Глава 1. Западная Африка: первое путешествие Робинзона Крузо.

"Жить необязательно. Путешествовать – необходимо" – Уильям Берроуз, американский литератор

"Бойтесь своих желаний – они имеют свойство сбываться" – М. А. Булгаков "Мастер и Маргарита"

Маленькие дети!

Ни за что на свете

Не ходите в Африку,

В Африку гулять!

В Африке акулы,

В Африке гориллы,

В Африке большие

Злые крокодилы

Будут вас кусать,

Бить и обижать, -

Не ходите, дети, В Африку гулять

 К. И. Чуковский «Бармалей»

Обычно мы связываем образ Робинзона Крузо с необитаемым островом, на котором он прожил долгие 28 лет – сначала в полном одиночестве, а потом вместе с туземцем Пятницей, и упускаем из виду то, что герой писателя Даниэля Дефо, прежде чем стать отшельником, был торговцем и моряком и оказался на диком острове в устье реки Ориноко в результате того, что его корабль, направлявшийся из Бразилии в Гвинею, потерпел кораблекрушение.

Мореплавание в эпоху парусного флота было профессией не просто мужественной, а по-настоящему героической, и человек, выбравший ее, не мог не понимать, что невзгоды, лишения и катастрофы были неотъемлемыми спутниками его ремесла.

Но сначала – несколько слов о самом герое Дефо. В романе говорится, что он родился в 1632 году в английском городе Йорке, в почтенной и зажиточной купеческой семье, глава которой, приехав в Англию из германского Бремена, основал там собственное дело и со временем скопил приличный капитал. Своим именем, как принято считать, персонаж романа обязан пресвитерианскому священнику, некоему Тимоти Крузо, с которым Даниэль Дефо учился вместе в школе, носившей громкое наименование «Академии Мортона».

Отец надеялся, что Робинзон станет юристом, однако сам юноша имел на этот счет другое мнение и с детства был одержим романтической мечтой о дальних морских плаваниях. Что же, мечта юноши сбылась (как тут не вспомнить знаменитую фразу из романа Михаила Булгакова "Бойтесь своих желаний – они имеют свойство сбываться"). Одно из плаваний героя Дефо закончилось катастрофой, и волею судеб Крузо, словно Прометей, оказался надолго прикованным к маленькому клочку суши в Атлантическом океане, неподалеку от берегов Южной Америки.

Отшельничество на необитаемом острове, продлившееся до размера человеческой жизни стало, как будто, главным событием его жизни и для читателей, и для самого Робинзона, однако не будем забывать о том, что герой Дефо, на протяжении долгих лет путешествуя по земному шару, посетил четыре континента и мнгзжество обитаемых стран и островов, где он испытал целый ряд "удивительных и необыкновенных"приключений.

Принято считать, что основные путешествия Робинзона Крузо описаны на страницах второго тома романа Даниэля Дефо, носящего непривычное для глаза современного читателя длинное и отчасти неуклюжее название «Дальнейшие приключения Робинзона Крузо, составляющие вторую и последнюю часть его жизни, и захватывающее изложение его путешествий по трём частям света, написанные им самим». На самом же деле Крузо пустился в дальние морские плавания еще совсем молодым человеком, а проведя на необитаемом острове двадцать восемь лет и вернувшись на родину, не превратился в оседлого человека и, несмотря на солидный по тем временам возраст, продолжил свои удивительные странствия, на этот раз уже в качестве капитана и владельца торгового судна.

В один прекрасный день мне, как человеку, некогда изучавшему экономику, статистику и географию, пришел в голову один необычный, хотя в сущности достаточно незамысловатый вопрос: сколько же именно стран и земель, не считая своего необитаемого острова (и даже считая его), посетил за свою долгую и бурную жизнь моряк из Йорка? Самое удивительное что, как будто, никто из комментаторов творчества Даниэля Дефо не задумывался всерьез над этим предметом.

Раз так, почему бы не попытаться закрыть белое пятно (о существовании которого, похоже, никто и не догадывался), или, быть может, "гештальт" в биографии знаменитого литературного героя о котором мы, как выяснилось, знаем еще далеко не все? Тем более, что найти ответ на этот вопрос нам предстоит не где-нибудь за тридевять земель, а в хорошо знакомых нам произведениях человека, придумавшего Робинзона Круза – писателя, журналиста, неудачливого коммерсанта и тайного сотрудника британских спецслужб Даниэля Дефо.

Разумеется, поиск этот может быть далеко не таким простым, как может показаться на первый взгляд. Не стоит забывать о том, что политическая карта второй половины XVII века значительно отличалась от современной, и это вынуждает нас при описании стран и мест (назовем их «локациями»), которые посещал Крузо, использовать подход, который логично назвать «двойной бухгалтерией», или точнее «двойной географией» – приводить в тексте как современные названия территорий и стран, в которых побывал Крузо, так и те, что бытовали в ту далекую эпоху. К тому же не стоит забывать, что книги Дефо – это художественные произведения, а не судовые журналы, и далеко не во всех случаях нам удается восстановить по ним точные маршруты его героя.

Приехав после окончания школы в столичный град Лондон, провинциал Крузо подружился с неким морским капитаном, который ходил на своем корабле в плавания к берегам Западной Африки, в Гвинею. Последний вояж принес ему немалую прибыль, и он намеревался снова отправиться в те же самые края, надеясь умножить свой капитал. Старый морской волк предложил юному Крузо стать его компаньоном и спутником в поездке. И это стало предложением, от которого юноша не мог отказаться.

«Отправляясь в Гвинею, я захватил с собой кое-какого товару: закупил на сорок фунтов стерлингов различных побрякушек и стеклянных изделий, находивших хороший сбыт у дикарей», – рассказывает герой Дефо.

Сорок фунтов стерлингов в те времена были немалыми деньгами. Молодой человек не имел каких-либо собственных источников доходов, и, судя по всему, получить эту сумму ему помогли близкие родственники, скорее всего, мать, потому что отец, как признается сам Робинзон, был решительно против того, чтобы его сын стал моряком.

Какими же именно товарами собирались торговать Крузо и его друг-капитан? Есть предположение, что этот товар был живым, поскольку в ту эпоху «гвинейский вояж» европейских торговцев, как правило, подразумевал закупку на Гвинейском побережье африканских рабов – вид заморской торговли, приносивший тогда наибольшую прибыль. Первый вояж оказался удачным, однако, как пишет Робинзон:

Даже и в этом путешествии на мою долю выпало немало невзгод, и главное, я все время прохворал, схватив сильнейшую тропическую лихорадку вследствие чересчур жаркого климата.

Где же конкретно он побывал? Робинзон пишет, что:

Побережье, где мы больше всего торговали, лежало между пятнадцатым градусом северной широты и экватором.

Как раз именно в этом регионе и находились «охотничьи угодья» европейских работорговцев. На берегах винейского залива сейчас расположено сразу несколько африканских государств, однако Дефо не дает нам более точных координат того, где именно делал стоянку (или стоянки) корабль Робинзона. Известно, что для удобства торговли и безопасности европейцы строили вдоль берега залива поселения, защищенные фортами – так называемые «невольничьи фактории». В качестве места для таких факторий обычно выбирали устье какой-либо крупной реки либо небольшой остров близ побережья (известно, что главным британским фортом на гвинейском побережье стал Кейп-Кост-Касл). Иногда торговцы живым товаром захватывали рабов силой, но гораздо чаще они покупали их у вождей местных племен за дешевые товары, украшения или побрякушки, после чего помещали под охрану в сараи или пакгаузы, известные как «загоны для рабов», откуда и грузили их на свои корабли.

Первым англичанином, который начал вывозить рабов с побережья Гвинеи в Америку, был сэр Джон Хокинс (1532−1595 гг.), герой битвы с испанской Непобедимой армадой. Со временем верховная власть решила, что глупо оставаться в стороне от такого выгодного бизнеса, и в начале XVII века король Яков I предоставил некоей акционерной компании (разумеется, имевшей высоких покровителей) монополию на торговлю с Гвинеей.

Полвека спустя, в период, когда Робинзон еще пребывал на своем острове, королевскую грамоту получило еще одно предприятие, известное как «Компания королевских предпринимателей Англии по ведению торговли с Африкой», которая обязалась ежегодно поставлять на английские плантации в Северной Америке и на Карибах по три тысячи рабов. Впрочем, частная работорговля тоже никуда не делась: как пишет историк Дж. Доу, в 1680−1700 гг. королевская африканская компания вывезла из Западной Африки 140 тысяч невольников, в то время как частные предприниматели – 160 тысяч.

Справедливости ради следует признать, что Дефо все-таки нигде не говорит прямо, что его герой стал работорговцем – быть может, потому, что реалии этого бизнеса, возьмись он описывать их во всех деталях, не могли не произвести неприятного впечатления на аудиторию; не говоря уже о том, что несчастных отрывали от родных и привычного образа жизни, условия, в которых они содержались во время переезда, были просто чудовищными, и, как следствие, значительная часть рабов гибла, не добравшись до конечного пункта назначения.

Спрос на чернокожих невольников в самой Британии был достаточно ограничен (чаще всего они использовались в качестве домашней прислуги), поэтому корабли обычно везли свой груз через океан, на британские плантации в Вест-Индии, на Барбадос или Ямайку, где существовал высокий спрос на рабов (впрочем, о таком плавании герой Дефо также не упоминает). Первый гвинейский вояж оказался удачен, и молодой Крузо имел все основания быть довольным собой, потому что заработал без малого триста фунтов стерлингов, в несколько раз окупив вложенный в дело капитал (гвинейская торговля был делом рискованным, но крайне прибыльным).

Но, как оказалось, судьба играла с Робинзоном в кошки-мышки или, быть может, в более привычную для русского человека "орлянку", и следующий вояж Крузо закончился полнейшей катастрофой.

«Это было самое злополучное путешествие, какое когда-либо предпринимал человек», – с пафосом восклицает герой.

Между Канарскими островами и африканским материком судно, на котором плыл Крузо, было атаковано мусульманским корсаром; силы были неравны, и после короткого боя всех членов экипажа взяли в плен и доставили в порт Сале. В XVII веке этот город-порт считался гнездом мавританских пиратов и, хотя номинально он являлся частью султаната Марокко, де-факто был независимым государством, и распоряжения султана местные власти исполняли лишь в тех случаях, когда они соответствовали их собственным видам. Помимо собственно Сале, в это квази-государство входили два соседних города – Рабат (нынешняя столица Марокко) и Касба. В настоящее время Сале вместе с Рабатом образует единую столичную агломерацию, население которой составляет порядка 2,5 млн. человек.

Заметим, что в XVII веке для того, чтобы попасть в плен к маврам, не обязательно было, подобно герою Дефо, отправляться в плавание к берегам Африки: пираты Сале время от времени сами посылали экспедиции для захвата добычи к берегам христианских государств Европы, а иногда и в островную Британию. Невольничий рынок города был переполнен рабами-христианами, и в 1626 году, согласно рассказу очевидца, там находилось более тысячи одних лишь английских невольников. В 1637 году для их освобождения в Сале была послана эскадра из трех европейских кораблей и при поддержке короля Марокко, имевшего свои счеты с пиратской вольницей, разбойничье гнездо было разрушено, а христианские пленники получили свободу.

Впрочем, нанесенный пиратской республике удар не стал для нее смертельным: прошло какое-то время, и нападения мавров на христиан возобновились (заметим, что и сами христиане тоже были далеко не безгрешны), о чем свидетельствует хотя бы тот факт, что в статье «План английской коммерции», написанной в далеком 1728 году (то есть три четверти века спустя после того, как Робинзон попал в плен) Дефо предлагал очередной проект искоренения пиратства Сале – и, стало быть, таковое по-прежнему оставалось серьезной проблемой.

Превратности судьбы, превратившие его из свободного человека в раба, повергли юношу в глубокую депрессию. К счастью для Крузо, его не угнали на каменоломни в глубине африканской пустыни, а поручили ухаживать за домом хозяина в качестве его личного слуги. Несмотря на свой относительно привилегированный статус Крузо, как и всякий пленник, не переставал мечтать о побеге, и два года спустя долгожданный случай, наконец, представился. Когда хозяин-мавр послал его ловить рыбу на баркасе в сопровождении мальчика Ксури и взрослого мавра, исполнявшего обязанности надсмотрщика, Крузо, улучив момент, столкнул мавра за борт, мальчика же пощадил и оставил на борту, взяв с того клятву верности.