Глава 1. Анна.

Всё случилось так неожиданно и быстро, что Аня не успела испугаться. И она даже не пыталась понять, что произошло, и как она сюда попала. Уже целый час она шла по какой-то дорожке или тропинке. Темно, не поймёшь, что это. Но вдали что-то светилось. Было не то, чтобы холодно, но как-то неуютно. И немного страшно. И тут она увидела здание. Гостиница Маяк. Символично. На двери колокольчик. Аня остановилось в нерешительности – ночь во дворе, звонок всех разбудит.

Пока она раздумывала – дверь открылась. Выглянула женщина и шёпотом пригласила войти.

Меня зовут Людмила Алексеевна, сейчас я покажу Ваш номер. Вот, располагайтесь. Пока примите душ, согрейтесь. А я принесу что-нибудь перекусить.

Когда Аня вышла из ванной комнаты, на столике около кровати стояла вазочка с печеньем, стакан с горячим чаем. Девушка чувствовала себя усталой. И очень хотелось спать. Но чай был кстати.

Людмила Алексеевна была назначена управляющей гостиницы недавно. Ей было всего 25 лет. Девушка была очень милая. И она ещё не привыкла управлять и распоряжаться. Ей было легче и удобнее всё делать самой. Тем более, что её подчинённые были старше её. Да и сотрудников был недокомплект.

Накануне она заступила на суточное дежурство и обнаружила, что перестал работать звонок на входной двери. Вечером Людмила долго не могла уснуть – ей всё время казалось, что кто-то прибыл. Вскакивала, бежала ко входу. Вот так она и встретила Аню. Приготовила ей номер, отнесла чай, печенье. И, видя, что девушка очень утомлена, решила отложить оформление до утра. Пусть отдохнёт, потом и разберёмся.

Утром же, прежде, чем зарегистрировать гостью, она решила посоветоваться с участковым – уж очень странной была гостья: и без багажа, и непонятно, как и откуда она прибыла.

– Можно к Вам, Павел Ильич?

Павел Ильич был участковым в местном отделении милиции. Молодой, симпатичный, отзывчивый.

– Людочка, Вам – в любое время дня и ночи. Да ещё в такой компании! Что случилось, Людмила Алексеевна? Кто это прелестное создание?

– Павел Ильич, эта девушка приехала к нам ночью. Я её поселила в гостиницу. Ну, и мы пришли отметиться.

– «Кто Вы такая, откуда Вы? Ах, я – смешной человек». Люблю Окуджаву. А документы у Вас есть, милая девушка?

– Да. Вот мои документы.

– Интересно. Интересно. – Павел Ильич переглянулся с Людмилой Алексеевной. – Анна Петровна Ильина, когда и на чём Вы приехали?

– Ночью. Я ехала поездом из Москвы в Сочи. Вечером мы проехали Воронеж, в 22.00. А потом я уснула. Проснулась от страшного скрежета. Вагон мотало из стороны в сторону. Я посмотрела на часы – было 00.13. Мне стало страшно. Я вышла в коридор – там было пусто. Служебное купе было закрыто. Тогда я выглянула в тамбур – обе двери были открыты, там ветер гулял. Я хотела вернуться в купе. Но меня подхватило ветром, и я вылетела из вагона. Так странно, я не ушиблась, меня как будто поставили на землю. Но, я не удержалась на ногах, и встала на четвереньки. А поезд помчался дальше. Впереди светились огоньки, и я пошла на их свет.

– Долго шла?

– Да, час. А потом увидела гостиницу. И Людмила Алексеевна любезно меня приютила.

– Анна Петровна, подождите, пожалуйста, в коридоре.

– Люда, ты понимаешь, от ближайшей железной дороги до твоей гостиницы 15 км. Как она за час добралась? И не только это. У нас к ней будет столько вопросов. Ты сейчас можешь бросить свою гостиницу ещё на час или два? Проедем вместе, посмотрим, что и как. Девчонке с тобой будет комфортнее.

– Съездим. Только я забегу в гостиницу, как раз по дороге, распоряжусь – что, кому и как. Моё дежурство закончилось, но, всё равно, я беспокоюсь.

В машине Аня внимательно смотрела на дорогу. И вот, вроде бы ничего примечательного, но она скомандовала: «Стоп. Вот здесь».

– Ну, и что здесь? – Павел Ильич спросил с сарказмом.

– Вот след моей руки, когда я встала на четвереньки. Аня хотела подойти, но Павел Ильич остановил её.

– Не трогайте.

Он сфотографировал след. А потом попросил оставить такой же след рядом с первым.

– Анна Петровна, след – это неплохо. Но что он нам даёт? Откуда Вас выкинуло? Железной дороги-то нет. А если Вас высадили с парашюта?

– С какого парашюта? Вы что, мне не верите?

Павел почувствовал себя извергом. У девчонки уже и слёзы на глазах. Но, найти реальное объяснение её появления необходимо.

– Хорошо, давайте ещё поищем. Может Вас действительно ветром отнесло?

Они осмотрели всё поблизости. Потом проехали до ближайшей железной дороги. По ней как раз ехал поезд.

– Да нет. Это какая-то старая дорога. И поезд какой-то не такой. И, потом, это далеко. Я бы отсюда за час не дошла.

Павел Ильич и Людмила Алексеевна переглянулись.

– Девчонки, давайте выпьем чайку на природе, а потом подумаем, что нам делать дальше.

Павел Ильич вытащил огромный термос с чаем и старенькое покрывало. У Людмилы Алексеевны нашлись булочки и печенье. Прямо рояль в кустах. Чаепитие разрядило обстановку.

– Когда я был маленький, меня на лето отправляли к бабушке. И мы часто ходили в лес за грибами. А потом отдыхали на опушке. Бабушка брала с собой покрывало – она называла его попонка – и мы сидели на этой попонке, пили квас или компот прямо из банки и заедали хлебом с салом. А вечером бабушка готовила грибной суп. И ничего вкуснее я в жизни не ел.

Павел Ильич вздохнул.

– А меня летом отправляли в пионерский лагерь. И мы ходили в походы в лес, или на гору. Она казалось огромной, а на самом деле это был небольшой холм. И там жгли костёр, и запекали картошку в золе. До сих пор помню всё до мельчайших подробностей.

Глаза Людмилы Алексеевны подозрительно заблестели.

– А я с родителями летом ездила или к морю на юг, или в Карелию. Но больше всего мне понравилось на Байкале. И вода, и горы, и лес.

Голос у Ани дрогнул и она разревелась.

– Мама с папой с ума сойдут, если я не позвоню. А тут почему-то мобильник не работает.

– Аня, успокойся, пожалуйста. Нам нужно во всём этом разобраться. А потом решим, что и как делать дальше. Люда, ты при оформлении Ани в гостиницу видела её паспорт? Или ты ещё не успела её оформить? Люда, Люда, ты что, не спросила паспорт?

– Паша, это было ночью. Девчонка еле держалась на ногах. И, потом, мы ведь сразу к тебе пришли. С паспортом.

– Ладно, с тобой позже разберёмся. А теперь, внимание на паспорт.

Паша протянул Людмиле 2 раскрытых паспорта, свой и Анин.

– Читай, читай. Вслух читай.

– Паспорт гражданина Союза Советских Социалистических республик. Паспорт гражданина Российской федерации.

Девушки воскликнули хором: «Да этого не может быть»!

– Аня, не может быть СССР? Люда, не может быть России?

– Это что, пока я ехала, произошёл путч?

– Переворот?

Опять хором. Девушки были в ужасе.

– Успокойтесь, барышни. Всё не так. Может, лучше, чем мы думаем. Или – одно из двух. Мне это кажется абсурдом, но, похоже, в мире существуют и СССР, и Россия.

– Паша, ты шутишь? Какая Россия? РСФСР?

– Павел Ильич, Советский Союз больше не существует!

Девушки прокричали это одновременно.

– Так, девочки. Сейчас нам нужно поговорить серьёзно. Эмоции попридержите. Я думаю, лучше поговорим здесь. Никто не помешает.

– Аня, расскажи нам о России. Когда и где ты родилась, какой у вас государственный строй.

– Государственный строй Российской Федерации, закреплённый в Конституции РФ – Демократическое федеративное правовое государство.

Я родилась в 2002 году, в Москве. В 2009 году пошла в первый класс. Была отличницей, поэтому в 2020-м году поступила в институт без экзаменов на бесплатное обучение. В 2025 году получила диплом специалиста по экономике и развитию государства.

Родители уговорили меня отдохнуть, прежде, чем я выйду на работу. Вот я и ехала на море в этом поезде. Отдыхать.

Аня разревелась.

– Если мои родители до завтра не получат от меня весточку, они с ума сойдут от беспокойства за меня. А у вас мобильники не работают.

– Погоди, не реви. И с мобильниками разберёмся.

Я повторю, есть и СССР, и Россия. Это похоже на бред. Но, эту версию подтверждают паспорта. Анин паспорт – настоящий и выдан не в РСФСР, а государством Россия. Пока что это – единственный фактор. А наши паспорта выданы государством СССР. Ну, и множество других факторов доказывают существование Советского Союза. Это мы можем проверить, так как сейчас находимся в этом государстве. Аня, я тебе потом всё докажу. Да ты и сама увидишь в газетах, в магазинах, в кинотеатрах. У нас бесплатные больницы и поликлиники. И ВУЗы. Не только для отличников. И прочее, прочее.

Можно было бы предположить, что Аню заслали к нам наши враги. Но, против этой версии Анин паспорт. Зачем бы они делали ей такой паспорт, который сразу приведёт к провалу их агента?

Какая-то фантастика, но, похоже, государство Россия существует в мире как-то параллельно СССР. Или перпендикулярно. Не знаю.

И последнее – как Аню сюда занесло. Мы убедились, что в часовой доступности железной дороги нет. Если бы её выбросило из тамбура на несколько километров, её бы так «ласково» не опустило на землю.

А теперь вопрос – что делать? Пожалуйста, не перебивайте меня. Я предложу, а вы потом согласитесь. Или же нет.

Так вот, Ане в гостинице жить нельзя. Так как там нужна регистрация. Потом, в гостинице – на виду у всех. И посторонние люди, и милиция.

Хорошо бы, Аня как бы приехала в гости. К кому-то из нас. Минимум посторонних, никакой регистрации. Я бы не отказался от такой милой гостьи, но, боюсь, это будет не очень хорошо выглядеть. Молодые парень и девушка, не родственники, в одной квартире. А я – милиционер, между прочим. Это может испортить мою репутацию.

Так что, милая Людочка, выбор сделан. Приглашайте. Аня – племянница, или троюродная сестра. У тебя отдельная двухкомнатная квартира. Никаких посторонних. И не нужна регистрация. Ну, как?

– Паша, я не против. Аня, ты согласна пожить у меня?

– Спасибо. Конечно, согласна. Если это вас не стеснит.

– Аня, документы отдай Людмиле, пусть они лежат дома, с её документами. Их не надо показывать. Никому. И рассказывать про Россию – страну тоже нельзя. Россия – часть СССР.

Насчёт связи. Ты мне дай телефон. Наши зарядные устройства к нему не подходят. Но, есть у меня умелец. Он найдёт возможность подзарядить твой телефон. И, я надеюсь, ты сможем передать весточку своим родителям.

А сейчас мне надо возвращаться на службу. Вечером забегу к вам в гости. С Егоркой. Он спец по всякой технике. Я думаю, и с мобильником разберётся. Люда, заскочи в гостиницу, если надо. Но, минут на пять, не больше. А потом я довезу вас до дома.

Дома Людмила показала Ане квартиру. А потом решили приготовить что-нибудь этакое на ужин. Аня вызвалась приготовить плов. И Люда отправилась в магазин купить недостающие ингредиенты.

Девушки как-то быстро перешли на ты. Ужин и уборка квартиры не мешали им разговаривать. Время пролетело быстро.

Павел пришёл с Егором. Они дружили с детства. Егор был среднего роста, Обычная физиономия без выдающихся примет. Но, это на первый взгляд. Стоило ему улыбнуться – и всё. Девушки штабелями не падали, но забыть его уже не могли.

Егор кивнул Людмиле – привет. Повернулся к Ане, ткнул себя пальцем в грудь – Егор. А ты – Анютка.

– Меня так только папа зовёт – возмутилась Аня.

– Как это я угадал? Анютка, сейчас мы быстренько проведём сеанс связи с мамой-папой. Тебе надо выдать максимум позитива, и постарайся как-то оправдать редкие сеансы связи.

– Почему редкие?

– Ох, Анютка, я бы вообще с тобой не расставался. Но, к сожалению, пока это невозможно. Скажи, например, что тебе предложили какую-то экскурсию в труднодоступные места. Нет, лучше экспедицию. И, якобы там нет связи, не ловит. Ферштейн?

– Да, поняла.

– А я не понял, где позитив? Эта экскурсия – мечта всей твоей жизни. Да, родители захотят увидеть твою мордочку. Людамилочка, где у тебя более менее канцелярская обстановка?

– Идём в мою комнату. В уголке, где письменный стол.

Егор берёт Аню за руку о проводил к письменному столу.

– Аня, встань сюда. Если включишь видео, должны в кадр попасть ты и стол. Остальные молчат и уходят из кадра. Поехали.

– Мамочка, привет, у меня всё хорошо. Пап, привет.

– Анютка, мордочку покажи.

– Вот вам моя мордочка. А теперь не сердитесь. Я отправляюсь в экспедицию. Где-то на месяц. Там нет связи – места глухие. Всю жизнь о таком мечтала.

– Какая экспедиция, это опасно?

– Мама, нет никакой опасности. Меня осмотрел врач, я абсолютно здорова. Получила обмундирование.

– Аня, это как-то неожиданно. Ты в Сочи?

– Мамочка, я люблю всё неожиданное. Нет, я не доехала до Сочи. В поезде познакомилась с девчонками, и мне предложили поучаствовать.

– Анна Ильина! Где Анна Ильина? Аня, готовность пять минут, поторопись. – Егор постарался закончить разговор. Мало ли что, ещё разревётся девчонка.

– Всё, мои хорошие. Позвоню при первой же возможности. Целую.

– Мо-ло-дец. Только не реви. Я тоже молодец.

– Ты самый, самый, самый молодец. Спасибо!

– Людамилочка, ну где там плов? Я не знал, что ты умеешь готовить плов. Скрывать такие таланты – преступление.

– Я тут не при чём. Плов готовила Аня. Я только сбегала в магазин с Аниным списком необходимых продуктов.

– А я тоже не оплошал. Недавно был в командировке в Ташкенте. Там шампанское – зашибись. На мой взгляд, лучше французского.

И Егор вытащил из рюкзака две бутылки шампанского.

– Тут полусухое и полусладкое. Наверное, под плов лучше полусухое. А полусладкое оставим на будущее. Аня, а ты где научилась готовить плов?

– Мой папа из Ташкента. Когда Союз развалился … Ой, Павел Ильич, я больше не буду!

– Не будешь разваливать Союз? – Павел и Егор спросили хором.

– Да нет! Говорить.

– Правильно. Развалила, так молчи.

Смеялись до слёз.

Отец Ани уехал из Ташкента в 1995 году. Заводы закрылись. Связи между бывшими республиками оборвались. Да, и обстановка накалялась. Кое-кому было выгодно раздуть межнациональный скандал. В России тоже поначалу было непросто. И с работой, и жилья своего не было. Но, постепенно всё наладилось.

На отъезд было трудно решиться. Как-то всё так поменять навсегда. Да и боялся оставить родителей без поддержки. Была ещё старшая сестра, но она была замужем за военным и моталась с ним по гарнизонам. Но родители его и уговорили уехать. Было решено – он переедет, освоится и заберёт родителей.

Пётр Михайлович к этому времени был мастер на все руки. Заочно окончил институт и стал дипломированным программистом. А днём работал, то там, то сям. С работой было трудно – некоторые заводы закрылись. А те, что продолжали работать, значительно сократили и объём выпускаемой продукции, и, соответственно численность работников. Резонно, ведь связи между вновь появившимися странами надо было устанавливать. А прежние отношения между бывшими республиками Советского Союза оборвались.

Так что, Петру пришлось, и ремонты квартир делать, и на рынке торговать. Но он и в Москве быстро нашёл работу. Со временем и дом построил, и родителей перевёз.

С Настей он познакомился, подрабатывая ремонтами квартир. В эту квартиру он попал случайно. Там уже был заключён договор с московской бригадой, но сроки всё передвигались – то вроде кто-то из главных специалистов заболел, то госзаказ – отказаться нельзя. Тут Пете и повезло. Он сделал ремонт Настиным родственникам. Те были очень довольны – быстро и качественно. Причём, выгодно, не бригада – один человек. Вот так всё и сложилось.

Отец Насти, шутя, подкалывал зятя: «Влез в семью, заработал на нас, а вдобавок и дочь увёл. Ловкач, однако».

Пётр влюбился в Настю сразу и окончательно. Настя ответила взаимностью. Они были счастливы. Одно огорчало – не было детей. Решили взять ребёнка в детском доме. Взяли младенца, подкидыша. Малыш был славный, здоровенький. Назвали Виктором. Когда Витюшке исполнилось пять лет, родилась Аня.

Аня была очень похожа на отца. Густые каштановые волосы. Брови в разлёт. Высокий лоб. Но, глаза синие, как у матери. А когда она сердилась – становились фиолетовыми.

Виктор, что было удивительно, тоже был похож на Петра. Настя его подкалывала, мол, может, признаешься, что это твой ребёнок? А он хохотал – я и не отрицаю, мой сын!

Виктор с детства мечтал стать военным. Мечты сбываются – он военный лётчик. Живёт в Архангельске, у самого Белого моря. Там он и познакомился с будущей женой, Василисой. У них уже двое детей Антон и Антонина, Тоша и Тоня, пяти и трёх лет.

Пётр возмущался – сын, двое внуков, дочка, которая, кстати, почти не бывает дома – а мы с тобой бобыли. А Настя смеялась: «Петя, выражение «мы с тобой» уже как-то не сочетается со словом бобыли. Дети выросли, а внуки слишком маленькие. Вот так уж вышло, что Витюшка служит не в Москве, а в Архангельске. Мы же в Архангельск каждый год ездим. И с внуками общаемся, и с детьми. А Настя уже взрослая, У неё своя жизнь. Да ты и не так часто общался с дочерью. Твоё хобби занимает всё твоё свободное от работы время».

Вот такая чудесная семья была у Ани.

Людмила вздохнула: « Да, печальная история. Как же так произошло, что и развалился, и сохранился»?

– Вот с этим мы и будем разбираться, – подытожил Егор. Пока только в нашем узком кругу. Люда и Паша – люди подневольные, а мы с Анюткой завтра и начнём. Наверное, удобней у меня на работе – отдельный кабинет и необходимая техника.

Ребята ушли, а Люда с Аней стали наводить порядок. Девушки так сдружились, как будто знали друг друга всю жизнь. У них оказалось много общего – и любовь к чтению, и взгляды на жизнь. Да и возраст.

– Люда, извини, можно спросить? Паша такой симпатичный. Почему вы не вместе? Видно же, что вы неравнодушны друг к другу. Если эта тема табу, так и скажи.

– Даже не знаю, что тебе сказать. Мы с Пашей знакомы с самого раннего детства. Я на год моложе, но мама отдала меня в школу с шести лет. Сидели за одной партой. Он носил мой портфель, Защищал меня от хулиганов. Читали одни книжки, ходили в кино. Я любила его. И мне казалось, что он тоже меня любит. Но, отношения были скорее дружескими. Пашу это устраивало. Меня, наверное, тоже. Я как-то была не готова к развитию отношений.