Автор выражает благодарность за помощь в работе В. В. Гурулёвой (Отдел нумизматики Государственного Эрмитажа).

© А. В. Быков, 2022

© Оформление. ООО ЦКИ «ПАВА», 2022

* * *

Менялы за работой

Афины – один из самых больших городов в Греции, столица современного государства, центр ее политической жизни. Он расположен на землях небольшого полуострова Аттика. Над городом на скалистом выступе – Акрополе – возвышаются храмы богов. Акрополь по-гречески – «верхний город». Там, рядом с богами, в античное время, более двух с половиной тысяч лет назад, проживали и правители Афин.

Обычные люди селились ниже, у склона Акрополя. Там были жилые дома, общественные здания, торговые площади. Отсюда начинались дороги в другие города Греции. А еще ниже, у самого моря, в отдалении от города находилась морская бухта – Пирей. Туда заходили корабли не только из разных городов Греции, но и из соседних стран, расположенных по берегам Средиземного и Черного морей. Торговцы во все времена доставляли в Пирей товары своих стран для продажи. Здесь они покупали изделия афинских мастеров и товары из других городов Греции. Для этого нужны были деньги. Часть денег торговцы привозили с собой, другую получали за товары на месте. Денежные единицы могли иметь одинаковые названия, но отличаться по весу и качеству металла – пробе.

Разобраться с этим было непросто, но в Греции в каждом торговом городе имелись знатоки денежных единиц. Вот и в Пирее, на самом берегу, спасаясь от жары под крытыми навесами, за столами сидели люди. У каждого из них имелись весы с гирьками и разложенные по сортам разные денежные знаки. В одной кучке золотые, в другой серебряные, а в третьей – медные деньги.

Эти люди назывались менялы. У них очень важная работа. Деньги, которые привозят в Пирей, непохожи друг на друга, и надо уметь распознать их ценность.

В лавке менялы

Взять, к примеру, золотой статер. Это дорогая денежная единица, в ней восемь с половиной граммов золота. Ее можно разменять на 10 серебряных сиклей, каждый из них будет равен двум греческим драхмам. В драхме считали по шесть оболов, обол делили на восемь медных халков, в каждом из которых, в свою очередь, было две лепты. Лепта по-гречески – «мелкая», «тонкая», поэтому самая маленькая монета того далекого времени и получила это название.

Для того чтобы управляться с деньгами, надо уметь хорошо считать. К тому же в разных странах вес монет отличался, а золото могло быть и разной пробы. Количество примесей к основному монетному металлу влияет на ценность денежной единицы. Это называется словом «лигатура». Но у менялы глаз намётан. Если золотой статер слишком «бледный», светло-желтого цвета, то золота в нем едва ли половина, а это уже не золото, а сплав с серебром – «электр», цена которому ниже.

С серебром та же история. Серебро без примесей – мягкий металл, его можно попробовать на зуб, и на монете останется отметина, а если туда добавили медь, то такой сикль или драхму на зуб не возьмешь, и стирается она значительно меньше, чем та, что из чистого серебра. Если же меди половина, то серебряной такую монету можно назвать с большой натяжкой, ведь в обращении медь себя покажет и вскоре выпуклые части низкопробной денежной единицы станут красноватого цвета. Цена такой драхмы вдвое меньше, чем монеты из чистого серебра, да попробуй еще пустить ее в оборот: желающих будет не много, а еще могут и обвинить, что драхма ненастоящая. Такие случаи бывали в Греции.

Греческий золотой статер с изображением пшеничного колоса.

Оболы тоже не так просты: это раньше они были стержнями, потом так называли части серебряной драхмы, а уж впоследствии – снова медные монеты. Что уж говорить про халки и лепты: цена у них совсем невелика. Но они тоже нужны меняле, ведь, сравнивая вес и пробы золота и серебра, разницу он компенсирует медными монетами, выравнивая суммы счетом. Как все сложно, не высказать!

Как понтийский грек в Афинах торговал

Черное море отделяют от Средиземного проливы. Миновав их, мореплаватели, которые шли на судах с юга через Эгейское море, где много островов, попадали на морской простор и, если погода благоприятствовала и ветер был попутный, быстро пересекали Понт Эвксинский – так греки именовали Черное море. На его северном берегу тоже были греческие города-колонии. Один из них в восточной части полуострова Таврида (современный Крым) назывался Пантикапей. Сейчас на месте Пантикапея расположен российский город Керчь.

Две с половиной тысячи лет назад греки-колонисты выращивали в этих местах пшеницу, оборонялись от кочевых племен, живших в степях, и чувствовали себя хозяевами окраины греческого мира.

Именно там и очутилась Копеечка, выбравшись из времени, когда еще не было денег. Ее, как и прежде, называли обол, но теперь это была настоящая денежка округлой формы с изображением бородатого человека на одной стороне и крылатого существа – на другой. Она прибыла в Пирей со своим хозяином. Тот привез в Афины зерно и мечтал вернуться с вещами, в которых нуждались жители Пантикапея. Их интересовали тонкой выделки легкие ткани для туник, сандалии из кожи, наконечники для копий и стрел из железа – металла, открытого гораздо позднее бронзы и очень необходимого в обиходе. Железные наконечники для стрел были гораздо крепче бронзовых и намного дешевле.

Хозяин монетки рассчитывал выгодно продать зерно и обратно увезти много афинских товаров.

– Ты должен сначала заплатить налог за право торговли, – сказали ему, как только он сошел на берег. – Видишь человека в белоснежной тунике? Он собирает деньги с торговцев. Уплатив ему, ты сможешь продавать товар в Афинах в торговых рядах.

Торговец из Пантикапея подошел к чиновнику, поклонился и спросил, сколько ему надо заплатить за право продать свой товар.

– Четырех афинских драхм будет достаточно.

– Сколько это по-нашему? – переспросил островитянин.

– Ступай к меняле, он тебе все рассчитает и обменяет, как положено, мне же принесешь сумму в драхмах и получишь кожаный жребий – знак на право торговли.

Торговец огляделся, заметил место, где сидели менялы, и отправился туда. С собой у него был мешок с медными оболами, среди которых скрывалась и Копеечка.

– Что у тебя? – подняв голову на посетителя, спросил меняла.

– Мне надо разменять наши деньги на четыре афинские драхмы в уплату за торговое место. Вот, – он протянул меняле мешок с оболами.

Тот вытряхнул содержимое на стол и разочарованно заметил:

– Да тут одни медяки! Знаешь, сколько в афинской драхме оболов?

– Да, как и везде, шесть, у меня в мешке тетроболы, четыре обычных в каждом.

По-гречески цифра «четыре» звучит как «тетра». В Афинах и других греческих полисах в ходу были монеты достоинством 4 драхмы – тетрадрахмы, в Пантикапее медные монеты достоинством 4 обола и их половинки – диоболы.

– На сумму платежа приходится 6 тетроболов, или 24 одинарных.

– Ишь ты, какой хитрый, совсем как финикиец! Норовишь меня обмануть? – прищурился меняла. – Напрасно! Это у тебя не четвертные, а двойные оболы, по афинскому счету их не 6, а 12 в тетрадрахме. Это и будет правильный размен. Да еще 3 штуки я возьму за работу. Итого ты мне должен 15 больших оболов. Расчет окончен.

– У меня в кошельке всего 20 монет, мне надо еще что-то есть, где-то снять жилье!

– Веди себя скромнее, спи в своей лодке, ешь лепешки, пей воду, и тебе хватит.

Понтийский грек был огорчен, он чувствовал, что меняла его обманул, но не мог понять как.

– Подожди, уважаемый, в тетрадрахме ведь шесть тетроболов! Почему же ты считаешь двенадцать?

– Афинские оболы из серебра, а твои из меди, которая дешевле в разы, поэтому их надо больше.

– Но у нас в Пантикапее не так!

– А ты не у себя дома, а в Афинах, тут свои законы и свои деньги. Возьми свою тетрадрахму и беги, плати, иначе завтра не сможешь торговать.