Глава 1. Эмили

31 декабря 2023 года, Хальштатт. Австрия

Город, который долгое время казался мне уставшим и сонным, сегодня по-настоящему ожил. Укутанный снегом будто одеялом, он задышал полной грудью. Воздух был таким прозрачным и острым, что каждый вдох резал лёгкие, как первый глоток жизни. Где-то вдалеке, за сугробами и приглушённым светом фонарей, слышались смех и звон бокалов – люди провожали старый год и готовились встречать новый. Загадывали желания, прощались с болью и обидами, которые встретили в этом году. А я стояла на пороге своего дома, не решаясь открыть дверь и войти внутрь. Туда, где было тепло и уютно. Туда, где на столе одиноко стоял недопитый бокал шампанского и нетронутый салат, заботливо сделанный мамой.

Туда, где была тишина. Плотная и густая – настолько, что её можно было потрогать руками. Я впервые осталась одна в новогоднюю ночь. И причиной стала ложь. Мама с папой уехали к друзьям и настойчиво приглашали меня отправиться с ними, но я отмахивалась, отшучивалась – и в конце концов, сказала то, что не стоило говорить: «У меня есть, с кем провести вечер». С той самой второй половинкой, которой, как назло, у меня не было. Зачем я произносила эту ложь? Обманывала я себя или их? Теперь уже разницы не было. Я выбрала одиночество, замаскированное под личный комфорт. А на душе настойчиво скребли кошки – не просто голод по вниманию, а жгучее, почти физическое желание, чтобы кто-то заметил меня, чтобы кто-то остался рядом со мной.

Снег падал всё гуще, мягко касаясь ресниц и оставляя на щеках мокрые следы – будто дорожки непролитых слёз, которые я боялась кому-то показать. Пальцы, постукивающие по ледяной дверной ручке, уже онемели от холода, но я не спешила укрыться в тепле. Внутри – пустота. Снаружи – мир, полный огней, музыки и обещаний.

Я размышляла о том, какой шаг будет следующим – вернуться домой и в душащем одиночестве наблюдать, как стрелка часов перескочит за полночь? Или сбежать – туда, где сверкают новогодние огни, взрываются фейерверки, а дети визжат от восторга? Туда, где люди обнимаются, не зная друг друга, но даря тепло просто потому, что сегодня особенный праздник?

Покажется ли одиночество выдумкой, если я просто шагну в этот шум?

Я глубоко вдохнула и сделала шаг назад. Потом ещё один. А потом повернулась спиной к дому и пошла туда, где кружились снежинки, звенел смех и, может быть, ждало чудо. Пусть даже на одну ночь. Направляясь туда, где горели огни, радовались дети и дарились подарки, я чувствовала, как сердце колотится где-то в районе горла – не от страха, а от чего-то неуловимого. Возможно, надежды? До нового года оставалось три минуты. Две… И лишь в тот момент, когда стрелки сомкнулись на цифре двенадцать, когда небо разорвалось первыми фейерверками, а в голове мелькнула горькая мысль: «Не жди ничего хорошего в новом году», сзади меня раздался голос:

– Девушка!

Я вздрогнула и ускорила шаг, будто именно от этого голоса зависело моё будущее.

– Девушка, постойте!

Вот же прицепился!

Сердце заколотилось ещё быстрее, но теперь его сковал страх. И зачем я только вышла из дома? Знала же, что в такую ночь встретить на улице хулигана проще простого. Укутываясь в мягкий и тёплый шарф, который вряд ли мог спасти меня от маньяка, я практически перешла на бег, стараясь не поскользнуться на льду и не рухнуть перед преследователем, облегчая ему задачу. Но ноги почему-то задрожали – от холода и страха. До толпы, до спасительного шума и света, было ещё далеко. А вокруг – только снег и этот голос.

Незнакомец перестал меня звать. Я, затаив дыхание, слегка сбавила шаг и обернулась – в надежде, что оторвалась. И врезалась в того, от кого так отчаянно убегала. Крепкие руки мгновенно обхватили меня, удерживая от падения. Даже сквозь пальто мне показалось, что я чувствую тепло его ладоней. И запах… Хвойный, древесный. Мужской.

– Я вас напугал? – спросил он тихо.

А сам как думаешь?! – хотелось закричать.

– Немного, – выдохнула я дрожащим голосом, высвобождаясь из ненужных объятий. – Зачем вы меня преследовали?

Он не обиделся. Наоборот – уголки его губ дрогнули в едва заметной улыбке, и в глазах мелькнуло что-то тёплое, почти доброе.

– Поздравить с Новым годом, – сказал он серьёзным тоном. – Вы обронили кошелёк.

Я тут же стала нащупывать карманы и их содержимое – и, правда, было пусто. Неужели не врёт?

– И что вы хотите взамен? – вырвалось у меня немного грубее, чем я хотела.

– Взамен на ваш кошелёк? – кажется, он искренне удивился. И в его удивлении не было лжи или притворства. – Хотя бы ваше имя? И чуть меньше испуга в глазах – я не маньяк. И не опасен.

– Все маньяки так говорят, – пробормотала я и неуверенно протянула руку, забирая кошелёк.

– Меня зовут Райан, – он снял капюшон, и снежинки тут же упали ему на волосы и плечи. Он игриво посмотрел в мои глаза, и в этом взгляде было что-то неуловимое – то ли вызов, то ли приглашение.

Что ж, если он маньяк, то весьма симпатичный. Глаза – медово-шоколадные, тёплые, как уютный камин. В них плясали огоньки. Или чёртики, что точнее отражало нашу странную, почти сказочную, встречу в новогоднюю ночь. Ну и вдобавок он был брюнетом, а брюнеты мне всегда нравились. И улыбка у него была мягкая, без наигранности.

Как будто он тоже долго кого-то искал.

И с чего я вообще решила, что он маньяк?

– Теперь мне кажется, что маньяк не я, – задумчиво произнёс Райан, слегка наклоняя голову. – Вы рассматриваете меня слишком пристально. Хотите похитить?

Щёки вспыхнули, но не от смущения, а от того внезапного чувства, которое разлилось внутри меня.

– Эмили, – наконец выдавила я, отводя взгляд к мерцающему небу. – И, пожалуйста, можно мы перейдём на «ты»? Не люблю официальности. И уж тем более в такую ночь.

– Красивое имя, – сказал он тихо.

– А я его не люблю, – качнула я головой, пряча улыбку, – звучит как-то слишком громко. Как будто должно принадлежать какой-то известной персоне.

– Громко звучат голоса людей вдалеке, – Райан указал рукой на толпу, которая вовсю поздравляла друг друга с новым годом. Ту самую толпу, в которую я направлялась, пока не столкнулась с ним. – А имя «Эмили» звучит тихо. Но очень важно.

Я замерла. Впервые кто-то произносил такие слова. Слова, адресованные мне.

– Почему ты один в новогоднюю ночь? – выпалила я, тут же пожалев, что спросила. Вопрос прозвучал слишком лично. Для незнакомки.

Райан посмотрел на меня – пристально и изучающее. Будто решая, стоит ли делиться со мной какой-то откровенной тайной.

– А ты почему одна? – ответил он в итоге вопросом на вопрос, но в его голосе не было насмешки.

– Потому что… – я замялась и подняла глаза к небу. Ночному зимнему небу, которое приветствовало новый год мягким и пушистым снегом. – Потому что одна.

Он хмыкнул:

– Уже не одна.

В его глазах мелькнула тень – не грусти, а переживаний. Глубоких переживаний. Взгляд будто кричал о том, что он тоже бежал. Только не куда-то и не от кого-то. А от своей жизни.

На его тёмных волосах искрились снежинки, которые почему-то не таяли сразу, очевидно боясь нарушить волшебный момент. А заодно удерживая моё внимание.

– Уже не одна, – согласилась я. – Так почему ты здесь?..

Мне показалось, что он разозлился или расстроился от моего вопроса. Как-то неуверенно дёрнув плечом, он спустя мгновение ответил:

– Обстоятельства вынудили приехать сюда. Хотел исчезнуть. Хотя бы на время, – добавил он, подтверждая мои догадки. – Если честно, то я жутко замёрз, может быть, мы пройдёмся?

Я кивнула, потому что тоже замёрзла. И больше всего от того, что так долго стояла на одном месте в ожидании чуда. И теперь это чудо стояло передо мной, и я совершенно не знала, что с ним делать.

– Я знаю намного более интересный способ согреться.

Райан изогнул брови в безмолвном вопросе, и в его глазах ещё сильнее заплясали те самые чёртики. Но потом он всё же решился задать вопрос:

– Ты же знаешь, как это прозвучало, да?

– Чёрт. Я не это имела в виду, – смутилась я, укутываясь в шарф. – Просто… рядом у озера есть беседка. В новый год там зажигают камин. А рядом продают глинтвейн и имбирное печенье.

– А если я скажу, что боюсь ходить с незнакомыми девушками, которые предлагают выпечку, в тёмные беседки?

– Тогда я скажу, что дверь в беседку мы закрывать не будем, и ты в случае чего сможешь позвать на помощь, – я прикусила губу, чтобы не рассмеяться.

– Договорились, – кивнул Райан. – Но лишь потому, что на улице минус десять, а ты смотришь на меня так, словно уже решила, что я хороший человек.

– Ещё не решила, – призналась я, – но очень хочу проверить.

Возможно, это было самое спонтанное и самое неправильное решение за всю мою жизнь. Но это же Новый год. А когда, как не в эту ночь, верить в чудо – даже, если оно пришло в виде незнакомца с тёплым взглядом, от которого таяли стены вокруг сердца?..