© Айлин, 2025

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Пролог

Все начинается с обмана.

Точнее, с идеально отполированного до блеска фасада, который мы называем своей жизнией. Моим фасадом были стены дубового кабинета в небоскребе из стекла и стали, вид на ночной мегаполис и ощущение, что весь этот городской пейзаж – моя личная шахматная доска. Я была Виолетта Васильевна, успешная, состоявшаяся женщина. Хорошая работа, любящий муж, финансовая независимость. Мы с Андреем строили эту жизнь шестнадцать лет, и мне казалось, что я знаю каждый ее кирпичик.

Я ошибалась.

Фасады имеют неприятную привычку рушиться в одно мгновение. Иногда для этого достаточно одного слова, произнесенного утром, пока ты пытаешься вывести ровные стрелки подводкой для глаз.

«Я подаю на развод».

Мир не раскалывается на части со звуком трескающейся земли. Он замирает. Звук выстрела, и жизнь застывает кадром из плохого фильма. Ты стоишь, сжимая в руке тюбик с тушью, и тупо улыбаешься, потому что мозг отказывается обрабатывать информацию. Это шутка. Неудачная, дурацкая, утренняя шутка.

Но это не шутка. Это приговор. Произнесенный человеком, с которым ты делила постель, планы и мечты. Человеком, который смотрит на тебя чужими глазами и говорит, что хочет детей, но не от тебя. Что ты «не годишься на эту роль». Что все эти годы были эгоистичным маршем под названием «Виолеттины хотелки».

И вот ты уже не успешная бизнес-леди. Ты – брошенная жена тридцати шести лет, стоящая на пороге своего дома, который внезапно перестал быть твоим. В ушах звенит тишина, а в груди – ледяная пустота.

Я думала, что это дно. Абсолютное, окончательное дно, с которого можно оттолкнуться только вверх или навсегда остаться в нем.

Я снова ошиблась.

Дно – это не предательство мужа. Дно – это когда спустя несколько часов, в своем шикарном офисе, ты открываешь пыльную коробку с древними книгами, от которых исходит запах времени, пыли и чего-то еще… чего-то нездешнего. Дно – это когда представитель твоего самого важного заказчика, ведомый простым человеческим любопытством, читает вслух строчку из такой книги, написанную золотыми, стирающимися буквами.

За этой рамкой целый мир,

Ты только постучись.

Скажи – мой род меня зовет

И сможешь ты войти.

Дно – это когда воздух в кабинете вдруг становится густым, как мед, и начинает звене́ть. Когда пространство перед тобой рассекается на куски, как разбитое зеркало, и ты видишь, как рука твоего коллеги исчезает в одной из этих трещин. Когда тебя, вместе с кричащими от ужаса мужчинами в деловых костюмах, затягивает в световую воронку, из которой нет возврата.

Падение с тридцать шестого этажа – это быстро. Падение сквозь миры – это вечность.

А когда падение заканчивается, ты понимаешь самую главную ложь. Не ту, что тебе сказал муж. А ту, что ты говорила себе сама.

Ты думала, что твоя жизнь – это карьера, квартира, муж. А на самом деле все это было лишь тонкой, хрупкой ширмой, скрывающей твое настоящее лицо. Твое настоящее имя. И твое настоящее наследие.

Меня зовут Виолетта Зултан. Я – дочь беглой колдуньи и тирана из рода магов-архитекторов. Я – последняя надежда древнего рода и живое оружие в войне, о которой не подозревала. Они украли у меня всю жизнь, подменив ее красивой, пустой оберткой.

Но они совершили одну ошибку. Они вернули меня домой.

И теперь я научу их сожалеть об этом.

Глава 1. Разрушенный мир

– Марина, кофе неси, срочно! – прокричала Виолетта своей секретарше и в отчаянии швырнула ручку.

Она смотрела, как та упала и покатилась по дорогому паркету аккурат к двери в кабинет. Пришлось встать и идти её поднимать. «Не хватало ещё, чтобы Марина поскользнулась и упала. Она мне сейчас нужна как никогда», – промелькнуло у неё в голове.

Сегодня жизнь Виолетты перевернулась с ног на голову. Она думала, что всё у неё прекрасно: хорошая работа, любящий и успешный муж, финансовая стабильность. Детей, правда, ещё не было, она всё откладывала этот вопрос в долгий ящик. Сначала муж был этому только рад: успели купить квартиру, построить дом, объехать полмира. Жизнь для себя и своего развития доставляла ей удовольствие. А сегодня она узнала, что для него это было не так.

– Виолетта, сядь, надо поговорить, – обратился к ней Андрей.

– Ой, давай не сейчас, мне уже пора бежать, и так задержалась с этим макияжем. Будь он не ладен! Не выходит сегодня никак нормально стрелки сделать, – ответила она ему и уже почти дошла до двери квартиры.

– Я подаю на развод! – сказал ей в спину Андрей.

– Шутки у тебя с утра второсортные какие-то! Не выспался? – раздражённо ответила она на его заявление и стала ждать опровержения.

Это просто не могло быть правдой! Они вместе с универа, уже почти шестнадцать лет, не ругались, всё у них есть. Какой ещё развод?

– Виолетта, ты отлично слышала, что я сказал. Я не шучу и вполне выспался! Остановись хоть раз ради меня и осознай, что нашей семьи больше нет! И уже давно! – его слова звучали с нотками металла в голосе, аж мурашки по коже побежали.

Виолетта стояла и тупо улыбалась, пытаясь держать лицо и не разрыдаться, а в голове в это время был целый взрыв мыслей: «Что он такое говорит? Почему он так решил? Наверно, надо было тогда родить, а не делать аборт. Ну, я ещё могу стать мамой, мне ведь всего тридцать шесть». Она подошла к Андрею вплотную и, насколько это было возможно, спокойно сказала:

– Если хочешь детей, так и скажи – давай родим! Зачем же сразу так жестоко, разводом угрожать?

– Виолетта, ты права, я хочу детей и давно. Но ты не учла, что хочу их не от тебя! Ты совершенно на эту роль не годишься. Мама должна забыть о себе и заботиться о ребенке. Ты точно на это не способна. Все годы нашей жизни можно обозначить одной фразой «Виолеттины хотелки». Прими это и спокойно подпиши, – ответил ей Андрей и протянул папку, в которой было несколько документов.

Её растерянность стала переходить в злобу. Она швырнула папку на пол и заорала на него:

– У тебя есть другая? В этом дело? От неё хочешь детей? Так и скажи, что изменяешь мне! Не надо всё валить на меня!

Андрей молча встал и вышел из квартиры. Даже не обернулся на неё. Было ощущение нереальности происходящего. Виолетта ловила воздух ртом, не в состоянии успокоиться. «Как это? Он меня бросил? Что же дальше?» – мысли одна за другой атаковали её воспалённый мозг.

Вывел её из этого ступора телефонный звонок. Водитель нервничал, почему она до сих пор не соизволила спуститься, ведь давно пора выезжать на работу.

Она что-то невнятное пробормотала ему в трубку и поспешила на выход. Всю дорогу нервничала так, что бедному водителю досталось по полной. Проблема была у неё, а вылила она всё на него. Он молчал и, предполагала Виолетта, предавал её мысленно анафеме.

Настроение у неё было ни к чёрту, а тут, как назло, на носу важное совещание. Надо было выложиться на все сто, не зря же она столько месяцев впахивала на этот проект. Вся надежда была на ароматную чашечку кофе, которая всегда могла её приободрить и настроить на нужный лад мозги.

Она начинала злиться, до совещания меньше получаса, а Марина всё не несёт кофе. «Что там случилось-то? Где она застряла?» – думала она, изрядно нервничая.

– Марина, где тебя носит? – прорычала она, открыв дверь кабинета.

– Сейчас, Виолетта Васильевна, меня вот отвлекли, вам прислали что-то, – растерянно ответила Марина, указывая на несколько запылённых коробок.

– Это ещё что такое? Кто прислал? – раздражённо поинтересовалась Виолетта.

– Не знаю, курьер назвал ваше имя, попросил расписаться о получении, оставил и ушёл, – ответила Марина.

– Ладно, разберусь, мне очень нужен кофе, Мариночка, займись, пожалуйста, им, – попросила она Марину, а сама подошла поближе к посылке.

На вид коробки были настолько ветхими, что было удивительно, как их вообще смогли донести сюда в целости. Казалось, стоит их тронуть, как всё рассыплется. Коробки были не запечатанными, так что её любопытство взяло верх, и она полезла внутрь посмотреть, что же там такое.

В первой коробке оказались старинные книги, обложки были из натуральной кожи с надписями из золотых букв. Правда, она такого языка не знала, чтобы понять, что написано, да и буквы местами были сильно потёртые, не разобрать. Внутри книг всё было на русском языке, точнее на старорусском, но понять в целом можно было. Видно было, что книгами активно пользовались, не было ни одной странички без записей и пометок, сделанных от руки красивым почерком.

Она попыталась вникнуть и ничего сходу не поняла. В это время Марина уже принесла кофе, и Виолетта сразу же отвлеклась.

– Мариночка, положи коробки куда-нибудь с глаз подальше, чтобы они народ своим обшарпанным видом не пугали, потом посмотрю внимательнее, что это, – попросила она Марину и ушла в кабинет просматривать материалы к совещанию.

Кофе сделал своё дело, она немного ожила и смогла поучаствовать в совещании в более-менее адекватном состоянии.

Но после неё снова стало накрывать, она готова была разрыдаться от негодования, что в её жизни всё начало рушиться.

«Как он может со мной так поступать? Сволочь, изменник, наверняка просто за другой бабой волочится, вот и заговорил о разводе! Я этого так не оставлю!» – вела она яростную внутреннюю беседу и никак не могла успокоиться.

В этот день больше работа у неё не складывалась, и она решила уйти пораньше. Захотелось срочно повидаться с Андреем и обсудить всё происшедшее. К тому же Андрей не стал возражать, только предложил встретиться не дома, а в ресторане.

На выходе из офиса её остановил странноватый на вид мужчина. Вроде одет был прилично: костюм-тройка, белая рубашка, туфли по моде, но причёска – будто он из прошлого столетия – длинные волосы с бакенбардами.

– Виолетта Васильевна, – обратился он к ней басом, от которого она вздрогнула.

– Да, это я. А вы кто? – ответила она и отступила на шаг, почему-то он её пугал.

– Мне велели вам передать это письмо. Тут подробно написано, кто и зачем вам прислал сегодня посылку. Хорошего дня, – сказал мужчина, сунул ей конверт с письмом, развернулся и направился к дорогому авто наглухо затонированному.

Она в недоумении наблюдала, как он уезжал, и подумала: «Что за день такой бредовый у меня? Второй раз мне конверты с документами суют в руки, толком ничего не объяснив!»

Её мысли были заняты Андреем и предстоящим разговором, поэтому она бросила этот конверт на заднее сиденье авто и велела водителю отвезти её в ресторан.

Андрей выбрал уютный ресторан, в который они с ним в начале их отношений любили ходить.

Он уже ждал её за столиком у окна. Андрей задумчиво разглядывал улицу, не было понятно, на что конкретно он смотрит, казалось, он смотрит в никуда.

– Почему ресторан? – задала она вопрос, чтобы отвлечь его от созерцания непонятно чего.

– Мне здесь комфортно, в отличие от нашего дома, где абсолютно всё сделано исключительно по твоему вкусу, – ответил Андрей.

Она никак не могла привыкнуть к новому, такому чужому Андрею. «Неужели я его до сих пор не понимала, не разглядела, какой он на самом деле», – подумала она. А сама села напротив него и пристально всматривалась в лицо своего пока ещё мужа.

– Андрей, почему же ты никогда не говорил мне этого раньше? Мы могли бы сделать так, как ты хочешь, – спросила она его, стараясь говорить спокойно, чтобы не раздувать конфликт.

– Виола, я говорил, ты просто кроме себя никогда и никого не слышишь, – так же спокойно ответил ей муж.

Он специально пытается вывести её из себя, назвал «Виолой», хотя прекрасно знает, как её это бесит. «Ну нет, я так просто не попадусь на провокацию», – подумала она.

– Сейчас я готова тебя выслушать и постараться понять. Согласись, мы вместе столько лет, что в один час перечёркивать всё – странное решение, – ответила она на его выпад в свой адрес.

– Виола, пойми, это решение я принял нелегко и точно не быстро. Я больше года встречаюсь с другой женщиной, скоро у нас родится ребёнок. Я долго метался, не знал, что делать. Сейчас я окончательно понял, что хочу быть с ними, а не с тобой. Я оставлю тебе всё, что захочешь из имущества. Прошу только не устраивать сцен и принять этот факт как уже свершившийся. Думаю, без меня тебе будет гораздо комфортнее по жизни, – сказал Андрей.

– Ах, вон оно как! Ладно! Мне надо подумать. Я дам знать, когда определюсь с решением. Да, ещё, будь добр, не появляйся больше в нашем доме, езжай к своей любовнице, – выцедила она сквозь зубы и встала, дав понять, что разговор окончен.

– Подвезти? – спросил Андрей.

У него было явно озадаченное выражение лица. Он, вероятно, ждал от неё чего-то другого. Может, думал, что она набросится с кулаками или закатит истерику. Не знала она… Но сейчас ей почему-то было его жалко, однако она сдержалась от проявления слабости в данный момент.

Она резко повернулась к нему спиной, глубоко вздохнула, чтобы не заплакать прямо при нём, и уверенным шагом направилась к выходу из ресторана.

Машину с водителем она отпустила, всё надеялась на примирение с Андреем. «Вот я дура… Не замечала, что он уже год с лишним путается с другой бабой. Да и как мне заметить-то? Я весь день на работе проводила, практически жила ею. Вот к чему это в итоге привело. «Всё, Виолетта, тебе тридцать шесть, ты одинокая разведёнка без детей. Просто прелестно! И что теперь делать, кто бы мне подсказал…» – мысли атаковали её, не давая сосредоточиться.

– Виолетта Васильевна, вы оставили это в служебной машине. Рекомендую вам быть ответственнее и не терять больше, – неожиданно обратился к ней мужчина с басом.

Он стоял слишком близко к ней и протягивал тот же конверт, что и у дверей офиса. У неё по коже мороз словно пробежал от его осуждающего взгляда. Не желая дольше с ним взаимодействовать, она поспешила забрать конверт из его рук и прошептала:

– Хорошо.

Он повернулся и быстрым шагом куда-то ушёл.

Она так и стояла, прижимая конверт к себе. Как он вообще её нашёл? Он что, следил за ней?

Она вызвала такси и поехала домой, теперь она там жила одна… Так непривычно!