skyeng2018

Рецензии и отзывы на Падение. Изгнание и царство

Читайте в приложениях:
334 уже добавили
Оценка читателей
4.08
Написать рецензию
  • FrankyX
    FrankyX
    Оценка:
    150

    Рассуждения о смысле бытия всегда невольно и вольно приводят к оценке своей непосредственной роли в социуме. А именно что мы привнесли в этот мир, что отдали, какими средствами и что нам от этого стало. Так и главный герой «Падения» Жан-Батист, беззаботно ведя своё существование, вдруг осознает, что строит свою жизнь иррационально. Он сосредоточен на себе, если любить – то самого себя. Если проявлять благодетель нуждающимся, то не из-за доброты душевной, а себя же ради. Чтобы непременно испытать возвышенность над другими и быть тем самым непременно высоко довольным собой и даже более того: быть довольным собой в полной мере. Но жизнь преподносит сюрприз в игре внезапно проснувшейся совести. Людям, которым присуща воля, способным изменить себя согласно гласу разума и перестроить жизненные ориентиры вне укора совести – удается изменить себя. Но их считанные единицы. Человеческая природа абсурдна. Она сгенерирует тысячу причин оставаться на проторенной дорожке, даже если разум самопровозглашает собственные поступки как непомерное зло и аморальную дрянь, а себя самого как объект деградации. Человек, в большинстве своем, все равно из-за комфорта и в силу привычки найдет вагон и маленькую тележку причин оставаться прежним мерзким гадом, даже если общество с этим мирится не станет. Он даже способен придумать собственную теорию, чтобы оправдать не других, а самого себя, что он почти святой. Так и главный герой «Падения» врёт, лицемерит, развратничает. Он осознает и признает свои поступки, он осуждает себя и только ради того, чтобы потом можно смело судить других. И по профессии он никто иной как «судья на покаянии».

    Альбер Камю вскрыл огромный пласт человеческого естества, найдя в нем существенное преобладание иррационального и даже абсурдного. При чтении возникает некая ассоциация с «Портретом Дориана Грея» Оскара Уайльда. Но это далеко не означает, что эти книги похожи. Общего в них то, что герои разлагаются и внутри и снаружи. Хотя у Камю разлагаются больше внутренне. Большее сходство, скорее всего, с Достоевским. А именно с его способностью препарировать гнилые души, открывать червоточины – эти глубокие моральные проблемы, которые так глубоки, что не каждый автор сможет их достать.

    Стоит отметить, что стилистически произведение выдержано крайне необычно. Повествование идет как чистый поток сознания Жана-Батиста. Он встречает незнакомого собеседника в баре Амстердама, который является его соотечественником и ведет «диалог» с ним. Точнее не «диалог», а монолог с ним. Говорит только главный герой, а собеседник слушает. Можно сказать, что читатель и есть его собеседник. Потому что именно ему – читателю, суждено вынести вердикт всей истории в конце. И вердикт, скорее всего, будет не в пользу главного героя, потому что так жить нельзя. Нельзя так жизнь как Жан-Батист. Осознав себя как лицемера, он вовсе не отказывается от своей сути, а находит новое оправдание для продолжения привычной ему жизни. Это воистину ужасно.

    Для тех кто не читал Камю ни разу.

    Учтите, что перед вами ода о человеческом несовершенстве. Это дело вовсе не решается в принятии или непринятии несовершенства как такового. А в том, что с ним делать и как быть. «Падение» иллюстрирует яркий случай самообмана в этом отношении, проблему это не решает, зато какой колоссальнейший толчок дает эта книга, чтобы человечество наконец и вправду задумалось. Это настоящая пища для ума и «Падение» заслуженно занимает особую нишу в мировой литературе для людей по-настоящему любящих думать.

    Читать полностью
  • Tarakosha
    Tarakosha
    Оценка:
    69

    Все мы любим порой в большей или меньшей степени "изливать душу" собеседнику. А уж у нас в стране так и издавна так повелось, что вместо практикующих психологов , которых до недавнего времени особо и не было, мы рассказываем о том, что нас беспокоит, тяготит или требуют выхода эмоции своим друзьям и подругам. Можно было бы порой и уши незнакомых людей использовать по назначению, чтобы потом не тяготиться так вдруг возникшим откровением, но мало и редко кто такое позволит.

    А вот у героя Камю Жан-Батиста Кламанса такая возможность появилась. Бывший парижский адвокат, волею случая оказавшийся в Голландии в какой-то момент оказывается за столиком в кафе с незнакомым человеком и беседа ( наличие которой мы только можем предположить) превращается в монолог, исповедь героя, где он не ищет оправдания, ни в чем не раскаивается , не ждет от вас ответной реакции, он рассуждает о многих важных вопросах и темах и скорее всего жаждет узреть подтверждения собственным мыслям и выводам. А если таковых не окажется, он и так проживет. Ведь главное не в этом.

    В небольшом по объему произведении автору устами ГГ удалось поговорить и о людском эгоизме и его неискоренимости, о быстротечности жизни и неминуемом её конце рано или поздно, о Боге и людях , нас окружающих, друзьях и знакомых и ролях, которые мы исполняем друг для друга, об отношениях мужчины и женщины, любви и ненависти, о Боге и религии, преступлении и наказании... Я даже не знаю, анализируя прочитанное, что бы не затронул Камю здесь.

    И самое интересное, что даже не соглашаясь с чем-либо , слушать героя интересно, увлекательно, несмотря на местами резкость его суждений, и создается ощущение сопричастности, когда невольно его слова и поступки "примеряешь" на себя и своё окружение и в целом на мир и картинка-то получается не всегда радужная, но от этого не менее актуальная и стимулирующая задуматься о том, как мы живем, в погоне за призрачным, растрачивая самое ценное - время и жизнь.

    И отдельный респект автору за историю с мостом в жизни ГГ и её отголоски в дальнейшем.

    Читать полностью
  • climate_change
    climate_change
    Оценка:
    43

    Это просто какой-то невероятный поток сознания героя. Исповедь, поток мыслей, желание казаться лучше, чем есть на самом деле, желание оправдать свои поступки
    Читая, невозможно остановиться ни на секунду, строки влекут и тянут, а книгу хочется выписать всю на цитаты.
    Сначала, для меня это был просто взгляд со стороны на героя, любопытство, интерес, не более того.
    Но позже, я поймала себя на мысли, что его размышления, действия, слова заставляет спроецировать картинку на себя, на свои действия и на окружающих меня людей.

    Я задумалась о взаимоотношениях с друзьями:

    И главное, не воображайте, что ваши друзья станут звонить вам по телефону каждый вечер (как бы это им следовало делать), чтобы узнать, не собираетесь ли вы покончить с собой или хотя бы не нуждаетесь ли вы в компании, не хочется ли вам пойти куда-нибудь. Нет, успокойтесь, если они позвонят, то именно в тот вечер, когда вы не одни и когда жизнь улыбается вам.
    не верьте вашим друзьям, когда они будут просить вас говорить с ними вполне откровенно. Они просто надеются, что своим обещанием ничего от них не скрывать, вы поддержите их высокое мнение о себе самих.

    Я задумалась о любви и эгоизме:

    Я знал человека, который отдал двадцать лет своей жизни сущей вертихвостке, пожертвовал ради нее решительно всем – друзьями, карьерой, приличиями и в один прекрасный день обнаружил, что никогда ее не любил. Ему просто было скучно, как большинству людей. Вот он и создал себе искусственную жизнь, сотканную из всяких сложных переживаний и драм. Надо, чтобы что-нибудь случилось, – вот объяснение большинства человеческих конфликтов. Надо, чтобы что-нибудь случилось необыкновенное, пусть даже рабство без любви, пусть даже война или смерть!
    Так уж скроен человек, дорогой мой, это двуликое существо: он не может любить, не любя при этом самого себя.
    Считаться только со своим настроением — это привилегия крупных зверей.
    Одни кричат: "Люби меня!", другие: "Не люби меня!"
    А есть такая порода людей, самая скверная и самая несчастная, которая требует: "Не люби меня и будь мне верна".

    Я задумалась о социальном обществе:

    Каждому человеку рабы нужны как воздух. Ведь приказывать так же необходимо, как дышать... Даже самому обездоленному случается приказывать. У человека, стоящего на последней ступени социальной иерархии, имеется супружеская или родительская власть. А если он холост, то может приказывать своей собаке. В общем, главное, чтобы ты мог разгневаться, а тебе не смели бы отвечать.

    Честно признаюсь, благодаря этой книге, я посмотрела на свои недостатки по другим углом. Не скажу, что я мнгновенно побегу изменяться. Но есть шанс, что в очередной раз, пытаясь уколоть другого человека, желая подняться в своих глазах, я задумаюсь. И буду более лояльна.

    Читать полностью
  • FATAMORCANA
    FATAMORCANA
    Оценка:
    43

    Восторг.
    Нет, сначала - ощущение чистейшего стёба, троллинга высшего пилотажа.
    Рассказ о своей благодетельности, о своей хорошести и душевности. Вот сейчас подам милостыньку: Ах, как я хорош! А вот-вот посмотрите на меня с другой стороны! - Тоже красавчик, правда! - Что носы воротите? Не нравится вам видеть изнанку добрых дел? Да вы сами такие! И друзья ваши такие же! И родственники! И вообще -рожи! Все!
    Просился веселый мотивчик в водевильном стиле. Нашелся.
    Веселыми кузнечиками прыгают действующие лица - рожицы. Довольные уютные, "они на все плевали, им не до вас" (почти (с) )
    Что случается в средине книги? Какой перелом должен случиться у каждого, чтобы щелкнуло, чтобы выключилась мелодия, перешла в другую?
    "... я еще жив
    И лежу себе ненужный
    Рожей во ржи,
    Расплескав по небу мысли,
    Мол кто ты есть, жизнь.
    ...
    Боль
    Танцует польку
    На дне меня."(с)

    Ну а дальше начинаются мурашки. Почти те же слова. О себе. О любви. О вере. О суде. О многом. Но опять - о себе.
    Я перетащила почти всю книгу в цитаты. Каждая - как разряд электричества, пробирает каждую клеточку, заставляет прокручивать еще и еще раз прочитанное, вздрагивать от произведенного эффекта.
    Не знаю, как так получилось, что, читая об адвокате, споря и не соглашаясь, я сижу и киваю головой: "Ты прав. Как же ты прав, чертяка Жан-Батист!"

    . Из всего этого я создаю портрет,
    обобщенный и безликий. Так сказать, личину, похожую на карнавальные маски,
    вернее, на упрощенные изображения, увидев которые каждый думает: "Постой,
    где же я встречал этого типа?" Когда портрет закончен, как вот нынче
    вечером, я показываю его и горестно восклицаю: "Увы, вот я каков!"
    Обвинительный акт завершен. Но тут же портрет, который я протягиваю моим
    современникам, становится зеркалом.
    Читать полностью
  • smereka
    smereka
    Оценка:
    40

    После юношеского восторга из страха разочарования много лет опасалась прикасаться к Камю. И вот - после стольких лет - чтение, как впервые.
    Похоже, как бы ни казалось, что мы становимся с годами другими, какие-то глубинные вещи в нас не меняются (или юношеские, неосознанные восторги по поводу объективно не до конца понятного и осознаваемого тогда материала и определяют то, чем мы впоследствии становимся?) . То же восхищение. Мыслью? Слогом? Настроением? Всем. Здесь - всем перечисленным.
    Ещё одна "исповедь протагониста", вначале так напоминающая исповеди достоевских персонажей. Но герой Камю принадлежит новому времени, доводя до абсурда актуальные проблемы уже середины века двадцатого.
    Больше всего меня поразило то, что произведение, несущее на пике множественные и разноплановые рассуждения и оправдание сесуальных свобод, размышления о Христе, его "виновности" и роли евангелистов, - темы о которых советский человек не имел права знать и думать даже в пору "хрущёвской оттепели", - впервые опубликовано на русском языке в СССР 1969 года, когда и "оттепель" давно уж миновала. Неужели из-за краткосрочной принадлежности автора к Французской коммунистической партии и встречающегося в тексте слова "Сопротивление"? Как небрежна была, всё же, советская цензура. На мой взгляд, это была бомба помощнее "Ивана Денисовича", тематика которого была отпущена на свободу известной разоблачительной речью Генсека, но почему-то "Падение" не имело такого резонанса и освещения в прессе. Почему?
    Наверное, все экемпляры "Нового мира" с первой публикацией были немедленно украдены из советских библиотек. И оно того стоило.

    Читать полностью