Глава 1

– Ярослав Сергеевич, к вам рвется девушка без записи, – сообщает моя помощница.

– Не понял, Лида. С каких пор я занимаюсь благотворительностью?

У нас на носу – столичная проверка. Скрывать нам нечего, работа чистая, сотрудников за годы работы здесь я натаскал, но работы на этом фоне прибавилось. Кроме того, у меня сегодня назначена не одна встреча.

– Девушка утверждает, что вы ее обязательно примете, как только узнаете, кто она. Некая Гордеева Валерия.

Несколько мгновений прокручиваю в голове имена всех важных для себя женщин. Ни одна из них не носит это имя.

– Не знаю такую, пусть записывается.

Отключаюсь и снова погружаюсь в просмотр документации. Терпеть не могу такие отвлекающие маневры. После них необходимо время, чтобы снова влиться в работу.

– Ярослав Сергеевич, – голос Лиды при очередном сообщении звучит растерянно.

– Что еще?

– Тут девушка эта плачет. И отказывается уходить. Требует, чтобы ее приняли.

– Требует?

На заднем фоне слышу какую-то суматоху, выкрики. Такое у нас происходит не часто, но бывает. Люди, недовольные положением вещей, часто приходят, а особо ушлые доходят до демонстраций перед зданием прокуратуры. Собирают по соцсетям нуждающихся в паре копеек и приходят. На случай непредвиденных обстоятельств у нас есть охрана, и Лида обычно успешно ею пользуется.

– Ярослав Сергеевич, я бы вызвала охрану, но девушка… не бедная, – шепчет помощница.

Сжимаю челюсти и прикрываю глаза. Мажорка. Таких терпеть не могу. Сколько их через меня прошло – не сосчитать. Каждая уверена, что любое преступление сойдет ей с рук. Судя по тому, что эта явилась напрямую ко мне, никакого преступления она еще не совершила. Или совершила, но об этом пока неизвестно. Мне, по крайней мере. Никакая Валерия Гордеева в делах, за мной закрепленных, не фигурирует. И ведь с охраной наперевес ее отсюда не выгонишь. Непонятно, чем это в результате аукнется.

– Ладно. Пусть зайдет.

Закрываю папку и откладываю ее в сторону, откидываюсь на спинку кресла и жду, пока незваная гостья появится в моем кабинете. Девушка заходит спустя минуту. И правда не бедная – понимаю по брендовой сумочке из лимитированной коллекции в ее руках. Совсем недавно собирался такую же подарить племяннице на восемнадцатилетие, но по совету брата купил ей новый телефон последней модели.

– Чем обязан? – сходу перехожу к делу.

На вечер у меня запланирована встреча. Я собирался освободиться пораньше, но с незваными гостями на пороге планы рискуют не сбыться.

– Женитесь на мне.

Это что-то новенькое. Настолько, что я даже отлипаю от спинки стула и сажусь прямо, разместив руки на столе.

– Не понял?

Пока девушка мнется, вероятно, думая, что говорить дальше, я ее рассматриваю. Красивая, безусловно. Даже зареванная, с красными воспаленными глазами и припухшими губами – сногсшибательная. Если бы я случайно провел с ней ночь – точно бы запомнил. Но это маловероятно. Я бы даже сказал, невозможно. С малолетними соплячками я не сплю. А она именно такая. На вид едва перешагнула рубеж совершеннолетия.

– Вы должны на мне жениться! – почти приказывает, отлипая от двери и шагая к моему столу. – Иначе отец выдаст меня замуж за старика!

Улыбка на моем лице возникает непроизвольно. Когда я дал добро на то, чтобы Лида впустила девушку, предполагал что-то интересное, но девчонке удается меня удивить.

– Должен?

– Я понимаю, что вы не обязаны, – поспешно говорит она. – Но я просто не знаю, к кому обратиться.

– К любому другому незнакомому мужику этого города, – слетает с моего языка. – К мэру можно было, например. Он недавно развелся.

Она смотрит на меня растерянно. Словно не понимает, как мне вообще мог прийти такой абсурд в голову.

– Вы меня не помните? – наконец спрашивает.

– С тех самых пор, как вы зашли, роюсь в памяти, но пока не нахожу там вашего лица.

– Ох, я… боже… вы меня простите! – спохватившись, начинает извиняться. – Мы последние несколько лет не виделись, а я… выросла.

У меня в этот момент сердце обмирает. Я не сплю с несовершеннолетними, но когда она это говорит, невольно, блядь, напрягаюсь. Я – человек у власти. В последние годы моя карьера идет в гору, а тут ко мне заявляется едва совершеннолетняя особа и заявляет, что я должен ее помнить, потому что мы виделись несколько лет назад. Когда она еще, вероятно, в школу ходила.

– Значит так… – выдаю крайне раздраженно. – Не знаю, что вы задумали, но не выйдет. Я не завожу случайных связей и уж тем более не сплю с несовершеннолетними, поэтому не советую раздувать скандал. Вы из него ничего не получите.

– Я не… мы не спали! – восклицает. – Вы дружили с моим отцом – Александром Гордеевым. Часто приходили к нам в дом. Раньше. Папа называл вас лучшим другом, и вы…

Она тараторит что-то еще, а я уже чую, как ко мне подкрадываются неприятности. Пока я не впустил эту Валерию в кабинет, неприятностей было достаточно, но не выше крыши, а теперь они несутся на меня на всех парах.

С Гордеевым мы и правда дружили. Лет десять до того, как я занял прокурорское кресло. После наши пути разошлись. Я до последнего успешно делал вид, что не замечаю его махинаций. Все-таки отправлять друга за решетку, даже если мы давно не общаемся – дело малоприятное. Ну, и Гордеев не наглел. Дозволенную границу не переступал, кому надо бабок отстегивал, соответственно, до моего рассмотрения его дела не доходили.

Проблема в том, что несколько дней назад я получил запрос на проверку его компании. Тщательную, со всеми вытекающими. Просили сверху, и очень настоятельно. Я пока отложил это дело до проверки из столицы. После – съезжу, тем более четких сроков в запросе не указали. И вот в моем кабинете сидит его дочь. Плачет и требует, чтобы я на ней женился. Что это, если не жопа? Как он вообще ее сюда отпустил?

– Пожалуйста, – говорит она. – Я… все сделаю, что попросите, только заберите меня к себе.

– Сколько тебе лет?

Разумеется, я не собираюсь на ней жениться, но дочь Гордеева я помню совсем мелкой. Лет двенадцать ей тогда было, может, больше. У него я не уточнял, а в нашей компании она никогда не появлялась. Видел мельком и, разумеется, не мог запомнить. Сейчас она – девушка. И очень красивая.

– Девятнадцать, – сообщает, задрав голову.

– И зачем же мне на тебе жениться?

– Просто я подумала… Вам ведь тридцать девять, верно? Вы всего на двадцать лет меня старше. А мой жених – на тридцать три. И он… страшный. Настоящий старик. А вы – очень красивый, статный, видный. И холостой. Я буду вам хорошей женой, обещаю.

“Всего на двадцать лет” – звучит страшно. Она годится мне в дочери. С другой стороны – ее жених годится ей едва ли не в дедушки. Впрочем, какого черта я об этом думаю? С Сашей мы общаться перестали. Он не хотел исправлять бизнес, а я не мог водиться с теми, кто ведет дела нечестно. Его семья – не мои проблемы.

– Женитесь? – в ее голосе и глазах столько надежды, что разочаровывать ее неприятно.

– Нет! – отрезаю тем не менее решительно.

Жениться в ближайшие годы не входит в мои планы. Я только-только выстроил карьеру, работаю на перспективу. Через пару-тройку лет – подумаю, но сейчас лезть в эту кабалу не стану. И определенно не с девушкой вдвое младше.

– Я вам не понравилась? – тянет разочарованно. – Это может быть фиктивный брак. Мы потом разведемся, и вы будете свободным.

– Ты очень красивая, – решаю не становиться виноватым в возможном разрушении ее самооценки. – Просто женитьба не входит в мои планы. Но я попробую поговорить с твоим отцом. Позвоню ему, отговорю выдавать тебя замуж против воли.

Она мотает головой и встает с кресла, в которое до этого села. Прижимает сумочку к себе и делает несколько шагов назад.

– Звонить папе не нужно. Пожалуйста. Он вас все равно не послушает.

Пока думаю, что ей сказать, она решительно направляется к двери, покидая мой кабинет. Я остаюсь сидеть на месте. Гнаться за ней не буду, тем более, что сказать мне ей нечего. Но Александру все-таки позвоню. Слишком взрослого мужчину он выбрал для единственной любимой дочери.