Константин, читала вашу книгу «Молот ведьм», показалось, в ней довольно много жестокости.

Вам не показалось.

И многие читатели это отметили. Но ведь вы хотели донести какую-то другую мысль. Стоило ли использовать так много натуралистичных сцен? Чего вы хотели добиться ими?

А какую мысль я хотел донести?

Что современность ничем не лучше Средневековья, мы движемся циклично, никак не можем решить свои проблемы…

Это хорошо. Я вообще, в принципе, рад, что возникают идеи о том, что есть какие-то смыслы в книге, что есть такой читательский отклик. А что касается натуралистичных и малоприятных сцен, связанных с жестокостью и насилием, – так это же не является предметом художественного описания. Это выразительное художественное средство. И в данном случае, учитывая тему и сюжетные составляющие, я считаю, что этот прием оправдан. В любом случае, это не применение приема ради приема. Не описание насилия ради описания насилия.

Автору не нравится, автор бы с удовольствием об этом не писал

Но и в более ранней книге «Красные цепи» тоже присутствует жестокость. Вам все-таки нравится эта тема?

Это произведение содержательно определяется как триллер. И мне кажется, что в любом случает книга с напряженным сюжетом, триллер, тем более посвященный феноменологии вампиризма, алхимии, как «Красные цепи», или как «Молот ведьм» – ведовству, предполагает наличие насилия. Но не потому, что это автору нравится – автору не нравится, автор бы с удовольствием об этом не писал, а написал бы лучше хорошую волшебную сказку – а просто так получилось. Творческий процесс управляем в части работы, когда ты садишься и пишешь. Но он мало управляем в том, что ты пишешь, что можешь написать. Хотел бы, может, что-то другое написать, но получилось так.

Почему вы назвали книгу так же, как и средневековый трактат? Не было других вариантов?

Нет. Но это ведь не зря. Книга отсылает к «Молоту ведьм» Шпренгера и Инститориса. Если мы пойдем сюжетно, то увидим, что во многом он определил развитие событий в моем романе. Поэтому это логичная отсылка.

А ваша новая книга «Культ», которая еще не вышла в печать, она какой получилась?

Хорошей! Но на вопрос «какая книга и что там будет» я обычно отвечаю, чего там не будет. Так вот, там не будет привычных главных героев: Гронского, Алины, Петербурга, и не будет исторических вставок. То есть таких очень ярких характерных элементов, присущих мне как автору, не будет. Мне интересно писать по-разному и всякий раз рассказывать новую историю. Хотя книги и объединены общими персонажами, каждая из них – это отдельная история. И мне интересно создавать новых персонажей, помещать их в другие обстоятельства и места. Потому что невозможно писать одно и то же – и сам соскучишься, и читатель соскучится. Поэтому я стараюсь что-то менять.

То есть в «Культе» все другое, не похоже на прежние истории?

Есть общие персонажи – ведь они уехали вдвоем. Вот мы с ними и поедем вместе. Книга выходит в августе.

«Молот ведьм» по сравнению с «Американским психопатом» – это детский утренник

Как вам кажется, почему людям интересно читать жестокие истории – хорроры и триллеры?

Я бы не абсолютизировал. Кому-то нравится читать Сару Джио, Анну Тодд. Сколько людей, столько и мнений. К тому же, если мы говорим про любителей читать или смотреть тяжелые, жестокие произведения, то, мне кажется, мы говорим об очень небольшой части читательской аудитории. Вот вам же наверняка не нравится всякий треш читать? Не нравится. Вот поэтому я и говорю. Кстати, читали «Американского психопата»? Я могу сказать, что по сравнению с ним «Молот ведьм» даже в самых жестких своих проявлениях – это детский утренник.

А если сравнить с Чаком Палаником?

Не сравнивал, я Паланика не читал.

Мне показалось, что ваша книга жестче.

Наверное. Но опять-таки, это не было целью. Вот так оно спелось на открытой ноте, так получилось. У меня нет ничего нарочитого. Я как-то говорил в интервью, что не могу обещать людям, что им книга понравится. Это было бы странно. Кому-то арбуз нравится, кому-то свиной хрящик. Нельзя говорить «я вам обещаю». Нет, я не знаю, что будет, но я могу пообещать, что у меня все написано честно. Все написано на максимальном уровне возможностей. Как мог, так сделал. Может быть, мог бы и лучше, но на этот момент отработал на сто процентов. Там нет ни одной буквы, слова, фразы, которая была бы написана из соображений «ладно, сойдет, нормально».

Кому-то арбуз нравится, кому-то свиной хрящик

Посоветуете книги в похожем жанре для читателей, которым понравился «Молот ведьм»?

Я сейчас вот думаю… Но нет, не посоветую. Это не потому, что я какой-то уникальный и великий, а потому, что мне сложно подобрать референсы. Но я могу порекомендовать как обычный человек и читатель. Например, Карлоса Руиса Сафона. Пожалуй, все читали, но если кто не читал – пусть прочтут «Тень ветра» и «Игра ангела», потому что шикарно. Еще я могу порекомендовать Юна Линдквиста «Впусти меня». Еще я очень люблю Нила Геймана. Очень нравится «Никогде». Он пишет, как я бы хотел писать. Не в смысле техники и мастерства – а в смысле настроения и творческого направления движения. Он же сказочник, пишет прекрасные, мрачноватые, но восхитительные сказки. Мне бы тоже так хотелось, но у меня видите, какие сказки получаются.

Так напишите добрую сказку.

Я бы хотел, но тут уж кому какой голос дан. Я подозреваю, что возьмусь за сказку, а получится опять то, о чем пишу сейчас.

Собираетесь перевести романы в аудиоформат? Какого чтеца бы выбрали?

А скоро выходят. Договор подписан на аудиоправа. Предположительно через две-три недели. Кто озвучивает – не знаю. Я же не занимаюсь записью аудиокниг.

И повлиять не хотите? Некоторые писатели сами озвучивают свои книги.

Я придерживаюсь идеи, что каждый должен заниматься своим делом. Когда выходила первая книга «Красные цепи» тиражом 1000 экземпляров в Питере, я занимался всем. И дизайном обложки, и аннотацией, и продвижением, и всем прочим. Сам пою – сам билеты продаю. Но это неправильно. Конечно, на определенном этапе этим нужно заниматься – приходится. Но автор должен писать, а издательство – издавать. Сейчас я уже могу, слава богу, сосредоточиться на том, чтобы создавать продукт.

Насколько я знаю, вы единственный писатель в России, который стал членом Международной ассоциации авторов триллеров (ITV). Как это получилось?

Да, знаете, из собственного упрямства и характера. Я узнал, что такая организация есть. The International Thriller Writers объединяет преимущественно англоязычных писателей, из США.

«Международная ассоциация авторов триллеров, пожалуйста, возьмите меня к себе»
Я написал им письмо с просьбой рассмотреть мою заявку. Многое можно сказать про «зарубежных партнеров», как говорит наш министр иностранных дел, но в чем им не откажешь, так это в том, что они хорошо работают. Вообще, опыт работы в бизнесе показывает, что люди иногда и на письма не отвечают – такое вот отношение. Но тут написал никому не известный парень из России. «Международная ассоциация авторов триллеров, пожалуйста, возьмите меня к себе». Могли бы вообще не отвечать. Но нет, отвечали, мы переписывались, у меня попросили переведенный фрагмент книги. Переводчик перевел мне первые три главы «Красных цепей». Потом я предоставил презентацию на английском языке, данные об изданиях, тиражах, премиях – у меня есть премия «Рукопись года». В общем, очень много подробной информации. Мы много разговаривали, и в итоге мне пришло официальное письмо на бланке с подтверждением за подписью Ли Чайлда.

А что это вам дает?

Ничего. Я поэтому и забыл об этом. Поздно вспомнил о ITV, когда уже вышла новая книга, ведь об этом можно было рассказать, упомянуть. Но поскольку ничего не дает, поэтому и забыл. Такая, скорее, опция.

В Москве сегодня по-питерски серо – почти как в ваших книгах. Могли бы, хотели бы написать книгу в реалиях Москвы?

Видите, пока не написал. Но действие моего третьего произведения «Культ» происходит не в Питере, а в другом городе. Посмотрим. А чтобы именно про Москву, сделать ее городом как активным фоном, важным элементом повествования – я слишком плохо ее знаю. Петербург я знаю хорошо. Когда родился и живешь 43 года – немножко узнаешь его.

Но вы скорее хорошо или отлично знакомы с местностью. В «Молоте ведьм» немалую роль играют старинные особняки, улицы, островки.

Неплохо знаком, потому что я ее всю ногами прошел за свою жизнь. Там я могу, находясь в центре, например на Петроградке, встать, повернуться и про каждый дом рассказать. Не потому, что я знаю архитекторов, а из-за своих личных историй. Вот там, когда маленький был, случилось то-то, а там пять, десять лет назад со мной что-то еще произошло. Это родной город. Конечно, я его знаю.

Вы принимали участие в ведьмовских ритуалах? Откуда вы знаете все эти подробности? Может быть, даже пытались самостоятельно, как главный герой, определить ведьму?

Нет. Это же все изучение материала. Для меня это очень важно. Есть и другие источники, кроме средневекового «Молота ведьм». Есть исследования, есть прекрасная книжка Августа Монтегю Саммерса «История колдовства». Есть новые исследования на эту тему – пожалуйста, читайте, изучайте, смотрите, почему бы нет. А найти ведьму самому – конечно нет, зачем.

Дебютный роман автора «Красные цепи» поступит в MyBook на следующей неделе.