Три дня чтения в подарок
Зарегистрируйтесь и читайте бесплатно

Зависть (сборник)

Добавить в мои книги
103 уже добавили
Оценка читателей
3.92
Написать рецензию
  • ddolzhenko
    ddolzhenko
    Оценка:
    20

    Произведения советской литературы 20-х годов не перестают меня удивлять. Каждый раз они оказываются нетривиальными, и небольшой роман Юрия Карловича Олеши не стал исключением. Исключительный по образности язык – только одно из достоинств романа. Впечатляюще показан портрет завистливого человека, Николая Кавалерова, который не может не вызывать отвращения у читателя, – но, с другой стороны, и жалости тоже. Герою, не нашедшему места в советской реальности, невольно сочувствуешь, начинаешь находить в его непрестанных рефлексиях не только резонёрство, но и справедливую критику если не советского строя, то коммунистических идеалов, какими они выглядели в те годы (одно подавление индивидуальности чего стоит). И хотя в целом образ Кавалерова всё-таки негативен, автор не смог противопоставить завистнику симпатичных советских персонажей, пресловутых "новых людей". Разве привлекательны Андрей Бабичев и Володя Макаров, мечтающие о мире людей-машин и всеобщего общепита? Люди с обеих сторон выглядят неполноценными, убогими: бездеятельные интеллегенты против бездушных работяг. Так Олеша не только показывает кажущуюся ему пропасть между старым и новым мирами, но и как бы между строк заявляет о том, что неплохо бы соединить энергию и деловитость нового с душевной тонкостью старого…
    А впрочем, роман слишком многогранен, чтобы что-то выпячивать на первый план.

    Читать полностью
  • Alevtina_Varava
    Alevtina_Varava
    Оценка:
    6

    Меня воодушевило и порадовало начало. Оно здесь такое многообещающее, что после и подвоха-то никакого не ждешь. А зря.

    Повествование манерой своей весьма и весьма напоминает «Улисс». Именно это стало в нем для меня огромным минусом.

    Зависть – самый отталкивающий из семи смертных грехов и самый жалкий из человеческих пороков. Всю мерзость пораженного ею человека автор весьма наглядно показал. Кавалеров вызывает гадливость, от его рассуждений подлинно передергивает. Слабый, озлобленный слизняк, который не может ничего в жизни – только исходить желчью и падать все ниже. Это в произведении великолепно отражено.

    Однако для меня его восприятие испортил улиссовский стиль. Обрывочность мыслей и образов, отражающих сознание героя. И рассеивающих внимание читателя. И еще из текста совершенно и бесследно пропадает юмор – хотя после первой главы, вроде как, читатель уже вправе на него рассчитывать. И даже как-то настроен.

    Ивана немного жаль, Кавалеров не вызывает и тени сочувствия. А само произведение… как бы это выразить… чуть не дотягивает до планки, которую само себе ставит. На мой взгляд.

    * * *

    Совершенно отдельно хотелось бы выделить манеру, с которой озвучена аудиокнига. Ее читает некто Глебов. И так… хм… своеобразно. Иногда он сбивается – и мило поправляется, извиняясь. Иногда где-то меняет интонацию, повторно читая что-то по-новому. Очень душевно обозначает новые главы, иногда вставляет свои очень милые комментарии. И будто читает книгу впервые, не зная ни текста, ни содержания – судя именно по этим редким ремарочкам. Я с таким первый раз сталкиваюсь в озвучивании аудиокниг и есть в такой манере что-то трогательное…

    Флэшмоб 2015: 14/45.

    Читать полностью
  • ElenaKapitokhina
    ElenaKapitokhina
    Оценка:
    5

    Прочитала, удивилась, стала копать - и удивилась ещё больше. Ну, "Трёх толстяков", думаю, читали все, если не читали, то смотрели фильм или мультик. Революция, боевой дух, свержение тиранов - не удивительно, что это тиражировалось и снималось. Но "Зависть" - мне вообще непонятно, как её цензура пропустила. А ведь пропустила, в 27-ом году впервые опубликовано, у меня в руках издание 89-ого года... Нет, но если вдуматься: Андрей Бабичев - тоже толстяк, кстати - практичный деятель, слишком, чересчур практичный, стремящийся во чтобы то ни стало вывести сорт лучшей и дешёвой колбасы, ставящий эту колбасу целью своей жизни, едва ли не поклоняющийся ей - да это же явный гротеск идеалов средних советских обывателей. И его "Четвертак" - те же перевыполняемые планы пятилеток. Лучезарное будущее исключительно в колбасе и в непробиваемых воротах Володи Макарова. Мечтам нет места, оранжевые пузыри уничтожаются, за сны порют, романтика воспринимается как душевная болезнь. В то же самое время, как правильно замечает Иван Бабичев, Андрей не до конца погряз в колбасе, если его ещё трогает Володя Макаров - это проявления отцовской любви, которую тому очень хочется ощутить, просто необходимо ощутить, но которую тот квалифицирует как любовь к целеустремлённости в целеустремлённом человеке. Володя и Валя - люди нового поколения, взрощенные такими как Андрей и берущие пример с таких как он. Володя тоже мечтает о машинах, но его машины основаны на законах физики. Машины же Ивана иррациональны по своей природе, они сходят с катушек похлеще людей - апогеем, конечно, в этом является финальное появление (наконец-то!) Офелии (господи, да к чему ж тут "Гамлет", неужели же с ним сравнивается Иван - полусумасшедший мечтатель, лелеющий идею об исправлении мира? - а ведь похоже на то!) - и мы, читатели, так и не видим её, не осязаем, только слышим. Звякающая, "страшная железная вещь" с иглой, срывающая на своём пути одуванчики. Ничего определённого. Определена только идея: эта машина убивает своего создателя, условно, конечно, - потому что всё это происходит в бреду не то Кавалерова, не то самого Ивана, - но всё же. Мечта убивает своего создателя. Романтика, которой не место среди колбасников, рушит этих иных людей, хранящих в себе остатки чего-то возвышенно-дореволюционного, обломки каких-то ценностей.
    И все эти люди мечтают об убийстве чувств. Устранить их - и не будет проблем для Андреев Бабичевых - потому что останется лишь колбаса, ясная, кровяная, с прожилками, по 35 копеек, ну а Иваны хотят со злости, от мучений их устранить - самоубиться таким образом хотят. Кавалеров же - печальна его доля, пьяницы, у которого даже гордости не хватает на независимую от воли приземлённых людей жизнь. И ещё более печалит то, что списан Кавалеров Олешей с самого себя.

    Читать полностью
  • AppleDumpling
    AppleDumpling
    Оценка:
    3

    Возможно, было ошибкой слушать это произведение в виде аудиокниги, и, если бы я прочитала написанный текст, то мне было бы что хорошего сказать о романе.
    А так - ничего. Много пафоса и мяса. Такое ощущение, как будто шесть часов гуляла по мясному ряду среди отрезанных голов, копыт, окровавленных туш с пластами белого жира и вдыхала этот специфический аромат сырого мяса, от которого меня тошнит. Все герои одинаково отвратительны, и совершенно непонятно, чему же так завидовал этот Кавалеров?
    Если это роман о человеке, не нашедшем себе места в новом мире, то я даже рада, что ему нет места, ибо на протяжении всего романа он либо пьян, либо толкает пафосные сумбурные речи ни о чём, главный лейтмотив которых: "Я вам покажу!". Его "учитель" занимается в целом тем же самым, только с бОльшим размахом - на то он и учитель.
    А может, это всё так и было задумано, чтобы по окончании чтения мутило и от нового мира, и от старого в равной степени? Тогда, конечно, автор добился своей цели.

    Не понравилась озвучка - многие ударения поставлены в непонятной для меня традиции, и это сбивало с толку.

    Читать полностью
  • Irina_Tripuzova
    Irina_Tripuzova
    Оценка:
    3

    Столкновение старых и новых взглядов, чувств, эмоций. Столкновение бывшего комиссара, а ныне большого начальника в пищевой промышленности Андрея Бабичева и неудачливого сочинителя эпиграмм Бориса Кавалерова. Кто из них прав?
    В начале романа Бабичева мы видим глазами Кавалерова, и он весьма непривлекателен: полный, чересчур самоуверенный, давящий, и от души радующийся такой ерунде, как разработка нового сорта колбасы. Дальнейшее повествование показывает, что, в общем-то, не так и плох Бабичев, а вот сам Кавалеров довольно ничтожен, и ни в чем не может себя проявить.
    Бабичев ратует за новые рациональные чувства и отношения, Кавалеров — за прежние понятия чести, достоинства, восхищения женщиной. А правда, как всегда, — посередине. Только, чтобы понять это, надо время.

    Читать полностью