Глава 1

Студенческие годы — это не только лекции, семинары, сдача экзаменов, но и важный этап в жизни любого человека, порой “приправленный” веселыми приключениями, ночными разговорами, гулянками до утра и сексом, куда же без него? Кто-то находит любовь, а кому-то достаточно с кем-то переспать. Да, одним словом учеба в университете или колледже — занятная пора юности.

— Прическу мне сделали в новой парикмахерской на углу Мейпл-драйв и Третьей, — отвечает Лина Холл подруге, но уже смотрит не на неё.

Она наблюдает за парнем, который только что вошёл в аудиторию, мысли о нем сводят ее с ума. Он является для нее объектом вожделения, недосягаемым… и оттого еще более желанным.

Дэймон Винтерс не ходит — он плывёт. Плечи расправлены, подбородок приподнят, губы сложены в ленивую усмешку, будто он знает про тебя всё. Руки висят вдоль тела, но даже в этом есть что-то расслабленно-опасное. И задница — Лина залипает на секунду дольше, чем следовало бы. Обтянутые джинсы не оставляют простора для фантазии, но фантазия всё равно работает на всю катушку.

— Даже не старайся, — тихо говорит Миранда Фостер. Подружка произносит эти слова без злобы, без издевки в голосе. Она просто понимает, что успешных парней никогда не привлекают тихие девушки с обычной внешностью. Им подавай фигуристых, раскрепощенных, в меру стервозных куколок с упругими попами. — Лин, ты с ним в разных весовых категориях.

Дэймон садится на последний ряд. Конечно, куда же ему еще плюхнуться? От таких не ждут отличных оценок, да и им обычно важен лишь спорт и с кем-нибудь покувыркаться всласть.

— Он недосягаем для нас, — добавляет Миранда и берётся за массивную серую тетрадку, в которой старается всегда писать аккуратным почерком, чтобы было красиво и понятно при повторении материала на дому. Мистер Харрис уже входит в аудиторию, скоро начнется лекция.

— Я знаю, — шепчет Лина и всё равно смотрит на парня. И что, что он недосягаем для нее, разве нельзя пофантазировать, раз нет возможности потрогать его?

Дэймон Винтерс — качок, игрок в регби. Что еще добавить о нем? Ходит на карате по выходным, живет в загородном доме, слушает хардкор и обычно ведет себя самоуверенно. Такие легко заводят друзей, и таким легко дается общение с противоположным полом; его мускулистое тело, брутальное лицо и самоуверенность в совокупности делают его тем, кто он есть.

Сейчас Дэймон придвинулся к Скайлер Вэнс, положил ладонь ей на колено, большим пальцем водит по ней туда-сюда. Девушка не сопротивляется. Она является капитаном черлидерш, характер у нее стервозный, но на обложку многие ведутся. Живет она в особняке у моря, с детства обеспечена всем, чем только можно.

— Что он в ней нашёл? — выдыхает Лина. Да, фигура классная, сиськи, попа… но а внутренний мир? Там пустота пустот, минимум мыслей в голове.

— Молодой человек! Винтерс, да, я к вам обращаюсь! — мистер Харрис, худой профессор, в старомодном костюме, подходит к нему. — Слушайте лекцию, а то экзамен не сдадите.

Дэймон даже не поднимает глаз. Харрис возвращается к доске, выводит формулу. В аудитории снова гул. Здесь никто никого не выгонит — платят слишком много эти платники. Это Лина с Мирандой-то парятся, потому что на бесплатной основе обучаются.

Лина достаёт свой красный дневник с золотым львом на обложке. Она старается писать в нем каждый день, ей просто нравится сам процесс. Обожает перечитывать, испытывать снова определенные эмоции, вспоминать что-то хорошее, что хоть и не часто, но с ней случалось.

«Посидела бы я с ним за одной партой хоть денек, и прошелся бы он рукой по моей коленке, пока все заняты своими делами, а еще лучше… приподнял бы мне юбку и запустил бы пальцы прямо туда в киску».

Она пишет это и чувствует, как теплеет между ног.

— Мне порой кажется, что ты приходишь сюда только ради того, чтобы поглядеть на него, — укоряет Миранда. — Послушай, как мистер Харрис рассказывает про способы исследования плёнок аморфного углерода в плазме азота. Разве тебе не интересно?

— Не то слово, — выдаёт с сарказмом Лина.

После пар она сидит под дубом. Тень спасает от солнца. На поле играют в регби. Дэймон носится по траве, взмокший, сосредоточенный, чертовски привлекательный. Футболка прилипла к груди, прорисовывая соски. Шорты сползли слегка. В какой-то момент его сбивают с ног — он падает в грязь, встаёт, отряхивается и снова бежит.

Лина и не сомневалась, что он встанет, ведь Винтерс никогда не распускает сопли, не признает провалов. Таких парней называют самцами, но Дэймон Винтерс даже лучше… он альфа. Нет, не просто какой-то мачо, бабник, плейбой со спортивной фигурой, а выше, сильнее, проворнее других.

Лина медленно проводит языком по губе — ее новая привычка, она делает так, когда думает о нём. Ох, если бы ей посчастливилось хоть денек побыть в теле Скайлер Вэнс, то она воспользовалась бы шансом провести с ним жаркую ночь, подставляя под его член свои дырочки и ротик.

Внезапно прилетает мяч. Бьёт в ствол дуба и падает к её ногам. Она поднимает глаза и видит Дэймона, бегущего в ее сторону. Широкий шаг, взгляд прикован к мячу.

Сердце ухает вниз, между ног коротко и остро сжимается. Она могла бы улыбнуться. Сказать «привет» или «возьми». Вместо этого девушка хватает рюкзак, вскакивает — и ныряет в кусты, забыв дневник на траве.

Дэймон подбегает, хватает мяч, собирается вернуться обратно на поле, но его взгляд останавливается на красном дневнике со львом. Поднимает, открывает наугад, пробегает глазами строчку — и медленно улыбается.

«Хочу, чтобы он уложил меня лицом вниз на траву… чтобы Дэймон не спрашивал, удобно ли, чтобы просто взял и вошел глубоко в меня».

Он закрывает дневник. Проводит большим пальцем по обложке — медленно, почти ласково, а затем суёт книжку за пояс шорт сзади и бежит обратно на поле.

Лина из кустов наблюдает за тем, как Дэймон Винтерс отдаляется от нее.

Первая мысль — холодный удар под дых: он прочитает всё, узнает о всех ее грязных фантазиях!

— О, чёрт, — выдыхает она беззвучно. Пальцы впиваются в ствол дерева.

Ей следует что-то сделать! Она должна выйти из кустов, потребовать вернуть дневник! Но ноги не слушаются, а внутри, глубоко и постыдно, пульсирует другое чувство...

Он прочитает, как она хочет его…

Лина прикусывает губу чуть ли не до крови. Между ног — жарко и влажно от страха. Или не только от страха?