Случайное неслучайно: разбираем роман Йоава Блума «Творцы совпадений»
  1. Главная
  2. Все подборки
  3. Случайное неслучайно: разбираем роман Йоава Блума «Творцы совпадений»
MyBook продолжает вести «Книжный обзор». Год назад популярные книжные блогеры объединились и создали собственную версию премии «Ясная Поляна»*. В этот раз мы вместе с ними обсуждаем иностранный список премии. После обзора всех претендентов они назовут имя победителя и пояснят, почему выбрали именно его. Все статьи смотрите в рубрике «Блогеры читают». Наши эксперты: Анастасия Петрич (в «Инстаграме» - drinkcoffee.readbooks), Виктория Горбенко (телеграм-канал «КнигиВикия»), Вера Котенко (телеграм-канал «Книгиня про книги») и Евгения Лисицына (телеграм-канал greenlampbooks). Сегодня речь пойдет о первом романе молодого израильского автора Йоава Блума «Творцы совпадений». «Творцы совпадений», Йоав Блум («Азбука-Аттикус», 2018) На премию «Ясная Поляна» текст номинировала переводчица и культурный антрополог Елена Байбикова со словами: «Лейтмотивом этого романа о великой любви, звучащим хоть и приглушенно, но явственно, является извечное противопоставление судьбы и свободы выбора». Перевод с иврита выполнен Еленой Карасевой. - Оценки: Евгения Лисицына: 5/10 Виктория Горбенко: 5/10 Вера Котенко: 3/10 Анастасия Петрич: 7/10 Итого: 5/10 - Как бы вы анонсировали роман в «Твиттере»? Виктория Горбенко: Некая небесная канцелярия организует совпадения. Целью может быть как встреча влюбленных, так и приход к власти Муссолини. Вера Котенко: Служили три товарища в отделе совпадений. Потом кто-то в кого-то влюбился, кто-то на кого-то пролил кофе, кто-то наступил на бабочhellip Ой, это не из этой книжки, а эта книжка тут как раз кончается, какое совпадение. Евгения Лисицына: «Ничего не бывает случайного, все имеет первопричину», - говорит Зигмунд Фрейд. «И у кого-то есть рутинная работа, чтобы эту первопричину организовывать», - добавляет Йоав Блум. Анастасия Петрич: Все не просто так, за любым событием кроются они - творцы совпадений. Их задача сделать так, чтобы кофе разливался не случайно, чтобы автобус не ушел без последствий. Но кто творит жизни самих творцов? - О чем говорит с нами Блум? Петрич: Может показаться на первый взгляд, что книга о том, что все не случайно. Однако роман Блума не про безволие перед роком, а про то, что все в наших руках, ведь даже творцы могут ошибаться. Котенко: Мир полон чудес, вокруг так много волшебства, сплошной мэджик. Вы вот думали, просто так опоздали на электричку? А это на самом деле специально подстроено отделом секретных невидимых агентов по вашим опозданиям, чтобы вы, ну не знаю, простудились на станции, вышли на больничный и поели борща с чесноком. Что еще хотел сказать автор, я не знаю. Лисицына: Жизнь прекрасна, полна и удивительна, если мы ленимся приподнять пятую точку и рассмотреть это. А еще лучше, если сил хватит на дополнительные положительные изменения. Горбенко: О диктатуре детерминизма. И еще о любви как основе всего. Отвратительная смесь. - Как бы вы определили жанр «Творцов совпадений»? Горбенко: Эффект бабочки в небе над Берлином. Лисицына: Чудеса-за-углами. Котенко: Есть такой жанр - мятная сказка. Сдается мне, это вот она. Петрич: Для меня это хороший пример умеренного фантастического романа, где фантастика хорошо вписывается в реальность. Яркая любовная линия здесь не превращается в ведущую, но дает роману свой приятный флер. - Относится ли это произведение к спойлероопасным? Петрич: О да. Оно определенно такое. Знание концовки разрушит очаровательную атмосферу основной загадки произведения. На ней и держатся все основные проблемы и темы книги. Горбенко: Лично я вообще не боюсь спойлеров (благо последний сезон «Игры престолов» и финал «Мстителей» уже позади). У Блума интереснее всего наблюдать за процессом создания совпадений, подгонкой деталей. Но есть большая вероятность, что знание финала многим может испортить удовольствие от чтения. Лисицына: Я спойлеров не опасаюсь, но как раз тут редкий случай, когда в каком-то факте кроется вся соль сюжета. Так что постарайтесь поменьше читать рецензий, если беретесь за Блума. Котенко: Не относится. Мне никто с самого начала не рассказал, чем все кончится, а книга все равно ужасно не понравилась. Ничего бы не изменилось, если бы я знала, что в финале будет именно вот это, - ну разве что я бы и вовсе книжку не дочитала. - Как бы вы определили и описали стиль письма Йоава Блума? Лисицына: Фьюжн. Попытка скрестить мотивационное послание и романтическое балабольство. Котенко: Это такой немножко амели-пулен-стиль (с отсылкой к великому фильму «Амели», вдруг кто не знает) - Йоав Блум при этом почему-то не француз, но пишет так, будто бы все-таки француз, завтракает багетом, запивает шампанским, а потом вокруг него сплошные чудеса и розовые пони, а под вечер он читает лекцию на площадке TED про то, что все мы - творцы совпадений. Петрич: Стиль Блума кинематографичный. Читая этот роман, ты будто бы видишь легкий, но не бесполезный или глупый фильм, за просмотром которого можно хорошо провести вечер. Поэтому и читается он легко, вызывая положительные эмоции. Горбенко: Нескучная сентиментальность. - Верите ли вы в неслучайные совпадения или судьбу? А сам Блум? Котенко: Это слишком философский вопрос, чтобы ответить на него одним предложением. Вообще-то, пожалуй, верю - и примерно так же, как я верю в привидений, допускаю наличие жизни в других галактиках, в то, что хуже 2020 года уже не будет, и во всякую другую маловероятную ерунду. Совершенно точно, что вместе со мной во все то же самое верит и автор этой книги, и тут - вот парадокс, - вот тут-то я ему и не верю! Петрич: Я не верю и думаю, что автор тоже. Он дает своим главным героям право на ошибку, а значит, власть их «подопечных» над своей реальностью. Да, кофе может пролиться не случайно, но то, что дальше происходит в голове человека, неподвластно ничьему контролю. Горбенко: Автор верит, а я нет. С любовью примерно так же. А поскольку мне показалось, что это две главные темы романа, читать было сложно. Лисицына: Думаю, что мы вместе с автором одинаково полагаем: это несущественно. Если полагаться на любые крайности (либо фатализм, либо вера только в свою мощь), то выйдет ерунда какая-то. - В каком настроении лучше всего читать роман? Горбенко: Идеальный момент - перед Новым годом. Все это новогодне-рождественское ожидание чуда располагает. Возможно, даже мне понравилось бы больше. В конце концов, я каждый год пересматриваю «Интуицию». Лисицына: Когда не хочется слишком сильно загружать голову, но и к ромфанту про попаданцев душа не лежит, потому что слишком простенько. Петрич: В меланхолическом. Когда хочется чего-то хорошего, но не заставляющего очень много думать и анализировать. Котенко: В зефирно-праздничном, кстати говоря, вполне может - вдруг получится отвлечься от всякого, что в мире происходит. На войне, как говорится, все средства хороши - даже такие. - Кому понравится книга? Котенко: Ребят, кому из вас она понравилась? *смотрит на ответы выше и ниже* Признавайтесь, я вам вышлю пачку зефира, я категорически выступаю только за такой вариант повышения сахара в организме! Петрич: Много кому. Главное, чего не стоит ожидать, - великих смыслов. Горбенко: Романтикам, которые верят, что и тектонические плиты двигаются, чтобы в конце концов два влюбленных сердца забились в унисон. Лисицына: Любителям ну очень легкой и невесомой литературы. - Посоветуйте что-нибудь похожее для чтения. Петрич: «Я - посланник» Зусака** похож темой судьбы и власти над нею. Ну и «Руководство к действию на ближайшие дни» самого Блума, чтобы посмотреть, изменился ли он с момента своей первой книги. Горбенко: «Планировщики» Ким Онсу. В основе все то же тщательное планирование совпадений, хотя и цели у него сильно отличающиеся, если не сказать противоположные. Котенко: Прибегну к некоторому читерству и посоветую книжку «Игра случая» Джозефа Мазура. Окажется, что совпадения так же можно засунуть в экселевскую табличку и вычислить некоторые закономерности, приводящие нас к разговору о вероятностях и многом другом, вполне интересном и обоснованно-логичном. Лисицына: Как-то неуловимо похожа «Элегантность ежика» Мюриель Барбери, а еще - Макс Фрай. Наверное, стоило бы советовать его книги про Ехо, но магическое в обыденном у него/нее куда интереснее описано в «Энциклопедии мифов» (на Майбуке в двух томах, читайте оба). Вот это настоящий Йоав Блум здорового человека, при всей моей относительной нелюбви к более легковесным вещам автора. А если хочется сентиментальности, но менее легковесной, то подойдет «Вторая жизнь Уве» Фредрика Бакмана. * Литературная премия «Ясная Поляна» — ежегодная общероссийская литературная премия, учрежденная в 2003 г. Музеем-усадьбой Л. Н. Толстого «Ясная Поляна» и компанией Samsung Electronics. ** Некоторые произведения временно недоступны в каталоге MyBook по желанию правообладателей.

Случайное неслучайно: разбираем роман Йоава Блума «Творцы совпадений»

8 
книг

MyBook продолжает вести «Книжный обзор». Год назад популярные книжные блогеры объединились и создали собственную версию премии «Ясная Поляна»*. В этот раз мы вместе с ними обсуждаем иностранный список премии. После обзора всех претендентов они назовут имя победителя и пояснят, почему выбрали именно его. Все статьи смотрите в рубрике «Блогеры читают».
 
Наши эксперты: Анастасия Петрич (в «Инстаграме» – drinkcoffee.readbooks), Виктория Горбенко (телеграм-канал «КнигиВикия»), Вера Котенко (телеграм-канал «Книгиня про книги») и Евгения Лисицына (телеграм-канал greenlampbooks).

Сегодня речь пойдет о первом романе молодого израильского автора Йоава Блума «Творцы совпадений».
 
 

«Творцы совпадений», Йоав Блум

(«Азбука-Аттикус», 2018)
 
 
На премию «Ясная Поляна» текст номинировала переводчица и культурный антрополог Елена Байбикова со словами: «Лейтмотивом этого романа о великой любви, звучащим хоть и приглушенно, но явственно, является извечное противопоставление судьбы и свободы выбора». Перевод с иврита выполнен Еленой Карасевой
 
 
– Оценки:

Евгения Лисицына: 5/10 
Виктория Горбенко: 5/10 
Вера Котенко: 3/10
Анастасия Петрич: 7/10
 
Итого: 5/10


– Как бы вы анонсировали роман в «Твиттере»?

Виктория Горбенко: Некая небесная канцелярия организует совпадения. Целью может быть как встреча влюбленных, так и приход к власти Муссолини.

Вера Котенко: Служили три товарища в отделе совпадений. Потом кто-то в кого-то влюбился, кто-то на кого-то пролил кофе, кто-то наступил на бабоч… Ой, это не из этой книжки, а эта книжка тут как раз кончается, какое совпадение.

Евгения Лисицына: «Ничего не бывает случайного, все имеет первопричину», – говорит Зигмунд Фрейд. «И у кого-то есть рутинная работа, чтобы эту первопричину организовывать», – добавляет Йоав Блум.

Анастасия Петрич: Все не просто так, за любым событием кроются они – творцы совпадений. Их задача сделать так, чтобы кофе разливался не случайно, чтобы автобус не ушел без последствий. Но кто творит жизни самих творцов?



– О чем говорит с нами Блум?

Петрич: Может показаться на первый взгляд, что книга о том, что все не случайно. Однако роман Блума не про безволие перед роком, а про то, что все в наших руках, ведь даже творцы могут ошибаться.

Котенко: Мир полон чудес, вокруг так много волшебства, сплошной мэджик. Вы вот думали, просто так опоздали на электричку? А это на самом деле специально подстроено отделом секретных невидимых агентов по вашим опозданиям, чтобы вы, ну не знаю, простудились на станции, вышли на больничный и поели борща с чесноком. Что еще хотел сказать автор, я не знаю.

Лисицына: Жизнь прекрасна, полна и удивительна, если мы ленимся приподнять пятую точку и рассмотреть это. А еще лучше, если сил хватит на дополнительные положительные изменения.

Горбенко: О диктатуре детерминизма. И еще о любви как основе всего. Отвратительная смесь.



– Как бы вы определили жанр «Творцов совпадений»?

Горбенко: Эффект бабочки в небе над Берлином.

Лисицына: Чудеса-за-углами.

Котенко: Есть такой жанр – мятная сказка. Сдается мне, это вот она.

Петрич: Для меня это хороший пример умеренного фантастического романа, где фантастика хорошо вписывается в реальность. Яркая любовная линия здесь не превращается в ведущую, но дает роману свой приятный флер.



– Относится ли это произведение к спойлероопасным?

Петрич: О да. Оно определенно такое. Знание концовки разрушит очаровательную атмосферу основной загадки произведения. На ней и держатся все основные проблемы и темы книги.

Горбенко: Лично я вообще не боюсь спойлеров (благо последний сезон «Игры престолов» и финал «Мстителей» уже позади). У Блума интереснее всего наблюдать за процессом создания совпадений, подгонкой деталей. Но есть большая вероятность, что знание финала многим может испортить удовольствие от чтения.

Лисицына: Я спойлеров не опасаюсь, но как раз тут редкий случай, когда в каком-то факте кроется вся соль сюжета. Так что постарайтесь поменьше читать рецензий, если беретесь за Блума.

Котенко: Не относится. Мне никто с самого начала не рассказал, чем все кончится, а книга все равно ужасно не понравилась. Ничего бы не изменилось, если бы я знала, что в финале будет именно вот это, – ну разве что я бы и вовсе книжку не дочитала.



– Как бы вы определили и описали стиль письма Йоава Блума?

Лисицына: Фьюжн. Попытка скрестить мотивационное послание и романтическое балабольство.

Котенко: Это такой немножко амели-пулен-стиль (с отсылкой к великому фильму «Амели», вдруг кто не знает) – Йоав Блум при этом почему-то не француз, но пишет так, будто бы все-таки француз, завтракает багетом, запивает шампанским, а потом вокруг него сплошные чудеса и розовые пони, а под вечер он читает лекцию на площадке TED про то, что все мы – творцы совпадений.

Петрич: Стиль Блума кинематографичный. Читая этот роман, ты будто бы видишь легкий, но не бесполезный или глупый фильм, за просмотром которого можно хорошо провести вечер. Поэтому и читается он легко, вызывая положительные эмоции.

Горбенко: Нескучная сентиментальность.


 
– Верите ли вы в неслучайные совпадения или судьбу? А сам Блум?

Котенко: Это слишком философский вопрос, чтобы ответить на него одним предложением. Вообще-то, пожалуй, верю – и примерно так же, как я верю в привидений, допускаю наличие жизни в других галактиках, в то, что хуже 2020 года уже не будет, и во всякую другую маловероятную ерунду. Совершенно точно, что вместе со мной во все то же самое верит и автор этой книги, и тут – вот парадокс, – вот тут-то я ему и не верю!

Петрич: Я не верю и думаю, что автор тоже. Он дает своим главным героям право на ошибку, а значит, власть их «подопечных» над своей реальностью. Да, кофе может пролиться не случайно, но то, что дальше происходит в голове человека, неподвластно ничьему контролю.

Горбенко: Автор верит, а я нет. С любовью примерно так же. А поскольку мне показалось, что это две главные темы романа, читать было сложно.

Лисицына: Думаю, что мы вместе с автором одинаково полагаем: это несущественно. Если полагаться на любые крайности (либо фатализм, либо вера только в свою мощь), то выйдет ерунда какая-то.



– В каком настроении лучше всего читать роман?

Горбенко: Идеальный момент – перед Новым годом. Все это новогодне-рождественское ожидание чуда располагает. Возможно, даже мне понравилось бы больше. В конце концов, я каждый год пересматриваю «Интуицию».

Лисицына: Когда не хочется слишком сильно загружать голову, но и к ромфанту про попаданцев душа не лежит, потому что слишком простенько.

Петрич: В меланхолическом. Когда хочется чего-то хорошего, но не заставляющего очень много думать и анализировать.

Котенко: В зефирно-праздничном, кстати говоря, вполне может – вдруг получится отвлечься от всякого, что в мире происходит. На войне, как говорится, все средства хороши – даже такие.



– Кому понравится книга?

Котенко: Ребят, кому из вас она понравилась? *смотрит на ответы выше и ниже* Признавайтесь, я вам вышлю пачку зефира, я категорически выступаю только за такой вариант повышения сахара в организме!

Петрич: Много кому. Главное, чего не стоит ожидать, – великих смыслов.

Горбенко: Романтикам, которые верят, что и тектонические плиты двигаются, чтобы в конце концов два влюбленных сердца забились в унисон.

Лисицына: Любителям ну очень легкой и невесомой литературы.



– Посоветуйте что-нибудь похожее для чтения.

Петрич: «Я – посланник» Зусака** похож темой судьбы и власти над нею. Ну и «Руководство к действию на ближайшие дни» самого Блума, чтобы посмотреть, изменился ли он с момента своей первой книги.

Горбенко: «Планировщики» Ким Онсу. В основе все то же тщательное планирование совпадений, хотя и цели у него сильно отличающиеся, если не сказать противоположные.

Котенко: Прибегну к некоторому читерству и посоветую книжку «Игра случая» Джозефа Мазура. Окажется, что совпадения так же можно засунуть в экселевскую табличку и вычислить некоторые закономерности, приводящие нас к разговору о вероятностях и многом другом, вполне интересном и обоснованно-логичном.

Лисицына: Как-то неуловимо похожа «Элегантность ежика» Мюриель Барбери, а еще – Макс Фрай. Наверное, стоило бы советовать его книги про Ехо, но магическое в обыденном у него/нее куда интереснее описано в «Энциклопедии мифов» (на Майбуке в двух томах, читайте оба). Вот это настоящий Йоав Блум здорового человека, при всей моей относительной нелюбви к более легковесным вещам автора. А если хочется сентиментальности, но менее легковесной, то подойдет «Вторая жизнь Уве» Фредрика Бакмана.


* Литературная премия «Ясная Поляна» — ежегодная общероссийская литературная премия, учрежденная в 2003 г. Музеем-усадьбой Л. Н. Толстого «Ясная Поляна» и компанией Samsung Electronics.
** Некоторые произведения временно недоступны в каталоге MyBook по желанию правообладателей.
Поделиться