© Александр Казанцев, 2025

ISBN 978-5-0067-2254-5 (т. 1)

ISBN 978-5-0067-2255-2

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Глава 1, рассвет

Илья вжался в холодное металлическое сиденье, чувствуя, как вибрация двигателя отдаётся в позвоночнике. Караван медленно полз по шоссе, изрытому ямами и трещинами, будто оно пережило сотню катастроф. Единственная дорога между двумя городами извивалась как змея, вгрызаясь в пустынный пейзаж. За окнами тянулись бесконечные серые равнины, изредка прерываемые скрюченными кустами да редкими остовами мёртвых деревьев. Илья едва обращал на это внимание, взгляд был прикован к оружию в руках.

Оружие оказалось тяжелее, чем он думал: непривычно давило на пальцы, проверяя его нервы. Ещё тяжелее была ответственность, навалившаяся лавиной. Илья пытался выглядеть собранным, но руки предательски сводило. Пальцы то и дело скользили по ремню, автомат ощутимо подрагивал в ладонях.

Рядом с ним, на деревянном ящике, устроился Мрак – коренастый мужчина с обветренным лицом, в глазах которого читалась выжженная временем усталость. Куртка с порванным рукавом и татуировки на костяшках говорили о том, что он прошёл через десятки стычек. Мужчина молча наблюдал за Ильёй, изредка поглядывая на унылую картину за окном.

– Ну что, как ощущения, малец? – хриплый голос, полный сдержанного сарказма, прервал тишину. – Боишься?

– Да нет, просто… сосредоточиться надо, – поспешно ответил Илья, с трудом подавляя дрожь.

На противоположной стороне отделения, лениво откинувшись на стену фуры, расположился Грач. Кудрявые волосы блестели в тусклом свете ламп, а хитрый взгляд говорил о том, что он заранее наслаждается моментом.

– Слышал, напарник? У нас тут стратег! Всегда наготове, – произнёс он с издёвкой, передразнивая Илью и изображая, как держит винтовку. – Пиф-паф! Вот так, да? Всё, считай, враги бегут от страха.

Старший хмыкнул, а Илья едва сдержался, чтобы не бросить что-то в ответ. Щёки залило жаром, он инстинктивно сжал автомат крепче, будто это могло скрыть волнение.

– Да ладно вам… – пробормотал он, в голосе зазвенело раздражение.

– Ты хоть стрелять умеешь? – подмигнул Грач. – А то нас тут трое: я, Мрак и твоя железка. Надеюсь, она постарается за нас двоих.

– Умею! – вскинулся Илья, резкий ответ вызвал лишь новый взрыв смеха.

– Ну-ну, мастер. Тараканы пусть боятся, – добавил Грач с широкой ухмылкой, Мрак резко поднял руку, заставив замолчать.

– Хватит, – бросил он коротко. – Первый рейд всегда такой. Я помню, как ты, Грач, чуть штаны не промочил, когда собаки на обочине перекликались.

Грач закатил глаза, изображая обиду, ухмылка тут же вернулась.

Илья отвёл взгляд к окну. Серый пейзаж сливался в однообразное пятно. На горизонте что-то мелькнуло – возможно, игра света, или тень. В любом случае, он чувствовал: настоящие испытания ещё впереди.

Сквозь пыльное стекло фуры Илья смотрел на точку, где угасал закат. Пустошь растекалась бесконечным серо-коричневым полотном – безжизненным и враждебным. Небо плавно переходило из тусклого жёлто-оранжевого в серую дымку, будто само солнце устало освещать этот мир. Здесь не было синевы или мягких облаков, только тёмная пустота, небеса давно утратили всякую надежду.

По сторонам шоссе тянулись бесплодные равнины. Исполинские валуны громоздились хаотично, похожие на древние могильные камни, хранящие чью-то забытую историю. Одинокие остовы деревьев, искривлённые и высохшие, напоминали фигуры, замершие в предсмертном порыве. Красноватая глина вкраплениями покрывала серую пыль, а ветер, лениво обдувающий равнины, поднимал вихри, закручивающиеся в едва различимые танцы и тут же растворяющиеся в воздухе.

Вдалеке маячили изуродованные руины. Когда-то величественные здания превратились в пустые оболочки, их скелеты торчали из песчаных холмов обломками гигантских зубов. Некоторые конструкции наклонились под пугающе неправильным углом, словно застигнутые в момент обрушения. Другие, засыпанные песком, едва виднелись из-под слоя вековой пыли. Там, среди забытых руин, изредка мелькали блики. Были ли они реальными или очередным миражом, Илья не знал.

Даже природа здесь казалась чуждой и искажённой. Искорёженные кусты цеплялись за выжженный грунт, колючки тянулись в стороны крошечными хищными лапами. Среди них встречались редкие растения, изогнутые в странных формах, напоминавших окаменевшие клешни.

Самое пугающее для Ильи было чувство движения на периферии зрения. Между валунами, вдалеке, мелькали тени. Они казались реальными, но двигались слишком быстро, чтобы разглядеть их. Эти фигуры напоминали жуткие образы из историй бывалых, рассказанных у костра: хозяева пустошей, монстры, адаптировавшиеся к миру после катастрофы, лучше всех. Они стали совершенными хищниками, научились выживать там, где даже природа сдалась. Илья чувствовал, как подступает знакомый холод страха. Для этих существ люди были не больше, чем добыча.

Шоссе, с его потрескавшейся, едва различимой поверхностью, было единственным символом жизни в этом мёртвом мире. Но даже оно казалось ненадёжным, как канат над пропастью. Илья глубоко вздохнул, стараясь прогнать наваждение, но пейзаж за окном не обещал ни покоя, ни безопасности.

Солнце давно скрылось за горизонтом, оставив мир в объятиях сумеречной тьмы. Фура продолжала свой путь, степенно и неотвратимо, словно капля масла, растекающаяся по сухой коже земли. Гул двигателя был единственным звуком, пробивающим густую тишину ночи, и этот звук не внушал уверенности. В пустошах, где каждый шорох мог привлечь смертельную опасность, звук казался чем-то неправильным, вызывающим. Здесь не любят тех, кто громко заявляет о своём присутствии.

Шутки и смех, звучавшие всего минуту назад, стихли. Напряжение плотной волной окутало фуру, когда из громкоговорителя раздалась металлическая команда: «Боевая готовность». Холодная, бесстрастная команда прорезала шум двигателя, мгновенно приводя всех в состояние тревоги.

В сердце Ильи вспыхнул гулкий стук, как будто оно разгонялось в такт с мотором. Удары эхом отдавались в горле, заглушая всё остальное. Парень сжимал оружие так, будто оно могло дать ему хоть какую-то защиту. Рядом с ним Мрак молча отстегнул ремни безопасности и начал методично готовиться. Движения были чёткими, механическими, резкими. Это не было нервозностью – скорее, отточенной дисциплиной. Сняв разгрузочный жилет, караванщик проверил боеприпасы, а затем перевёл взгляд на Грача.

– Ловим канал, – коротко бросил он, не глядя на Илью, и включил рацию.

Грач, который до этого лениво поглядывал на небо через небольшой иллюминатор, вдруг оживился. Он повернулся к Илье, прищурился:

– Эй, новобранец, ты там собираешься? Или ждёшь, пока кто-нибудь тебе боекомплект всунет?

Илья поспешно мотнул головой, но движения были неловкими. Ладони вспотели, он едва не выронил автомат, когда начал проверять магазины. Ремни броника упорно не желали застёгиваться, намеренно сопротивляясь. Каждая мелочь казалась сложнее, чем должна была быть, в голове уже вертелись тяжёлые мысли: «А вдруг я всё испорчу?»

– Ёжика в тумане потеряли, – буркнул Грач, равнодушно осматривая своё оружие. Он передёрнул затвор быстрым уверенным движением, напоминая Илье, насколько ему не хватает опыта.

– Не дави на парня, – отозвался Мрак. Говорил ровно, твёрдо, словно гранит. Снисходительности в нём не было, только сухое понимание.

– Так пусть соберётся, – не унимался Грач, кидая короткий взор на Илью. – Мне жить хочется.

Илья затянул ремни, надел шлем, который тут же сдавил голову тисками. В этот момент он краем глаза уловил движение за окном.

Тёмный силуэт скользнул между обломками дороги – что-то низкое, длинное, похожее на зверя, на мгновение мелькнуло и тут же исчезло в тенях.

– Что там? – спросил Илья, не отрывая глаз от окна.

Но ответа не последовало. Караванщик продолжал сидеть с привычно хмурым видом, глаза ловили каждую деталь, пальцы проверяли оружие. Грач поднял голову, прислушиваясь, и пробормотал:

– Лишь бы мираж… – Но интонация выдала, он знал: миражи здесь редкость.

– Контакт? – Мрак оторвал внимание от рации. Голос его был спокойным, почти безэмоциональным, в глазах мелькнуло напряжение.

– Пока нет, – отозвался Грач, припав к прицелу. В напряжённой позе читалась готовность сорваться с места в любую секунду. – Кто-то там точно есть.

Илья сглотнул. Взглянул в бойницу, где за пределами фуры царила густая тьма, рассекаемая лучами прожекторов. Однако парень мог поклясться, что видел, как нечто мазнуло вдалеке – неясная фигура, стремительная, словно тень, рванула между обломками. «Монстры», – мелькнуло у него в голове, и в груди похолодело.

– Это они, – выдавил он, не отрывая глаз от окна.

Грач не обернулся, угол рта дрогнул.

– Ещё не видел, а уже готов в штаны наложить? Дыши, малой. – Тон был обманчиво лёгким.

Илья кивнул, чувствуя, как мышцы тела начинают деревенеть. Пальцы сжали оружие до ломоты в суставах, это помогало удержаться от дрожи.

Когда всё началось, время замедлилось. Первым сигналом стало протяжное завывание. Оно раздавалось издалека – низкое, жуткое, захлёбывающееся. Звук лился из самой глубины пустоши, пробирая до костей. Мрак едва заметно напрягся, глаза уставились в сторону, откуда донёсся этот зловещий зов.

– Приготовиться! – коротко и резко бросил он, перекатывая плечами, будто стряхивая с них невидимый груз.

Илья напрягся, замер на месте. Автомат, который раньше казался лишь инструментом, теперь ощущался как нечто живое, грозное и тяжёлое. Руки вспотели, он несколько раз вытер их о штаны, стараясь вернуть себе контроль. В ушах звенело от напряжения, а слово «приготовиться» отзывалось в голове эхом как предвестие.

Завывание усилилось, превратившись в волны, которые приближались из темноты. Оно уже не было единичным – со всех сторон раздавались рваные крики, дикие, нечеловеческие. С каждой секундой они становились ближе, ночное дыхание пустоши оживало.

– Они здесь, – негромко сказал Мрак, всматриваясь в прибор ночного видения. Он звучал так же спокойно, как всегда, но от этого казался более пугающим. – Пара десятков минимум.

– Хватит, чтобы устроить нам весёлую ночку, – пробормотал Грач, проверяя прицел. В голосе отсутствовал страх, лишь хищная решимость. – Огонь открываем сразу, как подойдут на сто метров.

За бронёй начинался ад, в тишине салона казалось, что весь мир затаился, готовясь к первой вспышке.

Напряжение лопнуло натянутой струной. Из темноты, пронзённой светом прожекторов, выскочил один из монстров. Массивный, с перекошенным уродливым телом, вылепленным из обломков костей и мышц, он замер на доли секунды. Тёмные глаза блеснули, поймав свет, словно оценивая опасность. А потом, срываясь с места, бросился вперёд, направляя всю свою силу на караван.

Через мгновение из теней следом за ним хлынули другие, их было бесчисленное множество. Безликая лавина тел, двигавшихся с нечеловеческой скоростью, вырвалась на шоссе. Их гулкие крики и дикий рёв заполнили ночной воздух, превращая его в симфонию ужаса.

Грохот первых выстрелов разорвал эту какофонию. Передовые машины каравана открыли огонь, трассирующие пули прочертили небо как пламенные ножи, освещая сумрак яркими вспышками. Грач мгновенно занял своё место у пульта управления оружием. Его руки работали слаженно, привычно, он сам был частью механизма.

– Огонь пошёл! – рявкнул он, задавая команды.

– Ох, мать твою! Отойди, малой! – крикнул Мрак, присоединяясь к стрельбе. Карабин выплёвывал пули через бойницу с механической точностью. – Ну давайте, падаль, ближе! – тихо процедил он сквозь зубы.

Илья, пятясь, вжался в холодную стену фуры. Его уши закладывало от оглушительного рёва выстрелов, грохота пулемётов и треска разрывающихся тел. Запах раскалённой стали и пороха наполнил отсек, смешиваясь с горечью страха. Ему казалось, что сама бронемашина ожила – она рычала, выплёвывала трассеры в темноту, крушила всё на своём пути. Он осторожно выглянул из укрытия.

Бесформенные фигуры существ мчались вперёд, безразличные к пулям. Некоторые из них падали, едва приблизившись, остальные продолжали наступление, заполняя пустоты. Они были многочисленны. Желчные просверки глаз этих существ отсвечивали во вспышках огня как огоньки далёких звёзд. У Ильи промелькнула мысль: это не просто существа, а что-то иное, древнее и чуждое, воплощение ненависти.

Поток тварей продолжал двигаться, несмотря на урон. Каждое падение лишь на мгновение ослабляло их натиск, они рвались вперёд, игнорируя погибших сородичей. Время от времени одному из них удавалось приблизиться, пулемёты мгновенно фокусировались, превращая чудовище в кашу. И всё же лавина не иссякала.

– Минута до второго подхода! – прорычал караванщик, сверившись с приборами. Лицо оставалось бесстрастным, в голосе звучала жёсткая решимость. Он продолжал стрелять как хищник, встречающий врага на своей территории.

Илья зажмурился на секунду, чтобы унять судорогу, шум вокруг не позволял расслабиться. Второй подход… Он догадался, что это означало. Чудовища приближались, и их количество превышало число, которое они могли выдержать.

Грач, отправив в темноту короткую очередь, с досадой повернул голову в сторону Ильи, глаза сверкали недовольством.

– Спишь что ли?! Подсекать начинай! – рявкнул он, едва успев вернуться к прицелу и вновь открыть огонь.

Илья вздрогнул словно от пощёчины. Собрав остатки храбрости, поднял автомат и нашёл взглядом ближайшую цель. Монстр, мчащийся по обочине, казался неуловимым пятном в вихре света и тьмы. Руки не слушались, но парень заставил себя нажать на спуск. Оружие ожило, и гильзы с тихим звоном начали осыпаться на металлический пол.

Попал! Монстр резко дёрнулся, потерял равновесие, а затем рухнул на асфальт.

Илья на мгновение замер, сердце забилось ещё сильнее. Он сделал это. Но радости не было. Одно павшее существо ничего не значило, лавина всё ещё надвигалась.

Его пальцы снова сжали спусковой крючок. С каждым выстрелом автомат казался легче, живее, становился продолжением его самого. Грохот был оглушительным, уши звенели, но Илья больше не обращал на это внимания. Всё вокруг слилось в одну огненную симфонию: рёв монстров, хлопки выстрелов, вибрация фуры. Мрак продолжал стрелять, движения были размеренными, машинальными. С каждым новым выстрелом он становился всё спокойнее, глаза – темнее.

В эфире раздался приказ как гром среди ясного неба:

– Форсаж! Всем водителям принять форсаж! – приказ командира Жилина звучал резко, ударом хлыста. В нём не было сомнений, исключительно стальная решимость.

– Форсаж? Чёрт… – пробормотал Мрак, не отрываясь от стрельбы. На лице появилась едва заметная тень тревоги.