«Если человек чего-то страстно хочет, он найдет способ получить любую вещь.»
«Времени сидеть на одном месте больше нет, надо действовать. Мы с Олегом наперегонки летим к финишу, только он бежит в команде, а я в гордом одиночестве. Ну, кто кого?»
(Дарья Донцова. «Урожай ядовитых ягодок». 2002)
«Любовь, ненависть, ревность… Есть среди нас Джульетты, Отелло, леди Макбет и короли Лиры. И иногда страсть настолько захватывает человека, что он перестает владеть собой, становится преступником, готовым на все.»
(Дарья Донцова. «Урожай ядовитых ягодок». 2002)
«Принято считать, что маньяки, как правило, мужчины. В сознании обывателя серийный убийца – это дядька, прячущийся в лесополосе с топором за поясом.»
(Дарья Донцова. «Урожай ядовитых ягодок». 2002)
Четвертая книга Дарьи Донцовой (Агриппины Васильевой) из серии «Виола Тараканова. В мире преступных страстей» под названием «Урожай ядовитых ягодок» (2002), до которой я добралась, руководствуясь последовательностью появления произведений на свет, также, как и предыдущие романы серии оправдывает своё название: страсти человеческие во всём безумном, преступном безобразии. А жанр — иронический детектив усиливает, сгущая краски, проявления этих страстей. Настолько ослепительно ярко, что и слепой увидит вспышку — идею «Урожая ядовитых ягодок».
****
О ненависти, которая жаждет мести, кто только не писал. Лучше А. Дюма это никому ещё не удалось. Многие сходятся во мнении, что «Граф Монте Кристо» — лучший из романов о мести.
Дарья Донцова, как мне показалось, не претендует на славу великого классика. Она среди многих — не единственная, кто не в силах эту тему обойти. «Урожай ядовитых ягодок» — иронический детектив, в котором месть предстаёт в болезненном, гротескном виде.
Может ли ненависть и стремление во что бы то ни стало отомстить явиться причиной психического расстройства? — Наверно, в отдельных случаях может. Донцова придумала ТАКУЮ историю, что только диву даёшься!
Автор покажет нам безумную карусель неутолённой мести, которую питает вечный двигатель — ненависть. Страсть одного вовлекает в эту карусель других, делая их соучастниками цепи смертельных преступлений без угрызений совести. О! Александр Дюма до такого не додумался: он был куда скромнее в своих притязаниях на отмщение …
****
Параллельно криминальной сюжетной линиии, которую определяют расследования Виолы Таракановой, не менее СТРАСТНОЙ доморощенной сыщицы, чем мститель, развивается сюжетная линия событий в сдвоенной квартире, где проживают «табаром» бесконечные приживалы главной героини.
Там царит полный бедлам и неразбериха. Юмор, сатира, смешанные с изобретательностью автора, иногда умиляют, а иногда и раздражают — ну, не до такой же степени! А в целом — забавно. Это для нас с вами своеобразный ТЕСТ на доброту и толерантность.
У доброты и сочувствия к обездоленным ближним, к сожалению, имеется и оборотная сторона. Оказывается, она отнюдь не такая уж и приятная. Даже очень неприятная. Поражаюсь, как они там не перегрызлись ещё в этом «общежитии». Хотя автор и этому обстоятельству находит объясняющие причины.
****
Вилка попадает в жуткий криминальный переплет. Она оказывается втянутой в карусель мести, которая едва не стоила ей собственной жизни.
Невольно на ум приходят главные герои Анны Даниловой (Дубчак) из сериала «Следователь Марк Садовников». У Марка жена — известная и талантливая художница — Маргарита Орлова тоже доморощенная сыщица. Но как же отличаются друг от друга эти героини! И как разнятся их личные семейные отношения. И это здорово. Данилова и Донцова, как говорят в Одессе, — «две большие разницы». Особенно заметно, что Донцова пишет ИРОНИЧЕСКИЙ женский детектив (хотя я не очень понимаю, что в данном смысле обозначает слово «женский»).
****
В общем, история про «ядовитые ягодки» получилась неплохой. Всё запутано … А точки над «i» всё-таки расставляет в конце концов Куприн — муж Вилки. Но при этом кое-какая динамика в их отношениях и этом вопросе между супругами уже немечается …
P.S.
Смешная Виола Тараканова. С говорящей фамилией: свои тараканы в голове. Куда ещё они её заведут?..
«Ну представьте себе: огромный бронзовый Пушкин, а по бокам две совершенно одинаковые бабы с журналами в руках».