Глава-1. Мечты.

Часть-1. Мера.

1. Идеи.

Моя старость подкралась до меня незаметно. На рубеже восьмого десятка лет не добился ничего из того, что намечал к этому возрасту. Старая мечта, как мой возраст была рядом со мной, но, своего не добилась.

Мечтал на закате лет побывать там, где родился и жил в самый лучшие годы своей жизни. Многие неожиданные и ожидаемые обстоятельства не позволяли осуществить мне мою мечту.

Несколько посещений госпиталя "Ассута" и шесть операций лазером, буквально привязали меня к домашней, а после к больничной кровати с периодом через каждую неделю в течении месяца.

Затем два месяца восстановления своего здоровья. В течении двух лет дважды ездил, точнее, летал в гости к своим внукам, которые меняли место своего жительства, как медики свои перчатки во время моего лечения.

Привязанный к внукам в гостях и притом ещё больной никак не мог осуществить свою старую мечту. Всё время возникают какие-то обстоятельства, которые никак не позволяют мне свою старую мечту.

– Всё! Больше, ты никуда не полетишь и не поедешь. – сказала жена, когда вернулся от внуков вблизи Ессентуков. – О этих поездок и от полётов за пределы Израиля у тебя ничего хорошего не получается. Диабет не вылечил и псориаз тоже. Весь в болячках и в чешуе как плешивый кабель. Денег уйму угробил, а толку никакого. Всё также больной и внукам толком не помог.

Вообще

–то Людмила была права. Толку от меня никакого. Осталось только искать себе место на кладбище. Само городское кладбище находится не краю нашего микрорайона. Метров семьсот от моего дома.

Когда кто-то говорит, что жить надоело, это всё не правда. Даже в последнюю минуту жизни любому человеку хочется жить. Вот и мне никак не хотелось умирать и искать себе место на кладбище.

– В который раз мне прописали лечить псориаз фототерапией. – напомнил жене. – Врач говорит, что вместо фототерапии мне надо съездить лечиться на один месяц на Мёртвое море и без контактов с семьёй полечить свои нервы. Так можно вылечить псориаз и свои нервы, от которых у меня псориаз.

– Вообще-то доктор прав. – согласилась Людмила. – За пятьдесят пять лет совместной жизни мы так потрепали нервы друг другу, что нам пора хотя-бы месяц пожить друг от друга в стороне. Сейчас ты месяц будешь лечиться на Мёртвом море. На следующий год у меня будет месяц отдыхать у внуков.

У меня сразу появилась идея использовать этот случай лечить свои нервы и псориаз на Мёртвом море, своим присутствием на земле своих предков, где можно полечить свои нервы и кожу в источниках минеральных вод.

Надо не брать с собой никакой багаж. Уехать налегке из дома имея при себе одну смену нижнего белья, лекарство от диабета и документы. Всё остальное можно по случаю приобрести по месту своего прибывания.

Мысленно который день мотаюсь бестолку там, где когда-то был. Всё как в тумане прошедших событий. Имел цель просто встретиться с родственниками на Северном Кавказе. Но, эту идею сразу отмёл от себя.

Совершенно не знаю как сейчас дела с современными традициями и обычаями у народов Северного Кавказа, к которым относятся мои родственники. Если всё по-старому, то у меня на такую встречу не хватит здоровья и денег.

Решил побывать там инкогнито, скрыть своё имя, фамилию и личность. Конечно, понимал, что это рискованно. Однако, интерес и желание выше риска. Думаю, что уважение к старикам сохранилось у кавказских народов и меня не тронут.

Оделся по возрасту в старые лохмотья. Взял с собой банковскую дебетовую карточку, а также несколько купюр доллары США, ЕВРО и рубли РФ.

Положил в целлофановую упаковку отдельно каждый вид купюр и рассовал по разным карманам своей старой одежды. Купил билеты на самолёт туда и обратно со страховкой на один месяц.

В не большую сумку через плечо положил на смену пару нижнего белья, а также очки, походную аптечку, личные документы, загранпаспорт с билетами на самолёт и сотовый телефон, сейчас без него на улицу выйти невозможно.

В назначенное время, вооружившись костылём, отправился регистрироваться к таможне на посадку в самолёт рейсом на Северный Кавказ. Очередь в регистратуру огромная. Словно все хотят вернуться Россию

Когда летел на ПМЖ в Израиль, то в длинной очереди на регистрацию билетов на самолёт у почти у всех на глазах были слёзы радости и печали. Одни радовались, что покидают Советский Союз и уезжают жить за границу.

Другие плакали по той причине, что, вполне возможно, навсегда покидают Родину, родственников и друзей. В нашей семье лишь дети радовались отъезду за границу, так как считали, что заграницей райская жизнь.

Нам, родителям, было не до радости, так как теряли всё, что с трудом нажили. Сейчас в очереди на регистрацию билетов на самолёт большинство мрачные лица. Отсюда летят, так как ничего не нажили. В Россию летят, где всё потеряли. К таким пассажирам относится моя личность.

Вот и моя очередь подошла. Подал свой загранпаспорт на регистрацию, как-то странно с удивлением на меня глянули за стойкой регистратуры.

– У вас собой ничего нет? – настороженно, спросила девушка на регистрации.

– Меня будут встречать внуки. – ответил ей. – Думаю, что голым не оставят.

Дальше была рамка металлоискатели. Двое из таможни, мужчина и женщина, пригласили меня пройти через рамку. Внимательно посмотрели на экран монитора.

Не знаю, что они там увидели, валюту или мой внутренности? Однако после рамки ни стали меня обыскивать с ног до головы. Вот только костыль мой их заинтересовал. Наверно, смотрели фильм "Бриллиантовая рука".

Пытались разобрать костыль по частям. Вот только у них из этого ничего не получилось. Тогда мой костыль и мою сумку с документами пропустили на конвейере через рамку для вещей.

Мне самому было интересно посмотреть на скелет своего костыля и своей сумки с документами. Ничего интересного там не увидел. Одни только контуры предметов из металла, пластика и дерева.

После того, как все пассажиры прошли регистрацию билетов на самолёт тут же оккупировали дьюти фри – магазины, бары и рестораны. Создавалось такое впечатление, что дикари впервые увидели современную торговлю.

Пока пассажиры скупали товар, который имеется всюду в стране в свободной продаже, а также набивали желудки так, словно их дома не кормили.

В это время у меня было много свободного времени до посадки в самолёт. Меня интересовали, как художника-дизайнера, интерьер и реклама оформления пространства в аэропорту.

Конечно, это всё красиво сделали компьютеры, но, совсем не то, что раньше делали руками художники современной аппаратурой. Полотна, написанные художниками, хранятся столетиями и для истории бесценны.

Художественные полотна, оформленные аппаратурой долго, не хранятся. Они выгорают от искусственного и естественного солнечного света. Жалко современных художников, с которыми исчезает творческое искусство.

За пятнадцать минут до посадки на самолёт в зале ожидания собрались все, кто летит вместе со мной этим рейсом.

За нами приходит длинный автобус. Перед посадкой в автобус проводится последняя проверка билетов на самолёт данного рейса. Когда автобус подъехал к лайнеру все рванули к трапу на посадку в самолёт. Можно подумать, что без них самолёт может улететь. Мне спешить некуда. Без меня самолёт никуда не полетит.

– Вам нужна помощь к посадке в самолёт? – спрашивает меня стюардесса. – У нас имеется техника к подъёму больного на борт самолёта.

– Спасибо! Мне помощь не нужна. – поблагодарил девушку. – Осторожно по трапу поднимусь сам. Мне спешить не куда. Вы без меня никуда не улетите.

– С вами тоже никуда не улетаю. – смеясь, сказала она. – У меня вполне земная профессия. Во время вас посадить на борт самолёта.

После взаимных комплементов мы улыбнулись друг другу. Вполне земная стюардесса жестом руки пригласила меня подняться по трапу за последней семьёй с капризными детками.

Моё место 37-А у иллюминатора. Рядом со мной две женщины неопределённого возраста. Под толстым слоем макияжа на лице сложно определить возраст. По рукам лет шестьдесят каждой.

Вообще-то мне всё равно какой возраст. У меня давно не тот возраст, когда имеется какой-то интерес к женщине.

Может быть, это лучше к месту и ко времени. Не буду отвлекаться на представителей слабого пола.

В иллюминаторе сверкнул солнечный луч, как луч надежды прошлых лет. Лайнер развернулся и побежал на встречу предстоящих событий в моей жизни. Там за горизонтом прошлых лет.

Под нами исчезла полоса и мы рванули в небеса. Над нами мириады звёзд. Парит наш лайнер словно птица. Нам есть на что гордиться. Цвета меняет небосклон. Жизнь прекрасная как сон.

Лететь чуть-чуть. Совсем немного. Всего каких-то три часа. Закрыл глаза вздремнул чуть сладко. Нас приглашают на посадку. Пока ещё о том мечта. Под лайнером маячит высота.

– Господа пассажиры! – прервала стюардесса мои фантазии. – Пристегните ремни безопасности. Нагните головы к коленям. Будет малая турбулентность.

Едва стих голос у меня над головой, как в тот же миг самолёт словно провалился в пустую яму.

Качнуло влево, затем вправо. Задрался и тут же опустился нос лайнера. Кого-то в этот миг стошнило.

Не понял сколько времени прошло целая вечность или мгновения? Не знаю, как это событие коснулось моих соседок по лайнеру? Лично для меня это был не страх, а полный кайф, как от спиртного.

Слегка кружилась голова и полные блаженства в душе и в сознании моём. Турбулентность как возникла, так и закончилось неожиданно. Самолёт принял горизонтальный полёт и поплыл в пространстве словно в океане.

– Турбулентность закончилась. – объявила стюардесса. – Отстегните ремни безопасности. Расслабьтесь. Сейчас подадут воду и минеральные напитки.

Вообще-то мне не очень хотелось пить. Однако, минеральная вода не помешает. Сейчас у меня такой возраст и к тому же диабет, что почти всё нельзя, а минеральную воду можно.

Наконец-то общая суета закончилась. В салоне лайнера уменьшили свет. Пассажиры погрузились в сон. Мне тоже захотелось спать. Надвинул на глаза бейсболку и тут же провалился в сон.

Видимо крепко спал, что не слышал объявления о посадке самолёта. Почувствовал лёгкий толчок колёс лайнера и сокращение пробега по полосе.

Как только самолёт прекратил своё движение, так сразу пассажиры засуетились со сбором на выход. У меня весь сбор в сумке через плечо. Спешить некуда. Дальше всё равно не летим. До утра далеко.

Выходили из самолёта также как входили по трапу. Сейчас выход немного отличается от входа. Первыми выходят те, кто ближе к выходу. В автобусе все сравнялись в одну толпу.

В зале аэропорта регистрация по паспортам в обратном направлении на выход. Вообще-то мне сейчас некуда спешить. Сейчас полночь. Автобусы от аэропорта начинают своё движение в шесть часов утра.

– Цель вашего прибытия? – спрашивает офицер таможни на проверке паспорта. – Какие вещи с собой имеете?

– У меня одна цель прибытия – увидеть внуков. – отвечаю на таможне. – С собой имею только вещи, которые на мне.

При выходе от таможни мне выдают талон на право присутствовать в России сроком на один месяц, согласно обратному билету на самолёт. С сегодняшнего дня, точнее, с ночи, нахожусь в свободном движении по Кавказу.

За пределами здания аэропорта прохладно. Даже не верится, что при вылете с Израиля температура была плюс тридцать пять градусов. Вообще-то мне на улице делать нечего. Лучше быть в зале ожидания.

При входе в зал ожидания обращаю внимание на электронные часы, который указывают время почти два часа ночи. У меня на сотовом телефоне час ночи. Отсюда вывод, что один час нас не было в пространстве в полёте. Мы были в пустой турбулентности, где время не существует.

До первого автобуса два часа. Можно хорошо выспаться. Даже если просплю больше, то ничего страшного. Впереди целый день и целый месяц. Спешить некуда. Вся жизнь позади. Восьмой десяток лет не шутка.

В целях своей безопасности, чтобы меня не обокрали во время сна, сел ближе к участку полиции при аэровокзале. Рядом со мной семья с детками, которые собираются к регистрации билетов на самолёт.

Утром по старой привычке, как дома, проснулся раньше времени за пять минут до звонка будильника в сотовом телефоне. Пошёл в туалет по нужде и заодно освежить своё лицо.

На парковке автобусов возле аэропорта скопилось больше десятка автобусов разных маршрутов по всему Северному Кавказу. Выбрал самый дальний город ближе к горам.

– Мне билет до конечной остановки. – сказал в кассу продажи билетов.

– С вас триста рублей. – сказал кассир. – Автобус отправится через полчаса.

Пришёл вовремя за билетом, за мной выстроилась длинная очередь, которая растянулась на сотню метров, прямо как регистрация билетов на самолёт.

– Все расселись по своим местам. – объявил контролёр при посадке в автобус. – Курить и распивать спиртные напитки в салоне автобуса запрещено.

В автобусе заняты все места. Туристы отправились по туристическому маршруту сразу вовремя прилёта в аэропорт. В этом автобусе большинство пассажиров местные жители, которые отдыхали за границей.

Общественный транспорт в Израиле, подавляющее большинство на электрической тяге, то есть, электробусы разных видов и разных марок. Здесь автобусы на бензине, не большие размером, как у нас маршрутки.

Ехать на автобусе от точки А до точки Б, по времени как на самолёте три часа. С той разницей, что в лайнере комфортно, а в автобусе интересно. Есть на что посмотреть.

За окнами автобуса пейзаж меняется каждые десять километров от аэропорта до города назначения. Выгоревшие под солнцем поля постепенно переходят в луга, поросшие цветами. Ближе к горам лиственный лес.

Город конечного назначения встречает нас новостройками небоскрёбов и частными домами от хат мазанок, до роскошных вилл и коттеджей. Словно здесь на одной площади встретились прошлое и будущее.

До конечной остановке осталось в салоне автобуса всего три человека. Остальные вышли по пути возле своих домов в хуторах, сёлах, станицах и посёлках городского типа.

Девять часов утра самое лучшее время для приезжих дикарями. Час пик прошёл. Когда местные разъехались по своим местам работы и учёбы. Туристов увезли автобусами на экскурсии в разных направлениях.

Самое время для меня позавтракать, а затем поменять доллары США и ЕВРО на рубли. Так как конвертируемую валюту в общественных местах ни где не принимают.

В этом городе бывал и во время прибытия в гости к внукам. Поэтому хорошо знаю где что сколько стоит. К примеру, в столовой без чаевых завтрак стоит триста рублей, а в ресторане с чаевыми завтрак стоит семьсот рублей.

– Мне по-советски. – шутя, объявляю на раздаче продуктов в столовой. – Первое, второе, третье и хлеб на три рубля.

– Вообще-то мы согласны. – шутя, отвечают на раздаче. – Если вы к тройке прибавите два нуля. За каждое блюдо отдельно.

– Нет! Не согласен! – заявил им. – Согласен с вами на полную стоимость.

– С нами будет слишком дорого. – смеясь, ответили девчата. – Делайте заказ.

– Значить так. На первое борщ или щи со с мясом. – начал откладывать на пальцах. – На второе жареная картошка по-домашнему. На третье салат зелёный. На четвёртое компот фруктово-ягодный или чай зелёный без сахара. В заключении домашний хлеб три кусочка. Пожалуй всё.

– Итого, с вас вышло за четыре блюда. – на кассе девушка сделала паузу. – Двести девяносто семь рублей.

– Так это почти бесплатно. Против цены в ресторане. – воскликнул радостно, протягивая в кассу три сотни рублей. – Буду в вашей столовой постоянным клиентом. Сдачи не надо.

– Нам тоже сдачи не надо. – сказала девушка на кассе, выкладывая мне на поднос с продуктами три рубля сдачи. – У нас столовая, а не панель, к нам приходят посетители, а не клиенты.

– Виноват! Исправлюсь. – серьёзно ответил. – Буду посещать вашу столовую.

Завтрак действительно был прекрасным, хотя по времени это был обед. Вполне сытый вышел из столовой на улицу как из домашнего уюта в пекло. Термометр на улице, жара сорок пять градусов.

Надо найти подходящий банк по обмену долларов США и ЕВРО на рубли.

Все банки по содержанию одинаковые. Беру номерок на очередь и жду своей очереди в первую кабину по обмену валюты на рубли.

– У вас доллары США мятые. – говорит дама в кассе. – Такие деньги не пройдут на приём через аппараты спецконтроля.

– Не мятые доллары США в типографии госзнака США. – объясняю даме.

– Мне всё равно какие они в США. – настаивает она. – Аппарат мятую валюту не принимает. Такой порядок в нашем банке.

Достаю из своей сумки новые гладкие купюры ЕВРО. Кассир с подозрением смотрит на меня, затем на новую купюру в сто ЕВРО. Начинает проверять купюру на четырёх разных аппаратах.

– На вашей купюре жирные пятна. – говорит кассир. – Аппараты вашу валюту не пропускают.

– На улице плюс сорок пять градусов. – объясняю ей. – У меня руки потные, у вас тоже. Отсюда пятна на деньгах.

– У меня руки в медицинских перчатках. – говорит она, показывая свои руки, защищённые перчатками от пота. – Аппараты вашу валюту не пропускают.

Спорить с сотрудниками банка бесполезно. Приходится идти с обменом валюты на рубли в другой банк. Там тоже самое. Спецаппаратура в банках словно сговорилась. Всюду бракуют мою валюту.

К вечеру у меня уже не было никаких сил в жару ходить по банкам. К тому же пора поужинать. За прошедшие сутки всего один раз кушал в этом городе. Решил пройти ещё пару банков и на этом закончить.

В почта-банке седоволосая пожилая женщина, почти моя ровесница, больше смотрела на меня, чем на представленные на обмен моей купюры. Затем начала проверять мою конвертируемую валюту на нескольких спецаппаратур в банке. Мне не было видно, что происходит в аппаратах.

– Курс долларов США равен семьдесят четыре рубля за один доллар. – сообщила кассир. – Курс ЕВРО равен восемьдесят шесть рублей за одну купюру. Вы согласны на такой обмен?

– Да! Конечно, согласен! – вырвалось у меня из уставшей души. – Можно подумать, что у меня есть другой выбор.

Женщина несколько раз пересчитала деньги на аппаратах и дважды рублями. Получилось шестнадцать тысяч рублей. По стоимости товаров в рублях это совсем мало. Но, у меня ещё, примерно, столько с обмена в Израиле.

На пару недель тридцать две тысячи рублей вполне хватит. Пока не решил какой будет у меня маршрут на один месяц. В любом случае на моём маршруте будут города, в которых будут банки к обмену валюты в рубли.

На сегодня в этом городе у меня остаётся лишь ужин. Затем можно выехать в выбранную станицу вблизи гор, где можно отдохнуть пару дней и там сходить на рыбалку. Если там есть рыба в речке или в озере.

– Мне так понравились ваши блюда, что решил сегодня повторить. – сказал всё тем же девушкам на раздаче и в кассе столовой. – Повторите тоже самое.

– Мы очень рады, что вы опять пришли к нам. – искренне, порадовались они.

Два раза в день сытно покушать, это норма для моей диеты от диабета. Можно покушать в день даже три-четыре раза в день небольшими порциями.

Как можно больше двигаться, чтобы похудеть.

После ужина в наступившие сумерки жара упала на несколько градусов. Можно неспеша пройти на автобусную станцию и сесть на автобус дальнего маршрута в сторону гор.

На парковке автобусов стояла всего одна большая маршрутка, которую тут тоже называют автобусом. Рядом с автобусом на скамейке сидели в основном старики и старухи.

По авоськам, сумкам, корзинкам и вёдрам было понятно, что в город приезжают за продуктами. Отсюда вывод, что в сельской местности плохо хозяйство. В моё детство у нас дома в колхозе всё было своё.

– Вам куда надо? – спросил меня водитель во время сбора денег за проезд.

– Меня интересует последняя остановка. – ответил, приготавливая деньги.

– До конца не еду. – серьёзно, ответил водитель. – У меня парковка на ремонт в начале станицы. Дальше можно пройти пешком. С вас сто рублей.

Моё место было сразу за водителем. Рядом второго места не было. Можно расслабиться и в дороге поспать. Пока мне неизвестно, где буду ночевать. По рекламе выбрал несколько самых дешёвых комнат за пятьсот рублей в сутки.