Его губы дрогнули в невеселой улыбке. – Но не спрашивай меня, почему. Я не знаю ответа. Я внимательно всматривалась в его глаза, пытаясь уловить ложь, лукавство, понять, не очередная ли это игра. Но нет, он казался таким искренним, как никогда прежде. Его тоже волновало это, его потребность в этих болезненных отношениях. Необходимость, толкающая на жестокие поступки, вынуждая причинять муки.