«– А, мораль? – сказал Благоволин. – Мораль всегда отвечает потребностям общества.»
Александр Мирер «Главный полдень»
В советской фантастике есть то особое чувство гуманизма и вера в лучшее, за что её невозможно не любить, как читатель я к фантастике пришла будучи уже взрослым человеком, в детстве и юности практически не читала этот жанр, предпочитая приключения, исторические романы и классику, но конечно какие-то базовые вещи Стругацких, Ефремова и Булычева, и Брэдбери из зарубежных фантастов, конечно же читала, но большая часть фантастики прошла мимо, поэтому сейчас добираю то, что было пропущено в юности, открывая совершенно изумительные имена, книги, истории, миры, философию и особый мир космоса и науки.
Сборник Александра Исааковича Мирера, включающий в себя повесть «Главный полдень» и продолжение повести роман «Дом скитальцев», как раз из пропущенных в юности сокровищ, который в настоящем оказался в пересечении с «Трилогией Земли» Лю Цысиня — идея вторжения инопланетян, чтобы захватить землян, подсадив в них своих соотечественников, чей срок жизни подошел к финалу, но технологии позволяют сохранить разум, а вот тел не хватает и нужны новые завоевания, новые планеты, чтобы подсаживать в тела разум своих близких и родственников. Экспансия начинается. Причины разные, но канва более-менее одинаковая, как и два солнца на планете у Мирера и у Лю Цысиня, а вот дальше уже каждый развивает тему и историю в зависимости от своих убеждений и морали, но, несомненно, пронизанные гуманизмом. Только у Цысиня всё заканчивается фатально, у Мирера — нет, люди, готовые рискнуть собственными жизнями, отстояли Землю.
«Главный полдень» (1969 г.) — это абсолютно подростковая повесть: легкая, изумительно написанная, о мальчишках, рискнувших жизнями, чтобы спасти Землю от инопланетян. История о том, как обычное любопытство школьника, превращается в операцию по спасению людей, советский быт и легкость с какой мальчишки обращаются к взрослым, а взрослые им верят и вместе ищут пути выхода, но, к сожалению, врослым подсаживают «мыслящих», а мальчишкам надо брать ответственность на себя, потому что кто как не они. И вот эта удивительная подвижность, легкость и при этом готовность к жертвенности просто так, ради спасения жизни других, из принципа — сам погибай, а товарища выручай, — поражает буквально до слёз. Но тут ещё, безусловно, слышно эхо недавно закончившейся войны, когда мальчишки на инопланетян, кричат: гады, фашисты, — конечно спокойно это читать невозможно. Здесь опять идёт речь именно о выживании: либо инопланетяне захватят Землю и подсадят во всех своих «мыслящих», тогда все земляне перестанут существовать, потому что, конечно же, наши тела это оболочка, но человека делает человеком разум — память, воспоминания, умение чувствовать, думать, размышлять, испытывать весь спектр эмоций, но главное, это память, конечно же, все достижения нашей цивилизации. Искусство. Культура. История. Это всё просто перестанет существовать, потому что у инопланетян нет привязанности к нашей планете, у них своя история и наша им не нужна. И мальчишки Алёша и Степка, а так же Валерка, отправляются спасать Землю, им страшно, порой очень страшно, но отступать некуда, они не герои, они обычные мальчики, советские пионеры, им есть что терять, однако они смело идут вперед. Прекрасная легкая повесть, в которой мрачный ужас грядущего ещё не так отчетливо проступает, тут есть место и иронии, и юмору, и лёгкости. И казалось бы, что всё хорошо заканчивается, но в 1976 году Мирер написал продолжение — роман «Дом скитальцев»
А вот этот роман уже написан в другой тональности, другими речевыми приёмами, в ожидании неизбежного — захват Земли инопланетянами, более того, они покинули Землю, но оставили своих Десантников, дабы те захватили руководящие должности и смогли помочь посадить эскадру кораблей в одном из уголков Земли, а дальше дело пустяковое с подсадкой «мыслящих» в тела землян. Осложняется всё тем, что у людей нет возможности отличать обычного человека от того, в ком уже есть «мыслящий». И тут вступают в работу взрослые: ученые, военные, медики, милиция. А как искать и кого искать, если нельзя быть уверенным в человеке рядом, в коллеге или в приятеле. Как предотвратить катастрофу распространения Десантников по планете, если никаких средств выявить их просто нет, нет понимания развития той цивилизации и их технического прогресса, их разработок. Но тут вступают в дело снова подростки, это мои любимцы — Севка и Машка, — они окажутся на другой планете, уже захваченной Мыслящими, с жителями, чьи мозги уже порабощены чужим разумом, и именно с этой планеты стартует на Землю эскадра с миллиардами «мыслящих», чтобы навсегда лишить Землю памяти. Конечно же звучание этого романа более мрачное, гнетущее, но и здесь Мирер не отказывается от юмора, Нурра — великолепный образ, его шуточки хороши, несмотря на весь трагизм положения самого Нурры. На самом деле, в этом романе Мирер поднимает такое количество нравственных вопросов, что о книге можно говорить долго. Например, что такое доверие в момент, когда каждый человек может оказаться с «мыслящим» внутри, как будет проводится контроль и не будет ли это оскорблять другого человека. А что такое вообще нравственный выбор: поступиться ближним и спасти себя или делай что должен и будь что будет. Севка практически все то время, что находился в теле Глора и потом в теле Джала, должен был делать выбор и не только в отношение Маши: оставить её и вернуться на Землю, но и в том, как вести себя с Глором, осознавая, что это чужой разум он захватил, вернее, его подсадили к чужому разуму, несмотря на то, что у Глора был «мыслящий» и он давно себя потерял. Вообще, насколько нравственно забирать чужое сознание, аргументируя это тем, что ты можешь, а вот эти недоразвитые — нет. Высокомерие одной расы над другими. И где проходят этические границы развития технологий, ведь как мы видим сейчас — нигде. А тогда наши предки пытались их нащупать и не пересекать. История противостояний и оппозиции внутри иной цивилизации, как продолжение всё тех же противостояний что и на Земле: революции, захват власти, снова революции и снова захват власти. Где предел этого? Что нравственно и что нет. Вопросы, на которые можно очень долго искать ответы, размышлять, пытаться понять, а как бы ты поступил, смог бы как Севка рискнуть собой ради планеты и в ответственный момент не бросить друга, не бросить задание, хотя мог бы, а пойти до конца. Севка смог. Как не отчаяться и идти до конца, как Зернов, когда казалось уже все предрешено и мрачный финал Земли вот-вот наступит, но как в этот момент не отчаяться, как дождаться помощи и всё развернуть в другую сторону.
И можно было бы поспорить с Благоволиным, что мораль, несмотря на сменяющие друг друга эпохи, со своими идеалами красоты и уродства, что такое хорошо и что такое плохо в разные эпохи, несмотря на это, мораль всё равно остается неизменной, хотя мораль древнего грека и мораль ацтека будут различаться, но всё равно, хочется верить, что нас всех объединяет вера в человека, в гуманизм, в личность, в доброту.
Мирер как раз об этом
