Три дня чтения в подарок
Зарегистрируйтесь и читайте бесплатно
  • По популярности
  • По новизне
  • В том, что касается всего остального, я придерживаюсь той точки зрения, что склонность к агрессии является присущим человеку врожденным влечением, и, возвращаясь к нашей теме, я могу сказать, что культура увидела в нем самую сильную помеху на пути своего развития. В ходе этого рассуждения мы поняли, что культура, видимо, являет собой процесс, данный человечеству свыше, и что мы до сих пор находимся под обаянием этой идеи. Можно добавить, что это процесс, состоящий на службе у Эроса, процесс, имевший целью объединить отдельных людей, потом семьи, затем племена, народы и нации в единое человечество. Почему так должно быть, мы не знаем; мы лишь считаем, что это результат влияния Эроса. Эти массы людей должны быть спаяны друг с другом либидинозной энергией Эроса; одна лишь необходимость, преимущества совместного труда не смогли бы удержать столь великое единство. Такой программе культуры противостоит, однако, естественное агрессивное влечение людей, враждебность индивида, направленная против всех других индивидов, и всеобщая враждебность, направленная на отдельных людей. Это агрессивное влечение является производным и главным проявлением влечения к смерти. Мы обнаружили его рядом с Эросом, наряду с которым оно правит миром. Теперь, как мне кажется, мы больше не блуждаем в потемках, рассуждая о смысле культурного развития. Развитие культуры – это борьба Эроса и смерти, влечения к жизни и влечения к разрушению в том виде, в каком она проявляется среди представителей нашего биологического вида. Эта борьба является, вообще говоря, сущностной частью жизни, и поэтому развитие культуры можно кратко определить как борьбу человека за выживание.[28] И эту борьбу титанов наши нянюшки хотят унять колыбельными песенками. Баюшки-баю!
  • Выводы из этих трех источников мы можем теперь объединить: во-первых, идентификация есть изначальная форма чувственной связи с объектом; во-вторых, эта связь служит регрессивным замещением либидинозной привязанности к объекту путем своеобразной интроекции объекта в «я»; и, в-третьих, идентификация может возникнуть в каждом новом случае ощущения общности с человеком, не являющимся объектом сексуального влечения. Чем более значимой является такая общность, тем успешнее может оказаться частичная идентификация, дающая начало новой привязанности.
  • Социальная справедливость означает, что люди, по своей воле, во многом себе отказывают с тем, чтобы то же самое делали и остальные, или – что есть то же самое – не могли этого даже требовать.