял, в том самом доме. А вчера я действительно проводила первый в жизни сеанс с подростком. Хотя вот вопрос: можно ли его считать консультационным или же он всё-таки спиритический?

– Давай вечером, – попросила я. – Мне бы найти что поесть и во что переодеться.

– О, с этим я тебе помогу! – обрадовалась девушка. – Вылезай скорее!

Тяжело вздохнув, я заставила себя откинуть покрывала и выбраться наружу.

И тут же со всех сторон набросился мороз, ощутимо кусая за щёки и напоминая, что кругом вообще-то зима, а дом, пусть и оказался вполне крепким, но всё равно центрального отопления не имел. А дров не имела уже я. И вот что мне с этим делать?

– Одежду можно найти в той комнате, – прощебетала Айрис, направляясь к небольшой двери, которую я ночью не заметила. При свете дня девочка не светилась и выглядела почти прозрачной. Какое уж тут зловещее привидение… Максимум симпатяга Каспер из старого мультика.

– Ну ты там идёшь? – поторопила меня полупрозрачная собеседница, высовывая голову из проёма.

– Иду, – отозвалась со вздохом, выбирая одеяло потолще, чтобы в него завернуться. В доме было слишком холодно для тонкой ветровки. Поэтому в соседнюю комнату я направилась, лишь превратив себя в некое подобие шавермы. Зато тепло.

– Вот, смотри! – С гордостью продемонстрировала Айрис.

– Сундук, – констатировала я.

– Внутри одежда, – фыркнула девочка. – Ну же, доставай скорее, одевайся и пошли. Чем быстрее поешь, тем быстрее займёмся психотерапией!

Я глухо застонала. Девочка застыла в своём возрасте, и ей было откровенно скучно без компании. Ни тебе подружек, ни нарядов, ни даже разговоров. Насколько я поняла из нашей беседы, местные её даже не видели толком. Только слышали, да и то не всегда. Лишь когда пытались войти в дом. Но они давно уже не пытались.

А тут такая возможность! Почему бы не поиграть в психолога, правда?

Проблема в том, что при всём при этом девочка мне открываться совершенно не спешила. Игнорировала прямые вопросы, избегала серьёзных тем и вообще отказывалась отвечать. Как будто всё у неё было лучше некуда. Вот только очевидно же, что это не так. И пока я проваливалась как специалист, не в силах найти общий язык с пациентом.

Отринув грустные мысли, я подняла крышку сундука. Внутри лежали вещи. Платья, сорочки… И – о счастье – пальто. С виду очень тёплое, подбитое бурым мехом и безумно уютное.

С радостным вскриком я потянулась к одежде… Как вдруг крышка сундука рухнула, едва не оттяпав мне пальцы. В полнейшем шоке я обернулась к девочке, которая сейчас была мрачнее тучи. Хмурый взгляд застыл на крышке сундука, а кончики пальцев подрагивали. Словно опомнившись, она отдёрнула прозрачную руку от крышки.

– Прости, – проговорила она безэмоционально. – Я подожду снаружи. Ты одевайся. И… Когда закончишь, выберем тебе другое имя.

– Что не так с моим именем? – хмуро поинтересовалась я, возвращаясь в… Ну, пусть будет, в гостиную. Исходя из той логики, что комната с сундуком очевидно была спальней. И кровать там тоже имелась, даже две. Удобные. С матрасами.

Какого чёрта я тогда спала на полу?

– Таких имён не бывает, – бодро отозвалась Айрис. Она уже пришла в себя, словно и не было той вспышки ярости несколько минут назад. – Если скажешь, что ты Дина Ларина, все сразу догадаются, что ты из другого мира. Тебе нужно что-то более… – Она пощёлкала пальцами. – Нормальное, понимаешь? Чтобы как у всех.

– А как у всех? – заинтересовалась я.

– Ну, скажем, не Дина, а Диана. А вместо Ларина – Лорейн. Или…

Её взгляд остановился на рассыпавшихся по полу конспектах. Я ночью падение сумки отметила, но собирать сил не было. Спохватившись, я опустилась на корточки и начала складывать тетради, а Айрис подлетела ближе.

– Вот же, отличные фамилии, – обрадовалась она. – Вот, например, Эйнсворт – прямо как у нашего графа. А ты можешь взять вот эту.

Полупрозрачный пальчик уверенно ткнулся в раскрытую страницу.

– Фрейд? – не поверила я. – Ты предлагаешь мне взять имя Диана Фрейд?

– А почему нет? – удивилась девчушка. – Нет, Лорейн тоже неплохо. Но просто, – она понизила голос, словно нас могли подслушать, – в конце улицы живёт одна девчонка, Рози Лорейн – её родители владеют трактиром. Она меня вечно дразнила. Так что уж лучше Фрейд.

Я хмыкнула. Ну Фрейд так Фрейд. Мне не жалко. Да и вряд ли здесь, куда я попала, хоть кто-то знает про основателя психоанализа. Так что никого я этим точно не оскорблю.

– Хорошо, – кивнула я. – Тогда буду представляться как Диана Фрейд. – Дождалась важного кивка. – А теперь насчёт второго вопроса…

– Это какого? – озадачилась Айрис.

– Это того, где мне надо поесть, – вздохнула я. – К сожалению, иначе рискую совсем замёрзнуть.

– О, точно! У меня же есть еда!

Айрис полетела к выходу из дома. Я побрела за ней, стараясь ступать осторожнее. Из одежды удалось разжиться плотным, пусть и довольно ветхим, платьем. А сверху накинуть тёплое пальто. А вот обуви в сундуке не оказалось, и при каждом шаге по ледяному полу в стопы будто впивались острые лезвия. Идти приходилось медленнее. А заодно пытаться придумать, где бы отыскать дрова. А то так и околеть можно.

– Вот, – с гордостью указала Айрис, стоило мне открыть дверь.

К сожалению, я её энтузиазма не разделяла. Здесь было даже холоднее, чем в доме. И куда ни глянь, везде лежал снег. А вот еды я не видела. Совершенно. И лишь после того, как девочка указала пальцем, я смогла разглядеть возле заснеженного порога небольшую статуэтку. Перед ней на камне лежал кусочек хлеба. А сверху – слой чёрной плесени, покрытый ледяной корочкой.

– Это мне принесли, – похвасталась девочка. – А я делюсь с тобой.

Сглотнув предательски набежавшую слюну, я решила, что всё-таки потерплю. Не такая уж я и голодная.

– А где-нибудь ещё достать еды можно? – поинтересовалась робко, оглядывая улицу. В дневном свете она выглядела всё ещё плачевно, но уже не так пугающе. Может, посреди дня меня и не прогонят с глаз долой?

– Тебе что, мало? – насупилась Айрис.

– Мало, – призналась я. – Очень мало. К тому же хлеб явно испорчен. И если я это съем, то могу заболеть.

– Это что же… Они решили меня накормить испорченным хлебом?

Отвлёкшись от разглядывания улицы, я с удивлением обнаружила, что Айрис напрочь растеряла всё своё благодушие и сейчас мерцала. Причём не голубым, как вчера. А ярко-красным. Ой-ой, кажется, я кого-то разозлила.

– Уверена, они этого не хотели! – поспешила возразить я. – Просто хлеб, он же портится. А этот здесь лежит уже… А сколько?

– С начала зимы, – буркнула девочка, постепенно тускнея.

– Вот видишь! А когда его сюда положили, это наверняка был самый свежий хлеб на свете!

– Ты правда так думаешь?

Я осеклась. Здравый смысл подсказывал продолжать успокаивать девушку – только разъярённого призрака мне не хватало. Но вместе с этим я не могла врать в глаза ребёнку.

– Не знаю, – вздохнула я. – Думаю, они решили, что ты в любом случае не заинтересуешься едой. Так что могли положить то, что не жалко… Прости.

Айрис тяжело вздохнула – как будто она умела дышать – и приземлилась на ступеньки. Подумала немного и нехотя проговорила:

– Еду можно достать в трактире. Он как раз в конце улицы стоит. Там очень хорошие хозяева. Они меня всегда угощали.

– Спасибо, – искренне поблагодарила я. И хотела уже направиться, куда показали, но Айрис меня остановила:

– Ты уйдёшь, да?

– Куда?

– Ну, не знаю… – девочка вздохнула. – Живые не хотят со мной жить. Даже…

Она совсем по-живому шмыгнула носом и замолкла.

– А ты… Хочешь, чтобы я жила с тобой? – удивлённо переспросила я. И, дождавшись робкого кивка, улыбнулась: – Тогда я обязательно вернусь. С этого дня будем жить вместе.

– Правда? – ахнула Айрис. – Тогда… Тогда приходи поскорее. – Она на миг замялась. – И, Дина… Передай привет Рози Лорейн. Она моя лучшая подруга. Хоть и дразнится.

Пообещав передать привет подруге Айрис, я направилась в сторону трактира.

Путешествие к концу улицы заняло больше времени, чем я ожидала. Просто в летних лодочках ступать по рыхлому снегу категорически неудобно. Ко всему прочему с каждым шагом я рисковала вовсе лишиться обуви. Приходилось проверять, чтобы туфельки случайно не остались в снегу.

Нет, сейчас-то мне без разницы – всё равно ног не чувствую. Но рано или поздно ноги отогреются, и тогда обувь мне понадобится. Если, конечно же, от неё что-то вообще останется. Ну не были мои туфельки предназначены для зимних прогулок.

То тут, то там замечала людей, расчищавших ступени и дорожки у своих порогов. И, да, на меня косились. Кто-то с любопытством, кто-то настороженно. Но той ненависти, с которой меня вечером выталкивали в метель, не было. Интересно, почему.

Были и дома, которые никто не пытался расчистить от снега. Все они выглядели заброшенными, но объединяло их ещё кое-что. У всех этих жилищ рядом с крыльцом виднелись чёрные статуэтки. Точь-в-точь как у дома Айрис. И на всех лежали подношения. Где-то такой же ветхий кусок хлеба. Где-то замёрзшее яйцо или даже ломтик сыра.

А ещё теперь я смогла разглядеть сами статуэтки. Не то чтобы у меня было на это свободное время… просто я шла достаточно медленно.

Это был мужчина. Стройный. Высеченный из чёрного материала. То ли камень, то ли окрашенное дерево. Подходить ближе не хотелось, а издалека я это определить не могла. Удивляло только, что ни одна из статуэток не была занесена снегом. Словно метель их огибала.

– Девушка, вы откуда? – привлёк моё внимание бодрый женский голос. – Я вас здесь не помню.

Я устало кивнула в сторону конца улицы, указывая направление, и огляделась. Оказывается, я уже дошла. На доме возле меня красовалась табличка «Печёный баклажан», а снизу подпись «трактир». Собственно, на пороге трактира и стояла заговорившая со мной темноволосая женщина.

Она выглядела… основательно. Я бы даже сказала, добротно. Как те самые женщины из русских селений, которые и коня на скаку остановят, и избу лично построят с нуля. Я перед такими робела. В основном потому, что такие вот основательные тётеньки вечно пытались меня накормить.

– Да и тощая ты какая-то, – придирчиво протянула она. – У нас таких точно нет. А ты не умертвие ли часом?

Вздрогнув, я истово замотала головой. Вспомнилось, как ночью меня обозвали умертвием и облили водой. Повторения не хотелось. Я и без того промёрзла так, что язык не шевелился. Особенно ноги, они вовсе онемели, причём уже давно.

– А хотя умертвия по ночам только шляются, – опровергла собственные слова женщина. – Разве только приручённые. У тебя хозяин есть?

Выпрямившись, она завертела головой, кого-то высматривая. А я наконец смогла разлепить губы.

– Я Ди-ана, – протянула, вовремя спохватившись. – Мне бы согреться и…

– Батюшки, так ты живая! – всплеснула руками женщина. А потом перевела взгляд на мои ноги. – И в такой обуви! А ну живо в тепло!

Сил сопротивляться не было. Сменив траекторию, я вяло побрела в трактир. А переступив порог, была вынуждена привалиться к двери. Тёплый воздух после ледяного ветра ударил в лицо. Пустой желудок подскочил к горлу. Меня зашатало, и я молча, не привлекая к себе излишнего внимания, сползла по стеночке в обморок.

Приходила в себя медленно. Под аккомпанемент цветастых выражений и возмущённых причитаний. С трудом разлепив глаза, уставилась в деревянный потолок. Не сон. А жаль.

– Ну только попробуй мне тут умереть! – ругалась встреченная мной на пороге женщина. – Ещё не хватало трактир закрывать. И так вон полгорода заброшено.

Надо мной нависло раскрасневшееся лицо.

– Ну? – прозвучало грозно. – Умирать будешь?

Я честно помотала головой и, откашлявшись, прохрипела:

– Мне бы работу…

– Какую тебе работу! – ахнула женщина. – Сломаешься же!

Ломаться я не собиралась. А есть хотелось. Поэтому я взяла себя в руки и с трудом, но села и прислушалась к себе. В теле ощущалась слабость. Ноги болели, это минус. Зато я их чувствовала, и это плюс.

Ещё раз откашлявшись, серьёзно поглядела на женщину.

– Я не знаю, как сюда попала, – выдала заготовленную версию событий. – Очнулась посреди улицы. Родных нет. Возможно, у вас найдётся для меня работа? Потому что, боюсь, без еды я долго не протяну.

Понятия не имею, чем могу быть полезна такой мощной женщине… Но лучше неизвестная работа, чем гарантированная смерть от истощения.

– Да уж, – хмыкнула женщина. – Ну что ж, давай придумывать, что тебе поручить, работница… – Последнее слово она протянула с сарказмом, но без злобы. Хороший знак. – Сначала давай познакомимся. Ты Диана.

– Диана Фрейд, – кивнула я. – Очень приятно.

Она благосклонно кивнула.

– А я Рози. Рози Лорейн.