Константин Образцов: С удовольствием не писал бы о насилии

8 книг
Питерский автор Константин Образцов вовсе не маньяк, хотя его книги создают подобное впечатление. В триллере «Молот ведьм» таинственный Инквизитор изощренно и мерзко убивает женщин – современных колдуний. Роман отсылает нас к одноименному трактату средневековых монахов – пособию по уничтожению ведьм. Почему-то для героя, живущего в наши дни, оно стало настольной книгой и руководством к действию. И что удивляет – однозначно жестокий роман с пометкой 18+ получает все больше положительных отзывов. Любители триллеров давно не читали подобной литературы, созданной отечественным автором. К счастью, помимо неприятных сцен, в романе есть и детектив, и историческая справка о мрачном Петербурге, и даже тонкая любовная линия, которые позволяют писателю выйти за рамки жанра.

В разговоре с Образцовым нам было важно узнать главное: почему в его книге столько зверств и зачем это нужно читателю. Казалось, исключи он все эти дробления конечностей – и почитателей стало бы больше. А еще мы попросили писателя назвать книги, которые заинтересуют поклонников «Молота ведьм» и «Красных цепей».

Константин, читала вашу книгу «Молот ведьм», показалось, в ней довольно много жестокости.

– Вам не показалось.

И многие читатели это отметили. Но ведь вы хотели донести какую-то другую мысль. Стоило ли использовать так много натуралистичных сцен? Чего вы хотели добиться ими?

– А какую мысль я хотел донести?

Что современность ничем не лучше Средневековья, мы движемся циклично, никак не можем решить свои проблемы…

– Это хорошо. Я вообще, в принципе, рад, что возникают идеи о том, что есть какие-то смыслы в книге, что есть такой читательский отклик. А что касается натуралистичных и малоприятных сцен, связанных с жестокостью и насилием, – так это же не является предметом художественного описания. Это выразительное художественное средство. И в данном случае, учитывая тему и сюжетные составляющие, я считаю, что этот прием оправдан. В любом случае, это не применение приема ради приема. Не описание насилия ради описания насилия.

Но и в более ранней книге «Красные цепи» тоже присутствует жестокость. Вам все-таки нравится эта тема?

– Это произведение содержательно определяется как триллер. И мне кажется, что в любом случает книга с напряженным сюжетом, триллер, тем более посвященный феноменологии вампиризма, алхимии, как «Красные цепи», или как «Молот ведьм» – ведовству, предполагает наличие насилия. Но не потому, что это автору нравится – автору не нравится, автор бы с удовольствием об этом не писал, а написал бы лучше хорошую волшебную сказку – а просто так получилось. Творческий процесс управляем в части работы, когда ты садишься и пишешь. Но он мало управляем в том, что ты пишешь, что можешь написать. Хотел бы, может, что-то другое написать, но получилось так.

Почему вы назвали книгу так же, как и средневековый трактат? Не было других вариантов?

– Нет. Но это ведь не зря. Книга отсылает к «Молоту ведьм» Шпренгера и Инститориса. Если мы пойдем сюжетно, то увидим, что во многом он определил развитие событий в моем романе. Поэтому это логичная отсылка.

А ваша новая книга «Культ», которая еще не вышла в печать, она какой получилась?

– Хорошей! Но на вопрос «какая книга и что там будет» я обычно отвечаю, чего там не будет. Так вот, там не будет привычных главных героев: Гронского, Алины, Петербурга, и не будет исторических вставок. То есть таких очень ярких характерных элементов, присущих мне как автору, не будет. Мне интересно писать по-разному и всякий раз рассказывать новую историю. Хотя книги и объединены общими персонажами, каждая из них – это отдельная история. И мне интересно создавать новых персонажей, помещать их в другие обстоятельства и места. Потому что невозможно писать одно и то же – и сам соскучишься, и читатель соскучится. Поэтому я стараюсь что-то менять.

То есть в «Культе» все другое, не похоже на прежние истории?

– Есть общие персонажи – ведь они уехали вдвоем. Вот мы с ними и поедем вместе. Книга выходит в августе.

Как вам кажется, почему людям интересно читать жестокие истории – хорроры и триллеры?

– Я бы не абсолютизировал. Кому-то нравится читать Сару Джио, Анну Тодд. Сколько людей, столько и мнений. К тому же, если мы говорим про любителей читать или смотреть тяжелые, жестокие произведения, то, мне кажется, мы говорим об очень небольшой части читательской аудитории. Вот вам же наверняка не нравится всякий треш читать? Не нравится. Вот поэтому я и говорю. Кстати, читали «Американского психопата»? Я могу сказать, что по сравнению с ним «Молот ведьм» даже в самых жестких своих проявлениях – это детский утренник.

А если сравнить с Чаком Палаником?

– Не сравнивал, я Паланика не читал.

Мне показалось, что ваша книга жестче.

– Наверное. Но опять-таки, это не было целью. Вот так оно спелось на открытой ноте, так получилось. У меня нет ничего нарочитого. Я как-то говорил в интервью, что не могу обещать людям, что им книга понравится. Это было бы странно. Кому-то арбуз нравится, кому-то свиной хрящик. Нельзя говорить «я вам обещаю». Нет, я не знаю, что будет, но я могу пообещать, что у меня все написано честно. Все написано на максимальном уровне возможностей. Как мог, так сделал. Может быть, мог бы и лучше, но на этот момент отработал на сто процентов. Там нет ни одной буквы, слова, фразы, которая была бы написана из соображений «ладно, сойдет, нормально».

Посоветуете книги в похожем жанре для читателей, которым понравился «Молот ведьм»?

– Я сейчас вот думаю… Но нет, не посоветую. Это не потому, что я какой-то уникальный и великий, а потому, что мне сложно подобрать референсы. Но я могу порекомендовать как обычный человек и читатель. Например, Карлоса Руиса Сафона. Пожалуй, все читали, но если кто не читал – пусть прочтут «Тень ветра» и «Игра ангела», потому что шикарно. Еще я могу порекомендовать Юна Линдквиста «Впусти меня». Еще я очень люблю Нила Геймана. Очень нравится «Никогде». Он пишет, как я бы хотел писать. Не в смысле техники и мастерства – а в смысле настроения и творческого направления движения. Он же сказочник, пишет прекрасные, мрачноватые, но восхитительные сказки. Мне бы тоже так хотелось, но у меня видите, какие сказки получаются.

Так напишите добрую сказку.

– Я бы хотел, но тут уж кому какой голос дан. Я подозреваю, что возьмусь за сказку, а получится опять то, о чем пишу сейчас.

Собираетесь перевести романы в аудиоформат? Какого чтеца бы выбрали?

– А скоро выходят. Договор подписан на аудиоправа. Предположительно через две-три недели. Кто озвучивает – не знаю. Я же не занимаюсь записью аудиокниг.

И повлиять не хотите? Некоторые писатели сами озвучивают свои книги.

– Я придерживаюсь идеи, что каждый должен заниматься своим делом. Когда выходила первая книга «Красные цепи» тиражом 1000 экземпляров в Питере, я занимался всем. И дизайном обложки, и аннотацией, и продвижением, и всем прочим. Сам пою – сам билеты продаю. Но это неправильно. Конечно, на определенном этапе этим нужно заниматься – приходится. Но автор должен писать, а издательство – издавать. Сейчас я уже могу, слава богу, сосредоточиться на том, чтобы создавать продукт.

Насколько я знаю, вы единственный писатель в России, который стал членом Международной ассоциации авторов триллеров (ITV). Как это получилось?

– Да, знаете, из собственного упрямства и характера. Я узнал, что такая организация есть. The International Thriller Writers объединяет преимущественно англоязычных писателей, из США. Я написал им письмо с просьбой рассмотреть мою заявку. Многое можно сказать про «зарубежных партнеров», как говорит наш министр иностранных дел, но в чем им не откажешь, так это в том, что они хорошо работают. Вообще, опыт работы в бизнесе показывает, что люди иногда и на письма не отвечают – такое вот отношение. Но тут написал никому не известный парень из России. «Международная ассоциация авторов триллеров, пожалуйста, возьмите меня к себе». Могли бы вообще не отвечать. Но нет, отвечали, мы переписывались, у меня попросили переведенный фрагмент книги. Переводчик перевел мне первые три главы «Красных цепей». Потом я предоставил презентацию на английском языке, данные об изданиях, тиражах, премиях – у меня есть премия «Рукопись года». В общем, очень много подробной информации. Мы много разговаривали, и в итоге мне пришло официальное письмо на бланке с подтверждением за подписью Ли Чайлда.

А что это вам дает?

– Ничего. Я поэтому и забыл об этом. Поздно вспомнил о ITV, когда уже вышла новая книга, ведь об этом можно было рассказать, упомянуть. Но поскольку ничего не дает, поэтому и забыл. Такая, скорее, опция.

В Москве сегодня по-питерски серо – почти как в ваших книгах. Могли бы, хотели бы написать книгу в реалиях Москвы?

– Видите, пока не написал. Но действие моего третьего произведения «Культ» происходит не в Питере, а в другом городе. Посмотрим. А чтобы именно про Москву, сделать ее городом как активным фоном, важным элементом повествования – я слишком плохо ее знаю. Петербург я знаю хорошо. Когда родился и живешь 43 года – немножко узнаешь его.

Но вы скорее хорошо или отлично знакомы с местностью. В «Молоте ведьм» немалую роль играют старинные особняки, улицы, островки.

– Неплохо знаком, потому что я ее всю ногами прошел за свою жизнь. Там я могу, находясь в центре, например на Петроградке, встать, повернуться и про каждый дом рассказать. Не потому, что я знаю архитекторов, а из-за своих личных историй. Вот там, когда маленький был, случилось то-то, а там пять, десять лет назад со мной что-то еще произошло. Это родной город. Конечно, я его знаю.

Вы принимали участие в ведьмовских ритуалах? Откуда вы знаете все эти подробности? Может быть, даже пытались самостоятельно, как главный герой, определить ведьму?

– Нет. Это же все изучение материала. Для меня это очень важно. Есть и другие источники, кроме средневекового «Молота ведьм». Есть исследования, есть прекрасная книжка Августа Монтегю Саммерса «История колдовства». Есть новые исследования на эту тему – пожалуйста, читайте, изучайте, смотрите, почему бы нет. А найти ведьму самому – конечно нет, зачем.

Беседовала Анна Алиева
Поделиться
  • 3,9
    Патрик Бэйтмен – красивый, хорошо образованный, интеллигентный молодой человек. Днем он работает на Уолл-стрит, но это служит лишь довеском к его истинному призванию. То, чем он занимается вечерами и по ночам, не может присниться разнеженному обывателю и в самом страшном сне. Ему двадцать шесть л...
    Патрик Бэйтмен – красивый, хорошо образованный, интеллигентный молодой человек. Днем он работает на Уолл-стрит, но это служит лишь довеском к его истинному призванию. То, чем он занимается вечерами и по ночам, не может присниться разнеженному обывателю и в самом страшном сне. Ему двадцать шесть л...
  • 4,5
    Три тайны. Три загадки. Тайна Барселоны – города, в котором возможно все… Тайна Давида – молодого журналиста, сумевшего уйти от карающего меча судьбы… Тайна Книги, у которой есть начало, но нет и, возможно, не будет финала… Светлый, прозрачный, полный загадок роман-лабиринт. Роман, который можно ...
    Три тайны. Три загадки. Тайна Барселоны – города, в котором возможно все… Тайна Давида – молодого журналиста, сумевшего уйти от карающего меча судьбы… Тайна Книги, у которой есть начало, но нет и, возможно, не будет финала… Светлый, прозрачный, полный загадок роман-лабиринт. Роман, который можно ...
  • 4,0
    Двенадцатилетний Оскар – застенчивый мальчик, привыкший к одиночеству. В школе над ним издеваются, и, ненавидя своих мучителей, он придумывает себе развлечение – уединяется в лесу, прихватив с собой нож, и вымещает злость на деревьях и трухлявых пнях, представляя, что это его преследователи. Но о...
    Двенадцатилетний Оскар – застенчивый мальчик, привыкший к одиночеству. В школе над ним издеваются, и, ненавидя своих мучителей, он придумывает себе развлечение – уединяется в лесу, прихватив с собой нож, и вымещает злость на деревьях и трухлявых пнях, представляя, что это его преследователи. Но о...
  • 4,2
    Знаменитый средневековый трактат «Молот ведьм» написан в конце XV века теологами-доминиканцами Я. Шпренгером и Г. Инститорисом. Этот труд объединил опыт борьбы инквизиции с многочисленными ересями, став самым значительным документом того времени. Книга дополнена материалами из научно-популярных с...
    Знаменитый средневековый трактат «Молот ведьм» написан в конце XV века теологами-доминиканцами Я. Шпренгером и Г. Инститорисом. Этот труд объединил опыт борьбы инквизиции с многочисленными ересями, став самым значительным документом того времени. Книга дополнена материалами из научно-популярных с...
  • 4,5
    Под улицами Лондона существует мир, о котором большинство людей и не подозревает. В нем слово становится настоящей силой. Туда можно попасть, только открыв Дверь. Этот мир полон опасностей, населен святыми и монстрами, убийцами и ангелами…
    Под улицами Лондона существует мир, о котором большинство людей и не подозревает. В нем слово становится настоящей силой. Туда можно попасть, только открыв Дверь. Этот мир полон опасностей, населен святыми и монстрами, убийцами и ангелами…
  • 4,1
    Преподобный Монтегю Саммерс, английский писатель и знаток готического романа, католический клирик и исследователь оккультизма, автор работ по истории ведьмовства и демонологии, по географии ведовства, оборотничества и вампиризма, в своей книге прослеживает мрачные предания о вампирах до истоков и...
    Преподобный Монтегю Саммерс, английский писатель и знаток готического романа, католический клирик и исследователь оккультизма, автор работ по истории ведьмовства и демонологии, по географии ведовства, оборотничества и вампиризма, в своей книге прослеживает мрачные предания о вампирах до истоков и...
  • 4,2
    Новый блестящий исторический роман. 1620 год. Учреждение в небольшом портовом городке трибунала святой инквизиции совпадает с рядом загадочных происшествий: при странных обстоятельствах убиты совершенно не связанные друг с другом люди: еврей-ростовщик и блестящий дворянин, кладбищенский сторож и ...
    Новый блестящий исторический роман. 1620 год. Учреждение в небольшом портовом городке трибунала святой инквизиции совпадает с рядом загадочных происшествий: при странных обстоятельствах убиты совершенно не связанные друг с другом люди: еврей-ростовщик и блестящий дворянин, кладбищенский сторож и ...
  • 4,8
    С.Тухолка, видный русский оккультист, жил в начале ХХ века, служил в Министерстве иностранных дел в Петербурге и написал несколько исследований и колдовстве и демонологии. Его трактат об инквизиторских процессах в Западной Европе содержит богатый фактический материал о реальных приемах и методах ...
    С.Тухолка, видный русский оккультист, жил в начале ХХ века, служил в Министерстве иностранных дел в Петербурге и написал несколько исследований и колдовстве и демонологии. Его трактат об инквизиторских процессах в Западной Европе содержит богатый фактический материал о реальных приемах и методах ...