(Это было ровно то, что нужно, после книги «Пойдём играть к Адамсам»
Я искала противоядие и, не поверите, сначала схватилась за Пруста, которого отложила летом.
(Пруст отлично помог. Погружение во внутреннюю динамику нормального человека меня успокоило. Пруст НАСТОЛЬКО медленный, что, даже если описывает порок, делает это так деликатно, так эстетски, с такими заходами со всех сторон — справа, слева, снизу, сверху, сбоку, что читатель успевает уснуть и проснуться, пока ждёт «горяченького»; короче, Пруст отлично лечит душу после хоррора, проверено. Но через сто страниц Пруста я ожидаемо заскучала, и душа потребовала тёплого, позитивного — и динамичного.))
Я ведь редко читаю тёплое, позитивное и динамичное просто так нет, мне жесть подавай, так что я совершенно счастлива, что книга Айгуль Клиновской попалась мне именно в этот момент.
Начинается книга задорно: четверо людей, волей судьбы оказавшихся в дождь на одной скамье, внезапно слышат от случайного (?) прохожего предсказание: «Дата вашей смерти тогда-то». Четверо — совершенно разные люди по возрасту и социальному положению, их ничего не связывает и не связало бы, если бы не дата.
Дата С.
Из этого можно было бы развернуть хоррор.
Из этого можно было бы развернуть мистический триллер.
Из этого можно было бы развернуть ужастик в духе «Пункта назначения» — если бы герои всеми силами попытались избежать смерти, но неееетушки (и далее — по фантазии автора).
Айгуль поступает иначе. Она пишет живую книгу о жизни — вот ровно такой, какая она есть у нас, у каждого, кем бы мы ни были, в какой бы стране ни жили, к какому классу бы ни принадлежали. В этой жизни есть место недовольству своим телом и коту, не вовремя ссущему в ботинок, ссорам с близкими, недомолвкам и охлаждению в семье, тайнам, скупости, неустроенности, азартным играм, и так далее и тому подобное, но в этой жизни есть и место щедрости, смелости штопать порванное и клеить разбитое, смелости говорить правду, гасить волны зла — не преумножать, а пре-уменьшать.
На самом деле, если вначале ещё интересно, кто был загадочный незнакомец в капюшоне и почему он сказал то, что сказал, к концу книги это становится неважным (вот тебе и «мистический триллер» ); на первый план выступают совершенно другие вещи.
Эй, кому чудесную книгу о дружбе, о переменах в жизни (в духе «Вторая жизнь Уве» но без нарочитости), о поддержке, о любви, в конце концов?
— Я однажды видела во сне абсолютную любовь.
Оксана присела на край пирса, свесила ноги и похлопала рядом, приглашая её.
— Как это — абсолютная любовь?
— Сложно объяснить. — Розе хотелось передать сон как можно точнее, но не хватало слов. — Как в вакууме. Ничего вокруг, только всеобъемлющая любовь. Я ощущала её каждой клеточкой. В жизни она всегда с какими-то примесями: ревностью, обидами, ссорами и прочей ерундой. А там ничего этого не было, только чистая-чистая любовь.
Оксана попыталась представить. Потрясающее, должно быть, чувство.
«Дата С» — очень тёплая книга.
Если вы устали от антисемейного нарратива, от литературы травмы, в которой постоянно крутят в ране ножичек и вытаскивают на свет всякое неприглядное, чтобы показать, что «мир-то, на самом деле, таков!», самое время полечиться солнцем, полётами на параплане, ухой из свежевыловленной рыбки, шоколадным тортом, обретённым щенком, пловом, уютом в писательской резиденции, самодельными гамаками и прочим и прочим.
Можно сказать, эта книга — мини-энциклопедия о видах любви.
Прописываю на осень. Как врач.