Рассказ позднего Грина, в котором всего несколько страниц. Но он такой, что после него хочется сидеть и молчать. Или перечитывать последний абзац снова и снова.
Сюжет прост. Служащий Фингас Тергенс много лет мучает жену пьянством, обещает бросить и срывается. Но однажды, после очередной бессонной ночи и горьких слез Катрионы, он дает себе слово — не "наполовину искренне", как раньше, а на всю жизнь.
Я пить больше не буду. Никогда я не говорил так серьезно, как в этот раз.
Жена не верит, но он держится. А когда она сама, желая его испытать, ставит перед ним бутылку, он выливает виски и говорит:
Пусть будет иногда скучно, вяло; даже пусть будет трудно жить и работать; пусть хочется подчас трактирной романтики; но пусть будет чисто.
Грин не просто о пьянстве пишет. Он пишет о том, как человек познает чистоту — и больше не хочет грязи. В христианском понимании это называется грех и страсть. Тергенс раньше был рабом своей страсти, врал жене, врал себе. А потом вдруг увидел рядом с собой Катриону. Она плачет и, отвечая на его вопрос, говорит:
У меня нет недостатков.
И он не злится, а улыбается, тронутый этой простотой. Это как луч света, в котором все твое уродство видно.
Интересно, что сам Грин был человеком непростым. Много пил, много скитался. И этот рассказ 1929 года — как будто он сам себе обещание дает. Или прощается с тем, что было.
Еще интересный момент. Тергенс ходит на кладбище, читает надпись на могиле Гаральда О'Коннора, который прожил 135 лет и "в пьяном виде был так страшен, что сама смерть боялась его". И вот герой думает: О'Коннор ошибся, когда был трезв, а я ошибся бы, если бы выпил. Разница огромная.
Это ведь и про страх смерти. Можно всю жизнь заливать его алкоголем, делать вид, что ты сильнее. А можно принять свою слабость, принять, что жить трудно, скучно, вяло — и все равно выбрать чистоту.
В конце Тергенс смотрит на ветку клена над той самой могилой и говорит:
Наступил ее черед расти.
"Ветка омелы" — это кабачок, искусственная жизнь, паразит на дереве. А клен растет из земли, из праха, но вверх. Мне кажется, это и есть главное: человек, который однажды узнал, что значит чисто, уже не променяет это на грязное. Даже если чистота — это скука и труд. Потому что грязь — это рабство, а чистота — свобода.
Интересный выход. Не героический, без пафоса. Просто твердое "нет", когда никто не заставляет.