Пролог

«Каравелла М412» производства Нижегородского автомобильного концерна братьев Родиных, снизив скорость, свернула с асфальтированного шоссе на второстепенную магистраль и, хрустя щебенкой, покатила между пологими холмами, поросшими вековыми соснами и елями.

За рулем автомобиля юноша двадцати пяти лет впечатляющих габаритов по имени Петр Васильев. Он ловко управляется с монструозного вида транспортным средством люксового класса. При этом загадочная улыбка не сходит с его добродушной физиономии. О чем думает молодой человек несложно догадаться. Пока еще свободный от уз Гименея Петя пребывает в том состоянии, когда хочется и можется, а объектов для реализации хотелок вокруг пруд пруди. И денежки при щедром работодателе у него также водятся, что весьма немаловажно.

Впрочем, сейчас речь не о водителе.

Более всего нас интересует сам владелец шикарного авто вольготно расположившийся на диване пассажирского салона. Мужчина, одет в костюм темно-синего цвета, белая рубаха, узкий галстук и черные лакированные туфли.

Судя по посеребренным временем густой шевелюре, аккуратной профессорской бородке и щегольской щетке усов, этот человек изрядно пожил на белом свете. Однако, стоило лишь взглянуть в его пронзительные черные глаза, в которых светились ум и не угасший интерес к жизни, язык не поворачивается назвать его стариком. К тому же, сухощавая подтянутая фигура однозначно указывает на то, что он не чужд занятиям спортом и не злоупотребляет разного рода сомнительными удовольствиями, коих для человека с его материальным достатком в этом мире хватает с избытком.

Звать его Альмансор Фаттахович Коринфский-Квинта. Согласитесь, довольно странное, на первый взгляд, имя. Впрочем, узнав, кем является владелец люксового авто, удивление моментально трансформируется в глубокое почтение, граничащее с иррациональным и неконтролируемым страхом перед слугами Её Величества Матушки-Смерти.

Ну да, вы уже наверняка догадались, что этот благообразного вида пожилой мужчина один из официальных представителей госпожи Марены¹, иными словами, некромант высшего ранга.

Среднестатистические обыватели в большинстве своем относятся со страхом ко всему, что связано с процессом ухода человека из жизни. Но если вдуматься, понятия «жизнь» и «смерть» неотделимы друг от друга и относиться ко всему этому нужно по-философски.

Удобно откинувшись на мягком диване, мужчина смотрел в окно. Вряд ли он любовался российскими красотами, поскольку взгляд его был расфокусирован, а правая рука нещадно теребила академическую бородку. Все это вкупе однозначно указывало на то, что голова мужчины занята чем-то очень важным.

И действительно, ему было о чем задуматься. Сегодняшней ночью в его сне явилась сама Госпожа и настоятельно порекомендовала побыстрее приступить к выполнению поступившего пару дней назад из Коллегии Магов задания на упокоение одного знакомого ему лича. Странно всё это как-то, обычно Хозяйка не поторапливает своих адептов в подобных вопросах. А тут буквально прямым текстом и в приказном порядке: «Ноги в руки и бегом!».

Проехав по отсыпанной песчано-гравийной смесью петляющей дороге около семи верст, «Каравелла» наконец-то вырвалась из сумрака борового леса на простор обширного луга, по которому протекала неширокая спокойная речушка с берегами поросшими ивняком и ракитником. На лугу под надзором пожилого пастуха и своры собак паслось стадо крупного и мелкого рогатого скота. На извилине реки небольшой песчаный пляж, оккупированный местной детворой. Пасторальная картина.

На взгорье замок местного помещика барона Терентия Прохоровича Злобина. Стилизован под средневековую крепость с опоясывающей его невысокой кирпичной стеной высотой в три сажени.

К востоку от крепости ближе к лесу вольготно раскинулся городок с населением около пяти тысяч человек, состоящий из частных домов одно-двухэтажных с приличными по площади придомовыми угодьями. Назван населенный пункт еще в стародавние времена Злобино по имени семейства местных землевладельцев, что в общем-то неудивительно.

Наш некромант шапочно знаком с нынешним владельцем поместья Терентием Прохоровичем Злобиным. Также ему доводилось встречаться с почившими в Бозе батюшкой, дедом, и еще несколькими его предками аж до пятого колена.

Удивляться здесь особо нечему, Марена, относится к своим служителям на зависть всем прочим смертным и не торопится забирать их в свои посмертные чертоги. Так что нет ничего необычного, если на вид шестидесяти-семидесятилетний старичок-бодрячок, осененный Её благодатью, неожиданно окажется человеком, разменявшим четвертую или даже пятую сотню лет жизни.

Впрочем, Альмансор Фаттахович Коринфский-Квинта, несмотря на вполне заслуженный авторитет в магических кругах, среди патриархов от некромагии числится еще вполне молодым чародеем, ибо по возрасту не дотягивает хотя бы до трехсотлетия. К данному факту Коринфский-Квинта относится философски, мол, когда-нибудь пройдет само собой. При этом посещал ежегодные капитулы Иерархата Ордена редко и с неохотой, лишь по особой необходимости. Слушать стариковское брюзжание выживших из ума Соломона Парса, Бен Крата Измирского, Гарибальди Лангобарда и прочих «столпов» мировой некромантии всегда было выше его сил.

При воспоминании о «душных» старцах Альмансора Фаттаховича аж передернуло, будто он коснулся руками покрытую слизью тварь, с которыми ему время от времени доводилось иметь дело во время зачистки прорывов иной реальности. Вообще-то, холоднокровные и даже теплокровные неразумные хищники не самая страшная беда, поджидающая Рыцарей Порога на границе или внутри очередного Прорыва. Хуже всего, когда из внезапно возникшего Разлома вываливают орды захватчиков, объединенных нечеловеческой волей какого-нибудь Чёрного Властелина или Великого Колдуна. Но об этой стороне жизни мы поговорим чуть позже.

На этот раз чародей решил сразу не заезжать в замок. Еще успеется. Сначала следует дело сделать, ради которого пожаловал в этот медвежий угол, а уж потом нанести визит хозяину.

А дельце, как уже упоминалось выше, предстояло занятное, проведать одного давнего знакомого и наконец-то кардинально порешать связанную с ним проблему.

Дело в том, что примерно столетие назад умер один из предков нынешнего хозяина имения. Он был довольно продвинутым магом-медиумом. Альмансор Фаттахович знал при жизни, даже водил с ним близкое знакомство. По окончании жизненного пути, тело чародея, как водится, было помещено в родовой склеп баронов Злобиных, где вполне спокойно пролежало пять лет. Однако останки медиума возьми, да и переродись в лича. Как оказалось, баловался при жизни покойничек запретными чародейскими практиками.

Местные, что вполне естественно, были сильно напуганы неожиданным появлением нежити. Тогда именно Коринфскому-Квинта поступило задание от Коллегии Магов принять все необходимые меры для упокоения некротической сущности.

Прибыл на место, обнаружив в каменном гробу бормочущий что-то несвязное скелет обтянутый кожей, некромант лишил бренные останки подпитки астральной энергией. Уверившись в том, что тварь больше никого не побеспокоит, он удалился и со спокойной душой позабыл об этом случае.

И вот, спустя век, нежить вновь вернулась из небытия. Альмансор Фаттахович предполагал, что причиной тому стал мощный выброс энергии некротического характера одного из близлежащих Разломов, отмеченный примерно месяц назад несколькими станциями наблюдения за аномальной активностью. На этот раз мертвый колдун не просто тупо бормотал сидя в родовой усыпальнице. По ночам он бродит по кладбищу, но пределов, огороженных кладбищенской оградой пока не покидает .

Пока никому из обитателей Злобино оживший покойник ничего плохого не сделал. Однако не дело, когда нежить шастает по ночам среди могил и вот-вот выйдет за пределы кладбища.

Памятуя с какой легкостью ему удалось упокоить нежить век назад, некромант не ожидал от предстоящего дела никаких проблем.

Появление некротической сущности, питаемой флюидами, источаемыми недалекой Прорвой, случай, в общем-то вполне заурядный. Методики купирования отработаны. Достаточно перекрыть доступ аномальной энергии к мощам, и «оживший» мертвец упокоится. А чтобы подобное не повторялось, следует уничтожить все следы присутствия покойника в реальном мире а также в астральном. Жаль в прошлый раз не подумал наложить на останки заклинание «Тлена», ошибочно посчитал, что восстание мертвого чародея больше не повторится. Придется повторить процедуру изгнания с учетом ошибок прошлого.

Справедливости ради, стоит отметить, что некромант отправился в Злобино не только по указанию Центра и велению Госпожи. Дело в том, что гонорар за предстоящую работу назначен местным землевладельцем весьма и весьма достойный.

Коринфский-Квинта не был человеком жадным, Безбедную жизнь ему вполне обеспечивала его магическая специализация. Однако разного рода научные изыскания требуют от всякого естествоиспытателя немалых денежных вложений, так что дополнительные десять тысяч рублей не станут для него лишними. Он мысленно уже потратил эти еще не полученные средства на приобретение кое-какого оборудования от швейцарского концерна HAM (Hochpräzise Ausrüstung magisch²).

Не доезжая двух верст до баронского гнезда, «Каравелла» свернула на довольно узкий проселок. Минут через пять неспешной езды автомобиль остановился в десятке саженей от распахнутой настежь калитки в чугунной ограде, опоясывающей местное кладбище.

Выйдя из авто, Альмансор Фаттахович просканировал магическим зрением примыкающее к въездным воротам здание КПП и, почувствовав внутри биение жизни, лишь осуждающе покачал головой. Судя по специфическим оттенкам ауры находящегося внутри человека тот находится в состоянии глубочайшего опьянения.

С легкой ухмылкой на лице чародей обратился к водителю, пинающему ногами левое переднее колесо «Каравеллы»:

– Что, Петенька, яички взопрели и к ляжкам липнут?

– Дык, Альмансор Фаттахович, полторы сотни верст без остановки. – Пробубнил парень.

– Да ты не смущайся. Дело житейское. Сам когда-то водил автомобиль и также любил постучать по колесу, дескать, накачку проверяю. Хе-хе-хе! Что же касательно наших текущих дел, местный сторож, приняв основательно на грудь, дрыхнет без задних ног, посему не станем его тревожить, чтобы открыл ворота. Так что мне придется прогуляться до нужного места собственными ножками. Заодно и разомнусь. А ты пока что побудь здесь.

– Но, Ваша Милость, я как-никак ваш телохранитель! Значит, по долгу службы обязан находиться рядом.

Окинув скептическим взглядом рослую ладную фигуру своего «телохранителя», чародей с нескрываемой издевкой в голосе молвил:

– Нет, Петя, супротив некротической сущности твои приобретенные в армии боевые навыки и крепкий организм бесполезны. Так что посиди-ка в машине. – И, взглянув на алеющий закатом небосвод, заботливо добавил: – Где-то через час наступит ночь, если имеются какие физиологические потребности, постарайся их удовлетворить до наступления темноты. Вон и подходящие для этого кустики поблизости имеются. Затем сядешь в машину и носа оттуда не кажешь до самого моего возвращения. Покойников и призрачных сущностей не опасайся, транспорт в полной мере защищен от них наложенными заклинаниями. Можешь даже вздремнуть. Помнится, по младости лет я и сам любил задать храпака при всяком удобном случае. А насчет меня не беспокойся. Не тот противник, чтобы магу моего ранга опасаться.

После этих слов чародей неспешной походкой направился на территорию кладбища. Пока экстрасенсорные «радары» некроманта не фиксировали наличие интересующей его некросущности. Что и немудрено. Лич еще окончательно не стабилизировался в тварном мире. На этой стадии своего существования он материализуется где-то в районе полуночи и пробудет «во плоти» до шести утра.

Лишь души недавно погребенных покойников витали над тремя свежими могилками, готовясь к скорой отправке на очередной круг перерождения на сороковой день после ухода из жизни бывших их вместилищ.

Неожиданно некромант ощутил приступы чужой боли, ставшей на короткое время его собственной. Нехило прилетело, боль адская. Отгородившись от нахлынувших негативных эмоций «Щитом разума», Альмансор Фаттахович покрутил головой в поисках их источника. Это не заняло много времени. Обнаружив искомое, маг ухмыльнулся и негромко пробормотал:

– Эко тут всё запущено. Похоже, давненько на этом кладбище толкового некроманта не было. А еще мне интересно, чем занимается здешний жрец христианского бога? Поди, квасит беспробудно за компанию с вратарем и к обязанностям хранителя кладбища относится халатно. Придется отправить докладную в Коллегию. Пусть разберутся с церковниками.

Свернув с дорожки, ведущей к родовому склепу семейства Злобиных, некромант подошел к одной из заброшенных могил. На практически утонувшей в земле и поросшей густой лебедой гранитной плите билась в припадке падучей призрачная сущность.

Опытный в подобных делах некромант щелчком пальцев отпустил на перерождение душу, обременённую кучей тяжких грехов.

Затем он извлек из кармана кристалл синего цвета и положил его рядом с лужицей эктоплазмы, оставшейся после развоплощения задержавшейся души. Легкий посыл структурированной энергии, и драгоценная квазижидкость полностью перетекла в кристалл, будто это обыкновенный сосуд для хранения какой-нибудь микстуры.

Подняв с земли свою добычу, чародей поднес кристалл к глазам и после недолгого осмотра с довольной улыбкой сказал:

– Сотен пять срубил, считай, на ровном месте. Пожалуй, стоит организовать инспекцию окрестных кладбищ.

Отправив заблудшую душу по назначению, чародей неспешной походкой побрел по посыпанной битым кирпичом дорожке.

К родовому склепу Злобиных он добрался еще засветло. В ожидании полуночи присел на мраморную скамейку у двери в крипту и, обратив взор на багровый закат, отметил про себя: «Определенно, завтра снова будет вёдро с сильным ветром. Дождь не помешал бы, да погодники все при делах, в Западной Сибири лесные пожары тушат. Как бы и у нас при таких погодах не полыхнуло».

Так он и просидел на скамье, не вставая и размышляя о всякой ерунде, поскольку в преддверии важных дел забивать голову чем-нибудь серьезным категорически не рекомендуется.

Наконец багряные отсветы на западе небосклона погасли, и на черный небесный бархат высыпали рои крупных августовских звезд. Время от времени в статичную картину ночного неба вносили разнообразие яркие росчерки метеоров. Через пару часов взойдет Луна – «ночное солнце» для всякой нечисти, и из астральных дыр полезут чуждые данной реальности сущности. Вполне безобидные, за редким исключением, разумеется.

Лич, как раз-таки одним из подобных исключений и является. Это лишь до поры до времени он индифферентен к разумным. Если вовремя не упокоить, для поддержания своего существования ему потребуется энергия человеческих душ, а также их кровь и плоть.

Истории известны подобные случаи. Один из самых ярких произошел около тысячелетия назад. В Юньнань густонаселенной провинции Ханьской Империи. Там возродился в облике лича сильный маг. Пока региональный правитель осознал степень грозящей беды и начал предпринимать реальные усилия по упокоению опасной твари, восставший покойник успел «употребить» духовную составляющую едва ли не половины жителей провинции. Часть их в количестве пяти миллионов он поднял в виде армии зомби. Война с «ожившими» мертвецами продолжалась почти четверть века. Лишь неимоверными усилиями и ценой жизни десятков тысяч одаренных полчища поднятой личем нежити были навечно упокоены, а духовная сущность «виновника всего этого безобразия» фрагментирована на бесчисленное количество мельчайших осколков и в виде энергетического мусора отправлена в несколько десятков пространственно-временных аномалий.

С тех пор магические сообщества всех государств предпочитают «дуть на холодную водицу» и загодя купировать опасность, пока она не разрослась до вселенских масштабов. Однако недогляд временами все-таки случается и из-какой-нибудь жопы мира время от времени выползает очередное сильное умертвие и норовит преобразовать мир в удобную для себя форму.

Луна едва успела показать миру свой бледный лик, как внутри усыпальницы «яростно полыхнуло» флюидами некротической энергии.

– От оно как, – пробормотал негромко чародей, – еще пара дней и эта тварь открыла бы охоту на людей. Это вовремя я сюда заглянул.

Адепты некромагии (или некромантии, как кому нравится) стараются держать втайне, что помимо денег, за выполненную работу по упокоению некросушностей, они получают определенную прибавку к своему чародейскому дару. В данном случае добыча обещает быть весьма и весьма существенной, поскольку лич практически «созрел».

Поднявшись со скамьи, Альмансор Фаттахович одернул полы слегка примятого от продолжительного сидения пиджака и бодрой походкой направился внутрь крипты.