© Беляев П. Ю., составление, 2025

© Издательство «Союз писателей», оформление, 2025

© ИП Соседко М. В., издание, 2025

Светлана Хрущёва

Шапочка из фольги

В общем зале знаменитой Ленинки, где Саша стажировалась уже несколько месяцев, за день проходили тысячи посетителей. Но лишь некоторые из них прочно врезались в память сотрудников библиотеки.

Вот прошла деловитой уточкой Агафья Сергеевна, которой уже под сто лет, а она всё ещё набирает в день по тридцать толстенных романов о любви. Саша уже не раз сорвала спину, помогая старушке дотащить богатство до зала. Там пожилая женщина, неизменно при макияже и в парадном наряде, садилась в дальнем углу с уютными креслами и буквально проглатывала романтические истории.

Или Елена Павловна, миловидная блондинка средних лет, особо ничем не выдающаяся. Целый год она заказывает книги «Как выйти замуж за миллионера», «Как познакомиться с принцем». Но, видимо, никого пока так и не встретила: ходит с той же потёртой сумкой и в старом пальто.

Самым же необычным был Всеволод Иванович. Он каждый день сидел до закрытия, пока охранник не выпроваживал его персонально. Ходили слухи, что в полночь Всеволод Иванович проникает обратно через вентиляционную трубу и летает по залам. Подтвердить это никто, правда, так и не смог. Ночные сторожа утверждали, будто слышали доносящееся из спящих залов чихание, скрипы, шорохи и громкие вздохи. Сотрудники, работавшие во вторую смену, боялись быть последними. Главный вход закрывался раньше, а до служебного вели запутанные лабиринты переходов через гулкие пустые залы.

Никто не знал точно, кем работал Всеволод Иванович: то ли школьным учителем, то ли преподавателем в не особо известном вузе. Проживал он один, без родных, детей и животных.

В неизменной шапочке из фольги с торчащими из-под неё сальными прядями волос и двумя маленькими антеннами Всеволод Иванович напоминал фантастического жука.

– Я жду сигнала от моих друзей, – объяснял мужчина в ответ на изумлённые взгляды и тыкал пальцем куда-то вверх.

Помятый костюм едва прикрывал намечающееся пузо. Очки для чтения смешно повисали на носу, когда он пытался что-то выписать из книги. Витиеватые речи понять было сложно да и никому не интересно. В каждом зале про него сложилась своя легенда.

Светка из технического уверяла, что он строит телескоп, – у неё брал пособие по телескопостроению, книги по радиоастрономии и использованию электромагнитного излучения.

– Однажды принёс собой зеркало, завёрнутое в три слоя газетной бумаги. Говорил, что оно бесценно. Наш чудак так берёг его, даже не разрешил охраннику по традиции взять его под локоть и вывести в конце дня. Не дай бог, зеркало уронит, – рассказывала Светка.

Женька из картографического проболтался, что Всеволод Иванович к нему тоже частенько заходит.

– Изучает карты и отмечает точки и места, где, по его разумению, могли случиться контакты с инопланетянами. Не иначе как маршрут строит, чтобы свалить отсюда, – смеялся Женька.

В общем зале, где работала Саша, Всеволод Иванович брал научно-фантастические романы, статьи и журналы, описывающие способы взаимодействия с Вселенной. Девушка сочувствовала странноватому посетителю и в свободное время присаживалась рядом и просила рассказать что-нибудь. Сквозь запотевшие от усердия очки мужчина окидывал её внимательным взглядом и размышлял об удивительных далёких мирах.

Саша дежурила на участке сдачи книг. Сегодня впервые она должна была уходить последней – ей доверили закрыть зал. Девушка волновалась, мурашки пробегали по коже, в голову не к месту лезли истории о призраках и странных ночных звуках.

На широком столе в длинной очереди толпились прочитанные издания – ждали запуска огромного, похожего на колесо обозрения конвейера. Здесь книги привозили в зал и отправляли обратно на хранение.

В сдаче Всеволода Ивановича сегодня внезапно обнаружилась брошюра о развитии сверхвозможностей и спиритизме. Сашу передёрнуло неприятным предчувствием. Конвейер, скрипя, закрутился. Девушка начала складывать книги на металлические поддоны, стараясь не уронить их на голову архивариусам.

Всеволод Иванович резко вынырнул из-за стеллажей. Девушка подпрыгнула. Пара томов не удержалась на поддоне, послышались приглушенные ругательства.

– Простите, пожалуйста, – слова эхом улетели вниз.

– Саша, извините, не хотел вас напугать. Но у меня получилось! Это просто невероятно! Мне ответили, меня ждут! Стартую сегодня!

– Где? Кто? – не понимала девушка.

– Неважно, спасибо вам и прощайте!

Мужчина скрылся внезапно, как и возник. Саша осталась в недоумении. Она взяла брошюрку и пробежалась глазами по строкам. Свечи, ритуалы, таинственная музыка для связи с потусторонними мирами – в лучших традициях голливудского ужастика. Книжка легла поверх стопки других и уехала в хранилище.

Работа так закрутила девушку, что до вечера она больше не вспоминала о госте.

– Давай, Саш, удачи тебе! Главное, не оглядывайся. Закрой тут всё и домой, – коллега Юлька подмигнула девушке и скрылась за гигантской деревянной дверью главного входа.

Саша осталась одна. Ей предстояло выключить освещение в залах, убрать забытые посетителями книги и подготовить библиотеку к новому рабочему дню.

Шаги отдавались эхом, несмотря на постеленные ковры. Каждый звук пульсировал в висках и заставлял сердце сжиматься в комок. Девушку обдало сквозняком.

– Надо проверить, закрыты ли окна. Саша прошла в большой читальный зал.

Одна из форточек действительно была приоткрыта. Девушка вздохнула и пододвинула табуретку, чтобы дотянуться. Прислушалась. Ей показалось, что где-то очень далеко играет тихая музыка.

– Наверное, на улице. – Саша потрясла головой, слезла с подоконника и стала осматривать длинные ряды столов.

Забытых книг нигде не было. Девушка погасила свет в залах, взяла сумку и вышла в полумрак широкого коридора. Звук музыки всё так же пробивался сквозь липкую, почти осязаемую тишину. Девушка открыла служебную дверь и юркнула в коридор поменьше. Музыка стала громче. Чем ближе Саша подходила к следующему, техническому залу, тем явственнее она слышала музыку.

Но другой дороги к служебному выходу не было. Дрожащей рукой девушка повернула ключ и вошла в зал. Представшая перед глазами картина ужаснула Сашу, она зажала себе рот рукой, сдерживая крик, и нырнула снова в коридор. Там, в темноте, было ещё страшнее. С обратной стороны двери постучали.

– Не бойтесь, Саша, я не причиню вам вреда! Заходите, я всё объясню!

Девушка постояла немного, собираясь с духом, нащупала в сумочке ключи – хоть какое-то оружие – и вошла в зал.

Всеволод Иванович покачивался под потолком, как огромный перезревший кабачок, и смотрел на неё с видом победителя. На ковре полукругом были расставлены свечи, на диске старинного проигрывателя крутилась пластинка, в воздухе стоял лёгкий запах гари и благовоний.

Всеволод Иванович заговорил первым:

– Я так рад, что это именно вы. – Он подлетел и протянул девушке руку. – Я просто пытаюсь выбраться домой, к моим друзьям. Я вам говорил сегодня, мне наконец ответили. Но портал не открывается, не хватает энергии.

– То есть вы не врали про далёкие миры?

– Нет, конечно! Меня отправили сюда в исследовательских целях, но не предупредили, что попасть обратно будет так сложно. Понимаете, гравитация меня не пускала. Я потратил несколько лет, чтобы понять, как преодолеть её. Но я так измучен, что на портал не осталось никаких сил. Если вы мне не поможете, придётся отложить всё на неопределённое время.

– Я? – Удивление перекрыло испуг. Девушка нервно хихикнула.

– Нужен звук, чтобы пространство резонировало. Вы умеете петь? Ну, так как шаманы поют: а-а-а-а-а-а, о-о-о-о, у-у-у-у? – Всеволод Иванович смешно сложил губы. – Как видите, у меня с этим совсем плохо.

– Музыка из телефона не подойдёт?

– Нет, нужны вибрации: голос или живое исполнение. Я вот только старый граммофон нашёл, но он еле тянет.

– Я попробую, – вздохнула Саша. – Где мне встать?

– В центр круга. Не обращайте внимания, свечки для красоты просто. Настроиться, так сказать. Вы пойте и ничего не бойтесь, что бы ни происходило.

Девушка положила сумку на пол и аккуратно уселась на ковёр по-турецки. Уроки музыки не прошли зря. Голос Саши завораживал молодых людей и вызывал зависть подруг. Она запела, сначала тихо, потом всё сильнее и громче.

Всеволод Иванович кружил под потолком. Воздух над головой певицы вдруг задрожал, как при землетрясении, и стал сворачиваться в воронку. Мужчина набирал скорость, воздух клокотал, как готовая вот-вот разверзнуться грозовая туча. Зрелище было завораживающее. Водоворот стал затягивать стулья, книги. Комната задрожала.

Саша оцепенела от ужаса, боялась пошевелиться. Но отчего-то верила, что внутри круга из свечей безопасно.

Она всё пела и пела, как зацикленная на повторении пластинка. Наконец действо достигло апогея – водоворот под потолком технического зала разверзся чёрной пастью портала.

– Получилось! – взвизгнул Всеволод Иванович. Он описал в воздухе круг почёта и завис на краю вращающейся бездны. – Спасибо вам, Саша! Вы так мне помогли! Не забывайте меня! Сто двадцать пятая звезда галактики Водоворот! Там мой дом! Прощайте!

Бурлящие потоки воздуха подхватили лёгкого, как шарик, мужчину. Едва Всеволод Иванович скрылся из виду, всё закончилось. Сашина песня оборвалась на полуслове. Кружащиеся под потолком предметы с грохотом упали на ковёр. Свечи моргнули и погасли.

Девушка ещё немного посидела, приходя в себя. Потом встала, зажгла свет и принялась убирать царивший в зале беспорядок.

Всеволода Ивановича в библиотеке больше никто и никогда не видел. Сотрудники спорили, куда он мог деться. И лишь Саша таинственно улыбалась из-за книжных стеллажей. Девушка точно знала, что в тёмную звёздную ночь в телескоп можно разглядеть галактику Водоворот, где на сто двадцать пятой звезде Всеволод Иванович рассказывает друзьям удивительные истории о своих странствиях.

Даша Гри

Пять дней в деревне

Лето в деревне! Хорошо же: зелено, свежо! А запах какой!

Примерно с такими словами отправлял папа Наташу в деревню, но она не прониклась. Уже в машине, дороги назад нет, но Ната всё сопротивлялась.

– Папа, мне не нужна нянька вроде тёти Инги! Ты в командировке, а я спокойно поживу одна в городе. Думаешь, не справлюсь? Мне уже две-над-цать! – по слогам произнесла Наташа.

– Ты-то справишься, – кивнул папа. – А злые люди – нет. Да, тебе там может быть скучно. Интернета нет, но если подняться на второй этаж, то…

– Серьёзно?! Магазина нет… И Интернета нет…

– Повод прочитать литературу, заданную на лето!

Наталью аж передёрнуло от мысли про книги…

В деревне вечером темно – нет уличного освещения. Тётя Инга и дядя Валера ждали гостью, подготовили комнату. Дядя Валера – брат Наташиной мамы, погибшей, когда Наташа была маленькой.

– Что со связью? – спросил отец.

– Только на чердаке, но там у нас хлам – чёрт ногу сломит! – раскудахталась Инга.

Перед отъездом папа обнял Наташу:

– Всё будет хорошо! Что случится – отправляй мне сообщения с чердака. Созвониться не получится, но переписываться сможем. Всего неделька!

* * *

Утром первого полного дня девочка сидела на земле и ковыряла в зубах травинкой. В этой позе выражалась вся скорбь подростков мира.

– Ты Стругацких любишь? – спросил её голос.

Наталья вылезла из своих мыслей, как из кокона:

– Чего?

– Стругацких любишь? – На Наташу смотрел свысока парнишка в брюках, удивительно чистой для деревни футболке и с мытыми волосами!

– А что это?

– Писатели, – улыбнулся парень.

– А-а, – разочарованно протянула Наташа.

– Может, тебя другое интересует? Детективы? Любовные романы? Приходи в библиотеку!

– В библиотеку? – Изо рта Наташи выпала травинка. – В этом богом забытом месте есть библиотека?! Конечно, пойдём! – Наташа встала и отряхнулась. – Ты библиотекарь?

– Вроде того, – кивнул парнишка. – Я Игорь.

Игорь рассказал Нате: когда деревня была большой и живой, библиотека работала, и магазин был, и почта, и школа на четыре класса, и медпункт. В общем, функционировала деревня. Стала затухать… Всё закрылось. Что-то выкупили под частные дома, что-то сгнило. Медпункт разорённый – всё растащили. Книги никому не нужны, и библиотека на отшибе, забыли про неё. Сейчас активисты приводят библиотеку в чувство: сортируют книги, подклеивают, обновляют каталоги. Нужны люди.

– Читать не люблю, – призналась Наташа. – Но тут настолько нечего делать… Уж подклеить листы я могу!

Обрадованная знакомству и хоть какому-то делу Наташа, увидев здание библиотеки, разочаровалась. Ветхий домик с пятнами гари!

– Ох… – вырвалось у неё. – Не только книги надо подклеить…

– Внутри лучше, – заверил её Игорь.

Деревянная дверь проскрипела, напевая мотив из фильма-страшилки.

– За такой дверью должно быть логово маньяка, – посмеялась Наташа.

– Всего лишь библиотека, – пожал плечами Игорь.

Наташа поймала на себе взгляд нового знакомого – глаза показались чёрными. Не цвет радужки, а целиком, весь глаз, включая глазное яблоко, будто чёрным фломастером… Но зажмурилась – наваждение прошло.

Внутри – обычный дом, старый и обветшалый. Помещение, конечно, требовало ремонта, но чистое, даже занавески для уюта. Столы, стулья и стеллажи с книгами. Много книг кучами на полу. Посередине – кафедра библиотекаря.

– Игорь, привлекаешь молодёжь! – из-за кафедры показалась маленькая юркая женщина.

– Ирина Петровна, это Ната. Не читала Стругацких, – сообщил Игорь.

«Не та информация, которую стоит говорить про меня при знакомстве», – подумала Наташа.

– Ты почитать или помогать? – уточнила Ирина Петровна.

– Помогать, – кивнула Наташа.

– У меня как раз Стругацкие развалившиеся где-то тут… – Ирина Петровна показала девочке жестом на стол, на котором стояли тюбики с клеем, лежали ножницы, газеты и скотч.

– «Понедельник начинается в субботу», – прочитала Наташа. – Что за бредовое название?

– Тут про чародейство и волшебство, веселая фантастика, – просияла Ирина Петровна. – Я нашла несколько книг Стругацких, но такую – одну. Очень ценная, должна остаться в библиотеке.

Игорь тоже взял книжку-развалюшку и сел рядом с Наташей.

– За работу, – скомандовал Игорь.

Наташа с Игорем привели в порядок по книге. Потрёпанный, но бережно подклеенный «Понедельник» забрала Ирина Петровна.

– Понедельник-понедельник, – напела Ирина Петровна, взяла чёрный маркер и закрасила сегодняшнее число в настенном календаре.

Нате показалось, что глаза Ирины Петровны сверкнули чёрным. «Что за ерунда!»

* * *

– Наточка! Я думала, где-то рядом с домом гуляешь, а тебя нет нигде! Я уж успела испугаться! Потеряю тебя в первый же день! Ты где была?

– Тётя Инга, не поверите – в библиотеке!

– Где?!

– В библиотеке.

– В райцентр ездила?

– Нет же, тут, в деревне!

– Нет у нас библиотеки, – недоверчиво покачала головой Инга.

– Есть! Я там «Понедельник» подклеивала!

– Не может быть… – прошептала Инга.

К ночи вернулся дядя Валера. Он работал на ферме, рано уезжал и поздно возвращался на своём мотоцикле. Иногда ночевал на ферме – по обстоятельствам.

Наташа уже улеглась в кровать, но ещё не спала. Интернета в комнате нет: соцсети и видео не посмотреть. Через стенку она услышала разговор дяди и тёти:

– …Я говорю, парня какого-нибудь нашла – и не признаётся.

– Думаешь, авдеевские приходили? Вечно шляются…

– Знамо дело! Игоря ищут своего. Следить надо за девчонкой-то, мне отвечать перед батей. Если кто объявится – я ему морду обрисую.