Цитаты из книги «Я умер вчера»

Если человек не хочет делать дело, он никогда не сделает его хорошо, даже если проявит феноменальную добросовестность, потому что принуждение убивает фантазию и интуицию. А без фантазии и интуиции ты не мастер, ты просто ремесленник.

«Вероятно, он смотрит на меня, толстую и неуклюжую, и не может взять в толк, почему это я такая смелая. По его представлениям, такая, как я, должна обеими руками вцепиться в мужа и удерживать его из последних сил, потому что больше на меня никто не позарится. Самому ему скорее всего нравятся изящные стройные женщины, и ему даже в голову не приходит, что есть мужчины, которым нравятся именно такие женщины, как я. Знал бы он, сколько на самом деле таких мужчин, его бы, наверное, кондрашка хватил. И почему великое множество людей считает собственные вкусы эталонными и единственно правильными?»

Надо с младенчества приучать ребенка к тому, что есть слово «можно» и есть слово «нельзя». И эти слова – святые. Сказано, что можно играть и шуметь, – играйте сколько влезет, бегайте где хотите, я вам слова не скажу. Но если я сказала «нельзя», значит, все, никаких поблажек и исключений. Если нельзя садиться за стол с немытыми руками, то всем нельзя, и их родителям, и бабушкам с дедушками, и мне, прабабке.

«Тишины хочу, тишины… Нервы, что ли, обожжены?»

Нужно что-то сказать, но слов не было, и желания говорить не было. Была только огромная усталость и стремление побыть в одиночестве, чтобы не нужно было ни с кем разговаривать. Никому ничего не объяснять. Не отвечать ни на какие вопросы. Никого не видеть. Просто закрыть глаза, посмотреть внутрь себя

Она задавала вопросы, записывала ответы, внимательно следя за словами собеседника и одобрительно кивая, как кивает учитель, когда заядлый двоечник вдруг сподобился выучить урок и произносит у доски

Жизнь такова, какова она есть, и больше никакова.

Ты не принц, Стасов. – Татьяна легко рассмеялась, чувствуя, как груз ревности и тоски сваливается с ее души. – Ты мой любимый муж, и этого достаточно.

Она любила вас безрассудно и преданно, вы были главным человеком в ее жизни,

Более ухоженная, с хорошо прокрашенными волосами и тщательным макияжем, в дорогом плаще поверх элегантного костюма, жена Александра Юрьевича производила впечатление женщины, дошедшей до последней грани отчаяния.