Я требую знака, – бросил Рус. В груди была тоска и горечь безнадежности. – Я хочу знать… Гойтосир подошел вплотную, ухватил за ногу: – Слезай, пока боги не поразили молнией! Рус вскинул обе руки, потряс ими, палица выглядела особенно страшной, подсвеченная снизу оранжевым огнем, крикнул в последний раз так страшно, что в горле что-то лопнуло, хлестнуло болью, стало горячо: – Скиф!.. Я – сын твой! Палица его тыкалась в небо, задевая звезды, и внезапно там в черноте заблестела звезда, которой раньше не было. Блеск усиливался, на черном небосводе звезда заполыхала так ярко, что затмевала все созвездие, начала двигаться, все разгораясь, и вот уже страшная хвостатая звезда несется через черное небо, пожирает неподвижные огоньки, поглощает их блеск, за нею тянется расширяющийся след, призрачный и страшный, только самые яркие звезды просвечивают, а эта мчится все быстрее и быстрее, вот уже на середине неба, склоняется ниже, ускоряется, разгораясь до немыслимой яркости – стали видны бледные, как у мертвецов, лица, все смотрели со страхом, – и вот уже устремилась к черной земле… За виднокраем вспыхнуло, черная полоса на миг озарилась светом. Потом погасло, лишь чуть погодя донесся слабый удар, толчок, будто звезда ударилась о камни. Страшную тишину нарушил чей-то крик: – На север… Она указала на север! Гойтосир застыл, посох его без сил уткнулся в землю. За оградой все так же мертвенно белели испуганные и потрясенные лица. Только одно сразу вспыхнуло радостью, а сжатые на груди кулачки опустились. Рус спрыгнул на землю. Его трясло, в горле стало солено, он сглотнул кровь и понял, что, похоже, в ярости и отчаянии порвал внутренние жилы. – Что вещает… – Он поперхнулся, проглотил боль, упрямо сказал хриплым, сорванным голосом: – Что вещает эта необычная звезда? Гойтосир прошептал едва слышно: – Тебе… на север. – Это я знаю. Что предрекает? Ты же сказал, что ждет Чеха и Леха?
13 января 2018