ESET_NOD32

Цитаты из Место для битвы

Слушать
Читайте в приложениях:
878 уже добавило
Оценка читателей
4.35
  • По популярности
  • По новизне
  • Более опытный игрок, Скарпи ухитрился-таки получить преимущество: развернул Духарева лицом к солнцу. Но, как часто бывает, противник нурмана сумел превратить оплошность в выигрыш. Кончик его меча поймал солнечный блик и послал его, безобидный солнечный «зайчик», прямо в овальную глазную прорезь нурманского шлема. Скарпи дернул головой, уклоняясь, а Серегин клинок прыгнул вперед и вниз, под нурманский щит, целя в ногу Скарпи.
    В мои цитаты Удалить из цитат
  • «Сумеешь ли ты достать врага – зависит от твоего врага,– снова вспомнился Сереге старый Рёрех.– А вот сумеет ли враг достать тебя – это уже от тебя зависит».
    В мои цитаты Удалить из цитат
  • «Стыдно тебе трусить, Серега! – сказал он сам себе.– Вон, Машег не боится!»
    Тут он был не прав. Хузарин боялся. Но одно дело – бояться, другое – выказать страх.
    В мои цитаты Удалить из цитат
  • Хузарин вдруг ловко развернулся в седле задом наперед.
    Конь его, ничуть этим не смущенный, продолжал идти ровным галопом, не отставая от остальных и не обгоняя, хотя мог бы.
    А Машег поднял лук… И показал себя. Сравнить его с обычным стрелком – все равно что сравнить пулемет с винтовкой Мосина. Туго набитый колчан опустел за минуту. Тетива стучала, как взбесившийся метроном. Это было нечто невообразимое. Один… Один (!) воин заставил рассеяться целую сотню врагов! Нет, печенеги не повернули назад, просто рассыпались в стороны. И самую малость сбавили темп, сообразив, что в первую очередь вылетают из седла те, кто впереди. Расстояние между ними и варягами увеличилось.
    В мои цитаты Удалить из цитат
  • В степи ребенка сажают в седло раньше, чем он научится ходить. Духарев видел однажды, как гостивший в Переяславле степняк сел на коня, чтобы проехать тридцать шагов.
    В мои цитаты Удалить из цитат
  • Миновали желтые поля, где местные выращивали сурожь – рожь пополам с пшеницей. Более неприхотливая рожь поднималась над пшеницей, оберегала ее от зноя. Сурожь тут возделывали повсеместно. Надо полагать, и море звали Сурожским из-за этого.
    В мои цитаты Удалить из цитат
  • Серегина стрела воткнулась степняку в грудь и, вероятно, попала в кость, потому что печенега опрокинуло на спину. Нормальный вариант. Это только в американских вестернах подстреленный негодяй картинно наклоняется вперед и так же картинно падает с крыши. Реально же, что пуля, что стрела лупят будь здоров. Серега не раз видел, как пущенная из хорошего лука стрела выносит всадника из седла.
    В мои цитаты Удалить из цитат
  • В народе говорят: «Полянин моется из ведра, кривич – из бочки, варяг – в речке, а нурман – пивом изнутри».
    В мои цитаты Удалить из цитат
  • На чистом войлоке перед хузарином были разложены стрелы. Машег занимался их сортировкой. На самых надежных делал особую пометку самой естественной краской: собственной кровью.
    В мои цитаты Удалить из цитат
  • Часа за два до вечерней остановки Духарев отправил его прогуляться по их собственным следам. Обычная варяжская практика, заимствованная, кстати, у четвероногих хищников. Если опасаешься погони, сделай петлю и вернись на свой старый след. Можешь получить приличный шанс взглянуть на спины преследователей.
    В мои цитаты Удалить из цитат
  • Какой из этого вывод?
    Обычный. Жди неприятностей.
    В мои цитаты Удалить из цитат
  • А поскольку орудовать мечом легче, чем боевым топором и щитом одновременно, то через пару минут нурман уже дышал, как больная лошадь.
    Любому воину хорошо известно, что выносливость нередко побеждает мастерство.
    В мои цитаты Удалить из цитат
  • Против сорока степнячьих сабель – и десятка добрых варяжских мечей хватит. Но… Есть одно «но». И «но» это заключается в том, что помимо сабель у степняков обычно имеются луки. И луками степняки пользуются не хуже варягов, а, как это ни печально, лучше.
    В мои цитаты Удалить из цитат
  • – Нет,– качнула головой Ольга.– Сначала сватов примем.
    – Да… ты… всерьез ли это говоришь, матушка? – в один голос воскликнули Свенельд и Асмуд. Ольга стояла к ним спиной, и они не видели ее лица. А Серега видел. Сватам можно было только посочувствовать.
    – Ты, воевода, вроде обещал, что их на лодье ко мне понесут, с почетом великим? – спросила княгиня.
    – Это я к слову…
    – А велика у них лодья?
    – Да нет. На шесть весел.
    – Вот и хорошо. Распорядись, чтоб так и было. Собери людей, сколько требуется. Почтим гостей дорогих. И у меня их почтим. Особо…
    Смотреть, как несут древлянских послов, сбежалось пол-Киева. Так что в добровольных помощниках недостатка не было. Но понесли их не на Гору, а на большой княгинин двор, располагавшийся за городскими стенами. Пронесли с почетом до ворот. У ворот же добровольцев от лодьи оттеснили княгинины люди. Лодью внесли во двор, и ворота, к немалому огорчению любопытных, затворились…
    Лодья тихонько раскачивалась на плечах носильщиков. Словно по морю шла.
    Древлянские послы, важно избоченясь, восседали на лавках. Во дворе, шеренгами, стояли дружинники.
    Лодья замерла. На высоком крыльце появилась великая княгиня. Подняла руку, будто здороваясь… И уронила.
    Сотни луженых глоток разом выкрикнули приветствие…
    И прочная палуба, словно в шторм, полетела вниз, из-под ног древлян, в ужасе вцепившихся в борта.
    Вопль их канул в реве воинов.
    Так же, как хруст крепких корабельных досок.
    Княгиня неторопливо подошла к глубокой яме, заглянула вниз.
    – Что? – спросила.– Хороша ли для вас честь? Должно ли я величаю убийц князя моего? Сладко ли вам?
    – Горько, княгиня,– ответили из ямы.
    – То-то! – Ольга повернулась к своим, бросила коротко: – Засыпайте!
    В мои цитаты Удалить из цитат
  • – Нет,– качнула головой Ольга.– Сначала сватов примем.
    – Да… ты… всерьез ли это говоришь, матушка? – в один голос воскликнули Свенельд и Асмуд. Ольга стояла к ним спиной, и они не видели ее лица. А Серега видел. Сватам можно было только посочувствовать.
    – Ты, воевода, вроде обещал, что их на лодье ко мне понесут, с почетом великим? – спросила княгиня.
    – Это я к слову…
    – А велика у них лодья?
    – Да нет. На шесть весел.
    – Вот и хорошо. Распорядись, чтоб так и было. Собери людей, сколько требуется. Почтим гостей дорогих. И у меня их почтим. Особо…
    Смотреть, как несут древлянских послов, сбежалось пол-Киева. Так что в добровольных помощниках недостатка не было. Но понесли их не на Гору, а на большой княгинин двор, располагавшийся за городскими стенами. Пронесли с почетом до ворот. У ворот же добровольцев от лодьи оттеснили княгинины люди. Лодью внесли во двор, и ворота, к немалому огорчению любопытных, затворились…
    Лодья тихонько раскачивалась на плечах носильщиков. Словно по морю шла.
    Древлянские послы, важно избоченясь, восседали на лавках. Во дворе, шеренгами, стояли дружинники.
    Лодья замерла. На высоком крыльце появилась великая княгиня. Подняла руку, будто здороваясь… И уронила.
    Сотни луженых глоток разом выкрикнули приветствие…
    И прочная палуба, словно в шторм, полетела вниз, из-под ног древлян, в ужасе вцепившихся в борта.
    Вопль их канул в реве воинов.
    Так же, как хруст крепких корабельных досок.
    В мои цитаты Удалить из цитат