Нью-Йорк 70-х и поиски сексуальной идентичности: разбираем роман Айлин Майлз «Инферно»
image
  1. Главная
  2. Все подборки
  3. Нью-Йорк 70-х и поиски сексуальной идентичности: разбираем роман Айлин Майлз «Инферно»

Нью-Йорк 70-х и поиски сексуальной идентичности: разбираем роман Айлин Майлз «Инферно»

0 
книг

Оксана Васякина
Кто такая Айлин Майлз и чем она знаменита? Почему о культурном поэтическом символе Америки в России так мало известно? И что за роман «Инферно» недавно выпустило феминистское издательство No Kidding Press? Поэтесса Оксана Васякина попробовала во всем этом разобраться.

Американская перформансистка и рок-звезда от поэзии Айлин Майлз была практически неизвестна российским читателям. Первые переводы ее стихотворений появились еще в 90-х, затем их публиковали в поэтических медиа. Впервые в России полноценный сборник ее стихов «Избранное Избранное» выпустило небольшое издательство «Русский Гулливер» в 2017 году (переводчица – Анна Гальберштадт). В выходных данных книги тираж не указан – это может означать, что ее тираж менее 500 экземпляров. Сейчас уже «Избранное Избранное» невозможно купить, но можно скачать в разных форматах на сайтах, а на YouTube лежит запись выступления Айлин Майлз в петербургском независимом книжном магазине «Порядок слов».

Только в 2019 году в издательстве No Kidding Press был опубликован роман Майлз «Инферно», написанный в 2010 году. Именно этот роман расширил круг читателей Майлз с профессиональной среды поэтов до русскоязычного феминистского и ЛГБТ-сообщества и сделал ее более узнаваемой. Правда, любители сериалов могли знать Майлз ранее как прототип поэтессы, лесбиянки и профессора Эйлин из сериала Transparent («Очевидное»). Но такая лоскутная репрезентация скорее запутывает и пугает, чем создает яркую эмблематическую картинку.
 
 
Читая произведения Айлин Майлз, нужно иметь в виду то, что автор пишет биографические или псевдобиографические тексты. В «Инферно» Майлз рассказывает о том, как она, будучи двадцатипятилетней девушкой, перебирается из Бостона (где жила в материнской семье) в Нью-Йорк, чтобы заниматься поэзией. 

«Инферно» жанрово обозначен как «роман поэта». Что это? Значит ли наличие прилагательного «поэтический», что читатели встретят возвышенные философские размышления и плетение словес? Совсем нет. Ключевое в этом тексте: любое стереотипное представление о поэте и поэзии разбивается о фигуру Айлин Майлз. Хотя «Инферно» поразит внимательных читателей неожиданными вспышками откровений и нетривиальных метафор, как бы выныривающих из потока речи автора. 

Значит ли наличие слова «роман» в подзаголовке то, что читателей затянет в увлекательное путешествие, обеспеченное крутым сюжетом и сложной системой героев? И да и нет. «Инферно» – текст для медленного погружения и, как я уже писала выше, порой заставляющий вздрагивать от поэтических инсайтов, которыми Майлз в самых неожиданных местах схватывает все, что происходит вокруг нее. Что касается сложной системы персонажей, то она есть. И эти персонажи – совершенно настоящие живые люди, подруги, приятели и коллеги Майлз. Среди них – звезды американского искусства, музыканты, поэты, возлюбленные и, конечно, собака Майлз Роуз.

Когда речь идет об автобиографическом романе, сложно «разделить» автора книги и ее нарратора, но эта читательская процедура необходима. Отсоединение дает возможность представить себе не буквальный жизненный мир и историю Майлз, а мир художественный. Важно, что в книге речь идет о становлении поэта, что само по себе предлагает дополнительные условия для восприятия текста.

В первой главе Майлз пишет о том, как неправильно поняла задание преподавательницы в университете, которая попросила написать сочинение о Данте. Вместо эссе Майлз написала поэтический текст, ставший ее первым стихотворением. Так начинается ее погружение в «Инферно» (ад), и поэтесса сама, как Вергилий, становится проводником читателей. Майлз сопровождает нас в клубящиеся круги нью-йоркского богемного ада и ее собственной поэзии.

Принято считать, что Майлз относится к Нью-Йоркской школе поэзии, но в Нью-Йорк Майлз приехала уже после смерти Фрэнка О’Хары, одного из главных участников этого поэтического движения. Формальные признаки ее поэтики, а именно четкая фиксация бытовых деталей (обратите внимание на то, как Майлз описывает свой внешний вид, а особенно свое старое пальто, найденное на чердаке) и скользящее внимание – уходящее то в глубину сознания героини, то схватывающее атмосферу пространства, в котором она находится, – наследие Нью-Йоркской поэтической школы. В ее поэтике легко узнать и битнический пафос. Стиль Майлз можно назвать гибридным, многие маркируют ее творчество как постмодернистское. Но есть и то, что Майлз привносит в эти «чужие» манеры, а именно – взгляд и голос молодой женщины 70-х. Майлз критикует поэтов-мужчин, которые вечно указывают ей, что читать и как писать, она рассказывает о собственной сексуальности. Майлз свободна в выражении своих мыслей, она не стыдится говорить о себе, в этом ценность и новаторство ее жеста. 

Есть и другая фигура, важная для Майлз, а именно – перформансистка и писательница Кэти Акер. Акер – современница Майлз, ее писательская карьера летела вверх в то время, когда Майлз только начинала творческий путь. Акер, как и Майлз, создавала постмодернистские романы. Но если Майлз апроприировала метод, то Акер его захватывала и взламывала. И, как того и следовало ожидать, они, работавшие на одном поле и жившие в одном городе, не нашли общего языка. В «Инферно» Акер не названа по фамилии, в тексте она фигурирует как Кэти, но ее несложно узнать по тем атрибутам, которые описывает Майлз, – кожаная байкерская куртка, татуировки и куча внимания от окружающих. Внимания, которого сама Майлз, бесспорно, заслуживала, но не получала в полной мере.

«Инферно» можно читать и как роман-воспитание. Молодая девушка перебирается из Бостона в Нью-Йорк, чтобы найти себя. Она живет одна в съемных квартирах, работает официанткой, продавщицей поддельных жетонов на метро и секретаршей. Она пьет, занимается сексом, размышляет о поэзии и пытается осмыслить новый мир. Говорить о том, что в конце книги мы видим абсолютно нового человека, было бы опрометчиво. В финале Майлз все так же блуждает по барам и квартирам, участвует в поэтических семинарах, тусуется, пьет и выступает на коллективных чтениях. Ее петляющее, порой закольцованное и зигзагообразное движение приводит ее к новому ощущению себя, и в первую очередь это новое понимание себя связано с приобретением сексуальной идентичности лесбиянки и полным становлением поэта.

С первого взгляда кажется, что роман совершенно лишен времени. Все, о чем нам рассказывает Майлз, как будто подвешено в безвоздушном пространстве: улицы Нью-Йорка, пивные банки, поэтические чтения, крутой склон, по которому героиня Майлз взбирается, чтобы посмотреть на вулкан. Это ощущение создается даже вопреки тому, что она указывает точные даты и промежутки во времени. Такое безвременье можно списать на постоянное опьянение героини, но стоит дольше задержать свой взгляд на этом явлении и обнаружить способность Майлз останавливать время и показывать через текст психоэмоциональное проживание молодости, беспечности или поэзии. Поэзия по Майлз и есть сложная машина времени, которая позволяет делать с ним все, что ей заблагорассудится, – может остановить, может закольцевать, а может его уничтожить. Свобода в обращении со словами, фактами, временем и пространством – одна из базовых особенностей поэтики Майлз.

Сложно писать о текстах, основа которых – свобода. Зато читать их – необходимо. 
Поделиться